Рамира Шизода - Зеркало Правды. История первая Страница 42

— Пожалуйста, успокойтесь, господин Масса ответит на все ваши вопросы чуть позже, — сказала Луви строго.

«Дежа вю», — подумала Ника. Совсем недавно девушка наблюдала нечто подобное в приемной начальника ОЧП. Правда, тогда перед кабинетом роились агенты отдела, что являлось тревожным знаком ничуть не меньше, чем нынешняя толпа хроникеров. Ника встретилась с беспокойным взглядом юной секретарши и та незаметно кивнув, указала на дверь начальника.

— Господа, — Луви пришлось повысить голос, чтобы быть услышанной. — Господа! Прошу пройти за мной в зал переговоров для беседы с господином Масса. Он будет через несколько минут. Господа! Господа, прошу за мной!

Хроникеры сделали пару снимков двери, стен, крупнолистовых фикусов и поспешили за круглолицей секретаршей, что увлекала их за собой будто матушка гусыня глупое потомство.

Ника протиснулась через толпу газетчиков, получив пару хамских вспышек в лицо. Оказавшись одна в пустой приемной, девушка, проморгавшись, постучала в кабинет начальника. Дверь открылась сама. Ника получила телепатическое тяжеловесное приглашение войти, но помедлила.

«Господин Масса, что-то случилось?» — мысленно спросила Верис. Девушка не поняла, как сделала пугливый шаг вперед.

Кабинет руководителя СОМ уже не выглядел таким уютным: паркет опасно блестел, темно-зеленые портьеры казались черными, а в кирпичном камине не горел огонь. Начальник службы охраны сидела за столом, пролистывая страницы свежей многотиражки.

— Здравствуй, Никария, — сказал он сухо. — Садись.

Агент Верис прошла в кабинет. Дверь с шумом захлопнулась. Маджикай Рик'Арда Масса обладал удивительной способностью влиять на окружающие его предметы — на интерьер, физические вещи, на настроение приближенных. Стул, на который присела Ника, оказался холодным и дико неудобным. Девушка поелозила немного, пытаясь избавиться от дискомфорта, но причиной тому была вовсе не мебель.

— Рассказывай, — произнес Масса.

Ника осмотрелась и, скрестив руки на груди, чтобы увеличить ментальную дистанцию между собой и начальником сказала:

— Я по поводу Фроста…

Маджикай кивнул, а в его глазах мелькнула придержанная укоризна.

Заметив недоброе, агент Верис огорченно продолжила:

— Сегодня… на него напало существо… оно пользовалось жалящими сферами и… — Ника говорила степенно, не смотрела в глаза начальника, предпочитая бессмысленно разглядывать борозды на его антикварном столе, — и у него было что-то похожее на ритуальный клинок.

— Ты кого-то подозреваешь? — спросил Масса, равнодушным тоном.

Ника перекрестила ноги под стулом и с подобием улыбки на губах ответила:

— У Фроста, сами знаете, дурная слава. Попытаться убить его мог кто угодно. Хотя… это могла быть простая неудача. Быть может его хотели ограбить.

— В связи с новым поворотом событий, случайностей в жизни Фроста станет меньше. Сейчас, в твою смену, он не должен и шагу без тебя ступить. Лучше ему вообще не выходить из дома.

— Что? — Ника подняла голову, посмотрела на начальника. — Почему? Что за новый поворот событий?

Сангиновые глаза Рик'Арда Масса удрученно смотрели на девушку. Маджикай поднял левую бровь и передал агенту свежий номер «Небывалых новостей».

— Опять эти газеты, — вслух огорчилась Ника. — Я опять что-то натворила?

— Ты мне скажи, — устало произнес начальник.

Ника осторожно схватила многотиражку, и бросившийся в глаза заголовок на первой странице моментально прояснил стацию.

«Кто он? Грегори Фрост — предатель, убийца, прислужник огненного барона под охраной протекториата. Будет ли суд?»

Ника положила газету на стол, прикрыла глаза ладонями и спросила:

— Как они узнали?

— Мне казалось, это не должно быть для тебя новостью, — сказал Масса. — Имя автора статьи Лизабет Локус, тебе ни о чем не говорит?

Ника убрала руки с лица, поднапрягла воспоминания, после ответила:

— Нет. Я ее не знаю.

— Это псевдоним. Настоящее имя Лушана Хазенфус.

— Лушана? — встревожилась Ника.

Масса снисходительно кивнул и продолжил:

— Пишет некрологи, состоит в братстве мормоликов, живет…

— С нами в одном общежитии, — сказала Ника, чувствуя, как осознание предательства высасывало из нее силы, и впрыскивало яд разочарований.

Несмотря на то, что начальник протекториата знал ответ, он все же спросил:

— Почему она знает некоторые подробности по делу Фроста?

— Я кое-что ей рассказывала. Но это было до появления этого ублюдка, — повысив голос, ответила Ника.

На мгновение ей показалось, что она вернулась в то время, когда бродила по больнице словно приведение, терялась в собственной палате и кричала по ночам, утрачивая реальность.

— Она ведь была моей подругой… хотела стать журналистом, ей нужна была статья. А здесь смотрите… на первую полосу…

Девушка покраснела, почувствовав, как совесть пробивает на слезы, словно натертая на мелкой терке репчатая луковица.

Рик'Ард Масса подпер рукой подбородок и с улыбкой сказал:

— Похоже, я становлюсь старым и простодушным. Мне не стоило отправлять тебя за этими книгами.

— Но вы же не знали, что так выйдет. И вы вовсе не старый…

Масса выдержал паузу, потом произнес:

— Рисковать твоим здоровьем, назначая в охрану Фроста.

Девушка поняла, что в этот момент могла бы избавиться от некоторого груза ответственности, но из-за щемящего чувства вины, не захотела делиться этой ношей. У Ники был скверный характер, порой — поганым язык и доброе сердце, несмотря на то, что билось чужым пульсом.

— Это зловещая ирония судьбы, — серьезно сказала агент Верис. — А что теперь делать?

Глаза маджикайя сверкнули рубиновым блеском.

— Состоится суд. Я, конечно, хотел провести расследование без вмешательства замдиректоров или кого-то из Лиги Сверхъестественного, — сказал он. — Потому как, им проще обвинить человека, чем докопаться до сути. Но мои действия теперь будут ограничены.

— Я все же не понимаю, почему вы говорите так, будто считаете Фроста невиновным?

Масса поддался вперед.

— Повторюсь — я не исключаю этого, — сказал маджикай.

Ника усмехнулась, склонив голову набок, спросила:

— Но ведь, не только я обвиняю его?

— В прямом убийстве только ты. Фрост проходит подозреваемым по нескольким эпизодам, но поскольку он считался безвременно ушедшим, никто кроме тебя официальных заявлений не делал.

— Зато их сейчас будет предостаточно, — довольно произнесла Ника. — Это даже хорошо, что так получилось. Фрост явно что-то задумал.