Глен Кук - Меченосец Страница 41

Хонса выбрался на стену как раз вовремя, чтобы оценить масштабы катастрофы. Граф вышел из Бильгора с половиной союзной армии, и большая часть ее уже погибла. Оставшихся прижали к стенам Катиша. Воины дрались отчаянно, но было ясно: до полуночи никто из них не доживет. Имперский генерал трижды пытался пробиться к крепости, и каждый раз тоалы отбрасывали его. Эльдрахер делал что мог: прикрывал огнем, затаскивал веревками раненых, но переломить ход схватки был не в силах. Ближе к вечеру Хильдрета подняли на стену для переговоров.

— Победа за Неродой, — сообщил тот устало. — Никакой надежды, внизу — резня.

— Я могу сделать вылазку.

— Именно этого врагу и надо. Ты не удержишь ни ворота, ни город. Я попробую прорваться на юг. Если получится, побегу к Бильгору.

Эльдрахер кивнул: отчаянный бросок был единственной надеждой войска графа.

— Удачи. Я продержусь.

— Ты нашел Алера?

— Его нет поблизости.

— Интересно, где он? Как считаешь, что у него на уме? Не хотелось бы вести еще одну армию в мясорубку.

— Может, Нерода покончила с ним?

— И с Меченосцем тоже?

— Ниргенау зимой непроходимы. Что, если миньяк остался в Вентимилье?

— Похоже на то. Коли в самом деле так, я снова приду к тебе на выручку. Возможно, до лета управимся. Если разобьем Невенку, союз оживится, мне дадут войска, чтоб понадежней запереть Алера за горами. А сейчас нам лучше вернуться.

Отсутствие графа начало сказываться — отдельные части его армии принялись разбегаться.

— До встречи! — сказал Хонса.

Мужчины пожали друг другу руки. Маг и генерал были давними друзьями — так же, как и их господа, император и Верховный магистр. Оба не верили, что увидятся снова.

Эльдрахер поддержал прорыв, чем мог, и графу Кунео удалось выйти из окружения с двумя тысячами солдат. В кольце осталось вдесятеро больше. Хонса спас некоторых, подняв веревками на стены.

Среди магов крепости были только «синие» братья. А в эту ночь к Нероде наведался представитель Красного ордена.

Осада длилась четыре дня. Три из них прошли в обменах посланцами: Эльдрахер изображал интерес к переговорам, чтобы выиграть время для Хильдрета. Потеряв терпение, Невенка организовала атаку, но на удивление вялую.

Загадка разрешилась ночью. Хонса проснулся внезапно, сел на кровати, огляделся, пытаясь понять, что его разбудило. У изножья поднялась тень.

Маг скатился на пол, хватаясь за кинжал — убийца ударил черным тоаловым мечом. Заклятая сталь столкнулась с защитой, окружавшей Хонсу, и — пожрала ее. Смерть Эльдрахера была долгой и мучительной.

В пламени догорающего колдовства Хонса увидел лицо убийцы — брата его собственного ордена из тех, кого давно подозревал в симпатиях к Гердесу Мулене. Маг даже не смог открыть рот, чтобы позвать стражу. Умер, лишь чуть застонав. Никто ничего не услышал, и предатель спокойно вылез в окно, впустившее его.

Часом позже тоалы ворвались в ворота, открытые изнутри. Битва в городе была свирепой. Ни «синие» братья, ни гудермутцы не сдавались.

Гердес Мулене, стоя у окна своего особняка в Сартайне, улыбался, снова просматривая полученное с востока известие.

— Эй, Стано, — позвал он доверенного слугу. — Сообщи-ка нашему человеку в Высокой Башне: время пришло. Пусть наши люди при дворе Эльгара приготовятся.

— Наконец-то, мой господин!

— Наконец! — утробный хохоток сотряс круглое брюшко Мулене. — Наконец!

Его план претворялся в жизнь — конечно, не совсем так, как он предполагал, внедряя агентов в лагерь противника. Но почти, почти.

После ухода слуги Мулене еще долго смеялся. Отлично повеселились за счет Хонсы Эльдрахера и Верховного магистра! Представить себе только их лица! Но когда представил, вся радость куда-то улетучилась. Ну, так или иначе, пути они больше не преграждают. Наконец-то!

— Изрядно их потрепали, — заметил Алер, глядя на Западную армию.

Она была выстроена в боевом порядке возле Касалифа ровно на том месте, где Готфрид впервые узнал о войне и ступил в нее.

Миньяк с Меченосцем, Рогала и несколько штабных офицеров изучали обстановку с холма на гревнингской стороне границы. Да, потери Нерода понесла ощутимые. Даже с перебежчиками союза от ее войска осталась едва ли треть. Одни погибли в битвах, другие сбежали. Радости в победе мало, когда не можешь воспользоваться ее плодами.

— Перевес на нашей стороне, — заметил Алер. — Нас больше, а магов у нее почти не осталось. И лишь семеро тоалов все еще при телах. Я благословляю день, когда решил не учить Нероду воплощающему заклятию!

— Тем не менее она ищет битвы, — заметил Рогала.

Он единственный из всей миньяковой армии выжил после ранения тоаловым клинком. Более того, гном и выздоровел с невероятной быстротой, а теперь шарил взглядом по равнине и нагорью Савоя, выискивая ловушки.

— Здесь — все ее силы. Бельфильо не видит других войск ближе отрядов Йедона Хильдрета в Бильгоре. Нерода идет ва-банк.

— Очень уж она уверена. Либо снова на шаг опередила нас, либо исход битвы для нее уже не важен.

Один из миньяковых генералов сказал, что спокойствие Невенки убедило его в наличии западни, и предложил от битвы уклониться.

— Но с нами меч, — возразил Алер, глянув на Готфрида.

В последнее время тот стал молчалив, скрытен и больше интересовался Лойдой Хатсинг, чем грядущим сражением. Предполагалось, что девушка вернется в Вентимилью вместе с обозом, но юноша не захотел ее отпускать, и она осталась при общем молчаливом согласии.

Алер осмотрел свое войско, выстроенное в боевом порядке. За время неторопливого похода из Ковинго боевой дух заметно окреп, солдаты отдохнули. И все же до прежней формы им было далеко. Нерода изрядно выщербила миньяков меч. При ее несомненном мастерстве и достаточном упорстве кто знает, чем обернется битва? Сомнения, снова сомнения.

— Смотри, вон там, внизу, мы в такое время ловили уток. — Готфрид показал Лойде болото за левым флангом Нероды.

Правое крыло упиралось в холм с руинами Касалифа, за которым к северу лежали оголенные зимой леса Савоя.

— Ага, а вон виноградник, где вы с Анье пытались побрить пса вашего брата?

— Нет, это ближе. Там, где теперь неприятельский лагерь.

Алер прислушивался краем уха. Отчасти он сочувствовал юноше. Угодить в подобный переплет в столь раннем возрасте и так накрепко… Может, поделиться с ним новостями из Сартайна, переданными Бельфильо? Тогда, вполне вероятно, Меченосец останется с миньяком и после победы над Неродой. Впрочем, едва ли мальчишка забудет, что случилось здесь. Жажда мести не оставит его — она, словно хворь южных земель, вцепляется намертво. Рано или поздно юноша захочет ее утолить. Не иначе, Нерода выбрала это место для битвы как раз, чтобы напомнить пареньку о горе и боли… Все же Слада кое в чем права.