Профессор Тимирзяев - Гарри Поттер и копье Лонгина Страница 51

— Охотятся?! — переспросил Артур, — в моём замке? На кого?! — в его голосе нарастал гнев.

— Не нужно кричать, — сказал Мерлин и успокаивающе положил руку на плечо короля, — не упрощай им задачу. Поднимемся наверх и там всё спокойно обсудим. А это — немедленно сжечь! — приказал он застывшим возле трупа воинам.

— Дела зашли слишком далеко, гораздо дальше, чем я предполагал, и, что самое скверное, в неожиданную для нас сторону, — сказал Мерлин, потягивая из кубка подогретое вино.

Мужчины сидели в королевской оружейной, взятой по приказу Кея в тройное кольцо охраны.

— То, что нами заинтересовались рэтлинги, плохо, а главное — неожиданно для нас. Мы не готовы к войне с ними. Это и не удивительно: рэтлинги — древняя нечеловеческая раса, им нет дела до людей, их исконные враги — сиды. Крысолюд, которого убили воины Кея, — это, скорее всего, шпион, а может, и убийца. Но охотятся рэтлинги не на тебя, Артур, не на меня, и вообще, ни на кого из постоянных обитателей Каэрлеона. Их интересует вот он, — Мерлин указал на Гарри, — и понятно почему. В подземелье у сидов господин Гэри применил мощное огненное заклятие и изрядно проредил им ряды рэтлингов. Крысолюды злопамятны и мстительны, кроме того, они поняли, что столкнулись с сильным магом, и постараются завладеть его силой.

— Каким образом? — удивился Гарри.

— Самым простым, — вежливо объяснил Мерлин, — рэтлинги верят, что если съесть заживо сильного врага, его сила перейдёт к ним. Поэтому на тебя, господин мой Гэри, открыта охота. Рэтлинги не откажутся от неё, пока не добьются своего. Замок для тебя более не защита, поэтому мы выступаем раньше, чем планировали — завтра утром. Всё подготовить за ночь мы не успеем, большого отряда в нашем распоряжении тоже нет, но выбирать не приходится. Вы должны как можно скорее уйти из этого мира, это единственный способ сохранить вам жизнь. Если всё пойдёт благополучно, думаю, за седмицу мы доберемся до Хоровода Великанов, и там я проведу обряд перемещения.

— Господин мой Мерлин, — сказал Дуэгар, — мы могли бы трансгрессировать прямо к Стоун… ну, то есть к Каменному Хороводу, и перенести туда тебя. Это заняло бы одно мгновение, и было бы совершенно безопасно.

— А отряд Кея вы тоже смогли бы трансгрессировать? — возразил ему Гарри. — Ведь Мерлину нужно будет вернуться обратно, ему понадобится охрана!

— Да, — поскрёб бороду Дуэгар, — об этом я как-то не подумал… А сколько человек в отряде?

— Только рыцарей — двенадцать, — ответил Мерлин, — а ещё слуги, оруженосцы, вьючные лошади…

— Тогда эта идея отпадает! — решительно сказал Гарри, — значит, выступаем завтра?

Приближалась полночь, а Гарри никак не мог заснуть, его не отпускало возбуждение прошедшего дня. Он перебирал в памяти всё, что случилось за этот длинный день, а потом начинал сначала… «Ну вот, — с неудовольствием подумал он, — старческая бессонница начинается что ли? А завтра буду носом клевать, ещё с лошади свалюсь…». Вдруг его внимание привлёк скрип дверных петель. Кто-то тихонько, стараясь не шуметь, открывал дверь. Гарри, неслышно вскочил с постели, нащупал волшебную палочку и встал так, чтобы вошедший в комнату не мог сразу его увидеть. «Ну, если опять крысолюды! — зло подумал он, — сейчас здесь будет много жареной крысятины!»

Дверь медленно отворилась, и Гарри едва успел удержать заклятие. В комнату вошла Моргана, кутавшаяся в длинный плащ. Она молча подошла к Гарри и отпустила руку, которой удерживала плащ у горла. Плащ с тихим шелестом сполз с её плеч и упал к ногам, а Моргана осталась в одной сорочке до пят. Она сделала шаг и обняла Гарри.

Внезапно Гарри ощутил чувство какой-то гадливости. Он понял, что не хочет эту женщину, во всяком случае, не хочет её здесь и сейчас. Он хотел её, когда она пришла в первый раз, но сейчас почему-то всё было по-другому. Чтобы не оскорбить женщину, Гарри обнял её, но Моргана, видимо, что-то почувствовала и отстранилась от Гарри.

— Вот, значит, как… — сказала она, внимательно взглянув в его глаза, — что ж, пусть будет так. Тогда давай просто попрощаемся. Я знаю, что завтра на рассвете ты покинешь замок, и мы никогда больше не встретимся в этом круге мира, а в другом — кто знает? И будем ли мы тогда сами собой, узнаем ли мы друг друга? Прощай, господин мой Гэри, но помни, что наша первая и единственная ночь не прошла даром, я в тягости. Тебе было суждено посеять зерно, которое прорастёт через века, и, кто знает? — возможно, в своём времени ты встретишь своего невероятно далёкого потомка. Так предсказано, и так будет. Помни об этом и прощай.

Моргана нежно провела ладонью по лицу Гарри, легко нагнулась, чтобы подобрать плащ, вновь закуталась в него и вышла.

Гарри, как стоял, плюхнулся на кровать. Он чувствовал себя растерянным, униженным и счастливым. Одновременно.

Глава 8. Маг и король

Отряд покинул Каэрлеон на рассвете. Утро выдалось холодным и туманным, Гарри от волнения и утренней сырости бил лёгкий озноб. Туман медленно поднимался вверх, обнажая серые каменные стены, блестящие капельками воды. Одежда и сапоги тоже были влажными, из ноздрей лошадей вырывались облачка пара. Артур и Гвиневра пришли проводить отъезжающих, они стояли на ступенях дворца. Гвиневра зябко куталась в плащ, Артур обнял её за плечи и притянул к себе. Такими Гарри и запомнил их навсегда…

Моргана не появилась.

Заскрипел подъемный мост, залязгали цепи, стража с натугой распахнула створки ворот. Кей взмахнул рукой, и отряд двинулся. Они быстро миновали обжитые места, и дальше ехали по совершенно пустой дороге. Гарри обратил внимание на сложное построение отряда. Несколько рыцарей образовали головной дозор, по три всадника ехали в авангарде и арьергарде, остальные прикрывали Гарри, Дуэгара и Мерлина по бокам.

«Солдаты, стройтесь в каре! Ослы и ученые — в середину!» — вспомнил Гарри приказ Наполеона в ходе его Египетской экспедиции и усмехнулся. Отряд шёл лёгкой рысью, рыцари держали оружие наготове и напряжённо следили за местностью. Мерлин был каменно спокоен, и. казалось, дремал в седле. Гарри тоже попытался вести наблюдение, но опыта ему явно не хватало, и через четверть часа у него от напряжения заболела голова и возникла резь в глазах — в каждой тени ему мерещился притаившийся рэтлинг.

Солнце поднималось всё выше и выше, туман исчез, становилось жарко. Гарри изумляло обилие лесов. Светлые лиственные рощи и перелески сменялись угрюмыми ельниками. Берега многочисленных речушек и ручьёв, которые отряд преодолевал вброд, поросли лозняком. От запаха разнотравья кружилась голова. Дорога несколько раз раздваивалась, но Кей каждый раз, не раздумывая, уверенно выбирал нужную, и отряд двигался, не снижая скорости. Гарри поравнялся с ним и спросил: