Вторая жизнь. Вид сбоку 2.5 - Ксения Чудаева Страница 4

Тех, кто угрожал его девушке, Ликаард предпочитал судить по законам демонов. То есть радикально.

— О чём ты? — тут же встрепенулась Майя, до этого так и таращившаяся в точку, где ещё пару секунд назад стояла занесённая. — Она не могла…

— Она не за одно с нападавшими, — хмуро ответил страж. И, не желая растягивать или отдалять момент, проговорил: — Эскель с утра не просто так связывался со мной. Эта женщина — повторно занесённая. Это…

— Наша мама! — перебила его дочь. — Я не сошла с ума, это действительно она!

Ликаард с недоверием переводил взгляд с отца на сестру, ждал опровержения столь безумной идеи, но к его изумлению Хэлмираш согласно кивнул.

— Ли, бери сестру и давай домой. Сегодня вам тут делать уже нечего. Я сдам вахту и вернусь, — Хэлмираш вдруг почувствовал страшную усталость. Словно его тело поддерживалось в форме именно напряжением ожидания. А сейчас, когда всё близко к разрешению, сил на это почти не осталось.

— Мне надо в Академию, — тут же возразила Майя. — Я туда и обратно, перенесусь сама, кристаллы есть.

Раньше Хэлмираш бы возразил и настоял на сопровождении, но сейчас только махнул рукой, исчезая в портале, переносящем его в кабинет, где уже ждали Арт и Енир. Артур кивнул стражу, как бы говоря, что его раннее поручение выполнено без проблем.

— Что там было за возмущение в третьем секторе? — тут же перешёл он к делу.

— Стандартно: ненавистники демонов хотели малую демонстрацию устроить. Быстро угомонили, — пожал плечами Артур. — В десятом простая потасовка, с Ликаардом или принцессой никак не связано, разнимать не стали, пусть местные сами разбираются.

— Тринадцатый, — продолжил опрос Хэлмираш.

Доклад занял примерно полчаса, после чего страж торопливо сдал вахту Артуру. Енир вопросительно поднял брови, ведь день ещё не закончился и смена рыжего пока не началась, но, видя особенно мрачное выражение лица начальства, спрашивать напрямую не стал. Вопросительно глянул на Артура, но и тот покачал головой, как бы давая понять, что любопытство сейчас вообще неуместно.

Хэлмираш почти содрал с себя доспехи и перенёсся в дом. Даже не понял сам, почему не оказался сразу в гостиной, а материализовался в спальне. Поморщившись, быстро переоделся и устремился в гостиную, всё ещё ощущая внутри себя только холодную пустоту. Что он скажет ей? Что он вообще может сказать? Ноат хотела вернуться к своему мужу. К тому, кого уже давно нет в живых. Так зачем сейчас её обрекать на нахождение рядом с тенью, которой стал Хэлмираш? Страж покачал головой. Нет, он не будет ей даже предлагать. Он просто оставит ей этот дом, пусть обживается, налаживает отношения с детьми, вливается в новую жизнь. А сам просто уйдёт. Хэлмирашу всегда хватало его каморки в башне, так что и сейчас ничего не помешает ему там снова поселиться. А здесь он больше не будет нужен, Ноат вернёт жизнь этому дому, детям будет с ней лучше. Мысли были правильными, но от них остро хотелось удавиться.

И только выйдя к лестнице, Хэлмираш услышал отрывок разговора на повышенных тонах. Гневный голос Ликаарда и второй незнакомый, но неуловимо родной своими интонациями. И почему-то от того, как звучал этот голос, стражу стало невыносимо. Не должны такие эмоции переливаться в этом голосе!

Хэлмираш распахнул дверь и шагнул в гостиную.

— Хватит! — оборвал он жестокие слова Ликаарда. — Ли, прекращай орать. Эскель предоставил доказательства, что межмировой переход был.

— Ну хоть мои враги не обзавелись столь подробной информацией о нашей жизни, это не может не радовать!.. — молодой демон словно издевался, специально подбирая самые резкие слова. — Но насчёт нашей семьи хочешь сказать, я хоть в чём-то неправ? — Ликаард повернулся к отцу.

И не только он, Ноат… Да, это была именно она. Теперь Хэлмираш был вынужден это признать. Образ, некогда увиденный в библиотеке, совместился с живой мимикой и выражением глаз, складываясь в единое целое. У стража на мгновение сдавило грудь, не давая нормально ни вдохнуть, ни выдохнуть. Она действительно здесь, Ноат снова рядом…

Роящиеся мысли не позволили сразу увидеть главного: как в настороженных серых глазах ожидание вдруг сменилось разочарованием, а затем страхом. Ноат еле заметно мотнула головой и попятилась.

Нет! Мысленно рванул за нею Хэлмираш, а затем и физически, когда за спиной женщины вдруг разверзлась чёрная дыра с отливающими фиолетовым краями. Серые глаза Ноат распахнулись от удивления, когда она провалилась в портал и исчезла.

— Ноат!.. — только и успел крикнуть страж, но пальцы схватили лишь воздух. — Трус! — почти зарычал уже сам себе. Если бы сразу поверил, если бы сейчас не молчал!..

— Это что вообще было? — несколько растерянно спросил Ликаард. — Это вот так она из тюрьмы сбежала?.. — хотел ещё что-то добавить, но споткнулся о разъярённый взгляд отца.

— Ещё раз нагрубишь матери, я тебе рога обломаю! — рявкнул Хэлмираш, лихорадочно соображая, куда могла деться Ноат и кто мог ей в этом помочь.

Ликаард в немом удивлении вытаращился на отца. А страж между тем метался глазами по гостиной.

Она может обладать искаженной магией, — вспомнились слова Эскеля. Если это было оно…

Хэлмираш исчез, появляясь вновь в кабинете Гарахи, но расчёт не оправдался, помещение пустовало. Выругавшись, страж наложил на себя щит и переместился к дому Эскеля. Только вот ни войти, ни постучать возможности не было, стоял магический запрет, вшитый в многослойный сложный монолитный купол. Если кабинет был защищен лучше, чем спальня императора, то этот дом мог посрамить собственным щитом императорскую сокровищницу.

А дальше пришлось делать то, за что Гарахи вполне успешно мог подать на него жалобу в Совет, требуя наложить запрет на использование магии, а именно абсолютно варварский взлом защиты дома с применением заклинаний боевой магии, запрещённой к использованию везде, кроме как на поле боя. Не раздумывая, Хэлмираш обрушил всю мощь восстановленного резерва и накопленных знаний на переливающуюся защитную оболочку поместья.

Формула стонала, корежилась под неистовым напором магии, резерв стража стремительно таял, грозя начать тянуть жизнь из носителя. На напряжённых руках стража проступили крупные вены, рассечённая щека задёргалась в нервном тике, но Хэлмираш продолжал разрывать чужое заклинание. Купол пошёл трещинами, вздрогнул и разлетелся на осколки, а в следующую секунду страж уже стоял в спальне владельца поместья. Полуголый Гарахи в одних атласных пижамных штанах взирал на вторженца скорее раздраженно, чем испуганно, несмотря на способ его появления. Однако Хэлмираш прекрасно ощущал причину: на