Стратегия лени: Как случайно спасти Империю и выйти замуж - Е. Лань Страница 47

— Ваш долг — сохранить Империю, а не умереть в канализации! — её голос внезапно взвился, наполнившись такой властной силой, что я опешил.

Она оттолкнула мою руку и сделала шаг назад, обводя презрительным взглядом меня, Му-Мёна и контрабандистов.

— Подумайте, чего хочет Министр Финансов Пак. Чего хотят мятежники? Они хотят, чтобы вы вернулись. Они оставили восточную калитку с минимальной охраной не потому, что глупы. Они оставили её как приманку. Они хотят, чтобы вы, ослепленный горем, ударили в лоб. Чтобы они могли убить вас «при попытке незаконного проникновения» или «при оказании сопротивления». Они хотят показать ваш труп на площади и сказать народу: «Смотрите, Наследный Принц сошел с ума и пытался убить собственного отца! Мы спасли Империю!».

Она тяжело дышала. Гнев окрасил её бледные щеки в опасный, лихорадочный цвет.

— Если вы умрете сегодня, Ли Джин, вы подарите им не только свою жизнь. Вы подарите им законное право на трон. Вы легитимизируете их переворот.

Слова Ю-Ри падали в мое разгоряченное сознание, как глыбы льда в кипящую воду. Моя ярость начала остывать, сменяясь холодным, горьким осознанием её правоты.

Я опустил меч, острие коснулось пыльного деревянного пола.

Она была права. Боги, как же она была права. Мой план был не просто самоубийством, он был политической катастрофой. Я позволил эмоциям, своему горю и отчаянию взять верх над разумом правителя. Я вел себя как солдат, а должен был мыслить как Император.

Я посмотрел на Ю-Ри.

Маска ленивой девы, вечно жалующейся на сквозняки и жесткие подушки, была сорвана окончательно. Передо мной стояла дочь Пэк Му-Ран. Стратег, чей ум был острее моего клинка. Полководец, способный видеть всю доску, пока остальные смотрели лишь на одну фигуру.

В этот момент я испытал странное, пугающее, но невероятно сильное чувство. Это был не просто трепет влюбленного мужчины. Это было глубочайшее, безусловное подчинение её интеллекту. Я восхищался ею. Я был одержим ею. Её безжалостная правота завораживала меня.

— Что вы предлагаете? — спросил я, и мой голос, наконец-то, зазвучал спокойно.

Ю-Ри закрыла глаза, сделала глубокий, медленный вдох, возвращая себе контроль над пульсом. Когда она открыла глаза, в них не было ни ярости, ни страха. Только абсолютная, ледяная пустота тактика.

— Вы — символ, Ваше Высочество, — произнесла она тихо, обернувшись к Пэк До-Хвану и Тэ-О. — Ваша жизнь — это единственное, что сейчас имеет значение. Пока вы живы, их переворот незаконен. Но мы не можем просто сидеть здесь и ждать. Если мы пойдем в лобовую атаку, мы проиграем. Значит, мы будем воевать так, как они этого не ожидают.

Она подошла к центру пакгауза, где стоял грубый деревянный стол, заваленный счетами гильдии. Она смахнула бумаги на пол резким движением руки.

— Подойдите все сюда, — приказала Ю-Ри.

Мы подошли. Даже здоровяк До-Хван повиновался её тону, не смея возразить.

Она достала из рукава кинжал, который я подарил ей для защиты, и острием начала царапать на грязной поверхности стола грубую карту столицы.

— Дворец — это сердце Империи, — её голос звучал ритмично, гипнотизирующе. — Но сердце не может биться без крови. А кровь Дворца — это город. Поставки продовольствия, уголь, вода, информация. Если вы, Ваше Высочество, попытаетесь пробить стены снаружи, вы сломаете меч. Поэтому мы не будем бить по стенам. Мы перекроем им кислород.

Она посмотрела на главаря контрабандистов.

— До-Хван, у тебя есть люди в каждой подворотне. Попрошайки, ночные бабочки, торговцы углем, золотари.

— Гильдия «Черной Воды» видит всё, Госпожа, — гордо кивнул тот.

— Отлично. Завтра утром ни одна телега с продовольствием не должна въехать во Дворец. Подкупите охрану внешних складов. Если не возьмут золото — сожгите склады. Заблокируйте колодцы, из которых берут воду для императорских кухонь. Пусть пьют из прудов.

Я удивленно поднял бровь.

— Ю-Ри, во Дворце запасов еды на полгода. Осада может длиться вечно.

Она повернулась ко мне, и на её губах заиграла та самая, до боли знакомая, саркастичная полуулыбка, от которой у меня перехватило дыхание.

— Для гвардии — да. Но не для изнеженных аристократов фракции «Красного Журавля», которые сейчас заперлись внутри, празднуя победу. Вы думаете, министры согласятся есть сухой паек и пить тухлую воду? Через три дня без свежих фазанов и чистых одежд они начнут грызть друг другу глотки.

Она провела кинжалом линию вокруг Дворца.

— Мы не будем штурмовать их. Мы устроим им осаду изнутри. Тэ-О!

— Слушаю, Госпожа! — гаркнул Тэ-О, вытянувшись по стойке смирно.

— Твои «тени» остались в городе?

— Десяток лучших скрыты в безопасных домах.

— Разошли их по всем рынкам. Пусть распускают слухи. Пусть говорят, что Наследный Принц Ли Джин жив, что он собирает армию Юга и Севера, и что кара будет ужасной. Посейте панику среди тех гвардейцев, которые примкнули к мятежу из страха, а не по убеждению. Заставьте их сомневаться. Заставьте их бояться собственной тени. Мы создадим такой информационный вакуум и хаос, что они сами откроют нам ворота.

Я смотрел на эту карту, нацарапанную на столе, и чувствовал, как дрожь благоговения пробегает по моему позвоночнику.

Она не просто останавливала меня от самоубийства. Она предлагала мне план войны. Бескровной, грязной, теневой войны, в которой она была абсолютным гением. Ю-Ри собиралась задушить мятежников, используя город как удавку, и при этом даже не планировала выходить из этого пакгауза.

Она была потрясающей.

Я медленно вложил свой меч в ножны. Звон стали ознаменовал конец моего безумия и начало её стратегии.

Я посмотрел на Чон Ю-Ри. На женщину, которая собиралась стать моей Императрицей. Женщину, которая только что спасла Империю от моей собственной глупости.

Я сделал шаг назад, положил руку на грудь, туда, где билось сердце, и склонил голову в глубоком, почтительном поклоне. Не как Принц перед подданной, а как полководец перед своим Генералом.

— Вы правы, Ю-Ри, — произнес я, и в моем голосе звучала абсолютная, безоговорочная капитуляция перед её разумом. — Я был слеп. Простите мне мою слабость.

Я поднял голову и встретил её взгляд.

— Вы сказали, что я — символ. Пусть так. Но прямо сейчас… вы — мой главнокомандующий. Я передаю свою жизнь и свой трон в ваши руки, моя Тень. Приказывайте. Я буду следовать за вами.

В повисшей тишине было слышно, как тяжело сглотнул Пэк