Тайная война заклинаний - Юлия Евгеньевна Галанина Страница 44

Над склоном вились пчелы, привлеченные смородинным ароматом.

Довольно быстро мы наполнили корзину до краев. Теперь можно было не опасаться расспросов: по осени уйма народу выбиралась за город - за ягодой. И таких как мы, счастливчиков, было много, кто обратит внимание на двух подростков с корзиной?

Так и получилось.

Сократив путь почти в два раза по сравнению с дорогой, мы добрались до города к полудню.

То есть, как раз к тому времени, как я обычно просыпаюсь.

***

Следующая неделя прошла спокойно, в соответствии с установившимся распорядком. Это была последняя неделя перед балом-маскарадом и тётя нас усиленно гоняла, заставляя ходить, садиться, вставать и танцевать в новых бальных платьях. И делать всё грациозно и изящно.

Я ждала, не скажет ли Профессор каких-нибудь новостей про вернувшийся в столицу отряд. Что теперь собирается делать Магическая Безопасность? Снова снарядит его в дальний путь или же догадается поискать прямо у себя под носом? Или ещё что-нибудь придумает?

Дракону, к моему облегчению, пришлось на время нас покинуть. Как невнятно объяснил Профессор, в драконьем племени тоже было не всё спокойно. Я попыталась обрадоваться его отсутствию и запретила себе интересоваться, что там за разногласия у драконов. Меня это не касается. Ни каким боком.

Под руководством Профессора, который занял место дракона на крыше, мы, наконец-то, изготовили себе особые записные книжки для заклинаний. И Профессор раскрыл нам тайну ещё одного заклинания, которое называлось «маятник». Сказав, что дракон был не совсем прав с парными заклинаниями, этот способ, конечно, надёжный, но в нашем Университете нашли средство куда проще.

Если «светлячок» вызывал светящийся шарик, то «маятник» был как раз тем, что позволяло вмешиваться в действия Магической Безопасности. Если успеть произнести его почти сразу после использования заклинания разрушения, взрыва или поджога - то оно возвращало всё обратно, как возвращается маятник, качнувшись в одну сторону, а потом в другую. Но чуть промедлишь – и маятник не срабатывал.

Сначала мы очень обрадовались, что появился способ все исправить, а потом дружно в нём разочаровались. Ну и толку, что у нас есть этот маятник? Как можно молниеносно оказаться в месте нового взрыва, если он может произойти где угодно, столица-то большая! И даже если мы наплюем на секретность и помчимся над городом днём, спеша устранить урон, всё равно не успеем.

И как-то так вышло, что Профессор покинул крышу первым, а мы все задержались, гадая, как же быть. (Подозреваю, что хитрый Профессор так и задумал, оставив нас наедине с задачкой, чтобы мы всласть поломали себе голову).

Решение придумал Селёдка.

Начал он с того, что стал вслух проговаривать возникшую проблему:

- Магическая Безопасность не успокоится. Она будет продолжать пакостить в столице с помощью заклинаний и сваливать всю вину на нас, на остров. У нас есть средство, чтобы вернуть всё обратно, восстановить разрушения. Но мы не можем быть одновременно во всех уголках Хвоста Коровы. Мы не можем быстро примчаться на место магического преступления. А что мы можем?

- Что? – успела спросить первой Тропинка.

- Мы можем поделиться средством спасения со всеми жителями столицы! – торжествующе воскликнул Селёдка. – Чтобы они сами могли себя защитить.

- А как мы это сделаем? – хмуро спросил Ирис. Он немного нервничал оттого, что не сам, не первый придумал решение.

- Мы можем раскидать по всей столице листки с записанным заклинанием «маятника» и объяснением, как оно работает, - осторожно сказал Селёдка.

- Очень хорошо, - протянул Ирис. – А где мы возьмём столько листков? Ты представляешь, сколько их потребуется, чтобы обеспечить город? Ведь нужно, чтобы люди во всех уголках узнали о маятнике, иначе какие гарантии, что не рванёт именно там, где о заклинании знать не знают?

- А мне кажется, что здесь может помочь Профессор, - вмешалась я.

Лететь всем скопом было опасно, уж такую необычную стаю пернатых заметили бы даже ночью, а лавочка «Пряных Приятностей» была недалеко – поэтому мы кинулись за помощью пешком, полёт использовав для того, чтобы спустится с крыши храма.

Профессор уже готовился ко сну в своей крохотной квартирке над «Пряными Приятностями». Ему оставалось только натянуть ночной колпак с кисточкой и забраться под одеяло, когда в лавочку вломились его ученики. Точнее не в лавочку: юркий Селёдка ужом добрался до второго этажа и затарабанил в окно.

Профессор распахнул створки, впуская Селёдку внутрь. Ну и мы просочились в квартирку таким же способом, подсаживая друг друга, чтобы дотянуться до подоконника, и втягивая оставшихся внизу с помощью шторы, сдернутой для этого с карниза.

Выслушав нас, Профессор стянул колпак, повесил его обратно на спинку кровати и спокойно сказал:

- Нет ничего проще. Пойдёмте.

Узкой крутой лестницей мы спустились в лавочку. Сгрудились все в задней комнате около стола для фасовки пряностей. Профессор, зевая в кулак, велел зажечь светлячков побольше и растопить печь. А сам принялся греметь какими-то склянками под столом.

Бренчал он довольно долго, но, наконец, достал прямоугольное жестяное корытце. Поставил на стол. Сходил в парадную часть лавочки и принес оттуда несколько загадочных коробочек и объёмный мешочек.

В мешочке оказались желирующие гранулы. Растворив их в воде и добавив каких-то порошков, Профессор поставил эту гремучую смесь греться на печку. Но не прямо на горячую плиту, а в ковшик с водой.

- Это называется «нагревать на водяной бане» - объяснил он нам. – Состав не должен кипеть, и вода, окружающая стенки сосуда, не позволит такому случиться.

Пока желеобразная масса грелась на печке, в другой склянке Профессор варил чернила, густые, иссиня-фиолетовые.

Было очень интересно, но мы боялись что-либо спрашивать.

Наконец все уварилось так, как следовало, и Профессор осторожно перелил желе в корытце.

- Начинается самое интересное! – бодро сообщил он, доставая из-под стола скалку.

Обычную скалку, такими тесто раскатывают.

Нашлась у него и кипа листов бумаги. И кондитерский жестяной шприц.

Наложив густых, как деревенская сметана, чернил в ёмкость шприца, Профессор, высунув