Таверна на прокачку - Алексей Сокол Страница 36

Возвращался и снова скрёб грязный пол, расчищая один загон за другим.

Взошла местная Луна, воздух стал заметно прохладнее. Но я продолжал работать. Руки уже тряслись, спина отказывалась сгибаться. Радовал меня только прогресс, который прирастал медленно, но верно. К слову, прирастали не только дух и тело, но и кулинария. Видимо успехи, полученные под эффектом от похлёбки, распространялись и на меня.

Уровень таверны тоже прирос. Хотя каким образом конюшня относится ко всему остальному? В этом ещё предстоит разобраться.

Набив целое очко укрепления тела за неполный час, я отставил лопату в сторону и перевёл дух. Тряслись уже не только руки, но и ноги. На сегодня, пожалуй, хватит. У меня еще завтра будет целый день. Успею и поработать, и возможно отлупить кого-то. Например, того же Якова подкараулить. Чтобы знал как горшки с похлёбкой бить…

Невесело усмехнулся своим мыслям. Быстро этот мир делает из меня неотёсанного деревенского драчуна. Ну, ничего. Решу свои проблемы, а потом отстрою средневековый «Гранд хайят». Чтобы ко мне местные бароны на поклон ходили.

Старался фокусироваться на последней мысли и повторять про себя, чтобы отпечаталась в подсознании.

На самом деле я ресторатор, а деревенских оглоблей луплю так, для души… Тьфу! Для укрепления тела, ага.

Я убрал лопату и ведро и побрёл к колодцу. Там стащил с себя вонючую рубаху, огляделся — никого, быстро стянул штаны и бросил всю одежду в сторонке. Потом облился из ведра, с трудом приподняв его до уровня груди.

Колодезная вода в первую секунду обожгла, но потом по телу растеклось тепло. Я крякнул от удовольствия, потряс головой и быстро надел штаны. Мешковина липла к мокрому телу, но это были уже мелочи.

Ещё бы где-то постирать вещи, и было бы замечательно. Надо завтра спросить у Марии.

С грязной рубашкой в руках я поспешил в свой закуток под лестницей. Там рухнул на матрас, не обращая внимание на острые соломинки, что торчали из него, и закрыл глаза.

Какое блаженство!

Я закинул руки за голову, и пальцы натолкнулись на угловатый предмет. Я ухватил и вытащил шкатулку, которую разглядывал утром, а после припрятал под матрас. Поставил её на грудь. В темноте было не разглядеть узоров на её поверхности, и я провёл пальцами, нащупывая фигурные вырезы на крышке и боковых стенках.

Память включилась.

Максу около пяти лет. Он водит пальцем по рисунку на шкатулке, его завораживает узор, который скручивается в спирали, расходится ветками и снова соединяется. Макс поднимает взгляд и видит лицо матери — у неё светлые волосы, солнце светит сзади, и кажется, что вокруг головы у неё яркий ореол. Черты лица не разобрать, но Макс помнит эмоции — любовь, спокойствие и безопасность. Мамины руки подхватывают его, и в этот момент он — самый счастливый человек на свете.

Я почувствовал, что глаза намокли. И это была не моя реакция.

За те пару дней, что я провёл в новом для себя мире, я впервые ощутил такое всепоглощающее счастье. Длилось оно всего пару секунд, а потом меня накрыло глубокой печалью. Я не знал, что случилось с родителями парня, в теле которого я очнулся. Твёрдо был уверен, что он — сирота. Но при каких обстоятельствах он лишился родителей? И почему Виктор отзывается об отце Макса с уважением, но при этом бросается фразой «ведьмин выкормыш»? Какая-то история с матерью таилась в глубине памяти Макса, но я не смог её вытащить, а потом и вовсе провалился в сон.

* * *

Снилось ему, как он собирал в поле цветы. Бегал и смеялся, а его мама, улыбалась ему, гладила по голове и рассказывала о каждом принесённом цветочке. Макс запомнил бы всё, информация-то ценная, вот только записать было не на чем.

Матушка притянула его к себе чтобы обнять. Он видел её счастливое, освещённое солнцем лицо, в сантиметре от себя.

Вдруг, солнечный свет пропал. Лицо матушки тут же стало серым. Губы плотно сжались, лицо пересекла печать горя. По её впавшим щекам струились слёзы. Макс хотел её утешить, но не смог пошевелиться. Мог только стоять в сантиметрах от матери и наблюдать за её страданиями.

В следующий миг её лицо снова озарил свет. Только это был не свет Солнца. Это было зарево огня. Лицо матери не улыбалось, оно было искажено от страха и боли. Она кричала…

Этой ночью, Макс спал беспокойно. Он что-то бормотал, а когда петухи прокричали, встречая солнце, он резко проснулся и вскочил на ноги. Вот только он не помнил, что заставило его так подорваться. Да и вспомнить, что ему снилось, тоже не смог.

Глава 13

Нежданные посетители

К утру мышцы снова одеревенели. Я знал, что разминка и зарядка мне помогут, так что преодолевая боль, начал усердно разминаться.

Покрутил кистями рук, потом локтями, пошевелил плечами, подвигал головой.

Несколько раз приложившись затылком о притолоку, признал, что, большего в каморке не добиться. Так что я выполз из-под лестницы и, шаркая ногами, как старик, выбрался на улицу.

Солнце едва поднялось над горизонтом, воздух освежал, наполняя силами не хуже бодрянки. В голове сразу прояснилось.

Я отошёл за дом, помахал руками, сделал наклоны и выпады. Даже улыбнулся, чувствуя, как тело разогревается. С каждой секундой шевелиться становилось всё легче. Под конец я попрыгал на месте и остановился.

Чтобы закрепить эффект, добежал до колодца, набрал ведро воды и окатил себя ледяной влагой.

Утро началось правильно. Теперь, чтобы не случилось со мной за этот день, вряд ли оно сравнится с обжигающим потоком воды, от которого перехватывает дыхание.

Ну, что, у меня остался один день. А ведь еще предстоит набрать чуть больше тридцати процентов прогресса.

Жуя подсохший цветок бодрянки, я огляделся в поисках первой жертвы своей работоспособности. Колода с топором стояла на прежнем месте. Решил заодно нарубить дров и занести их на кухню.

Мария наверняка уже встала, покажу ей, что не зря ем свой хлеб. Кстати, заодно и позавтракаю — при мыслях о хлебе живот тут же стянуло от голода. Всё-таки двухразовое питание для растущего организма — это очень мало.

Я взял топор, и перед глазами уже привычно выскочили картинки из книги про Клинок Ветра. А ведь топор — тоже холодное оружие, можно тренироваться и с ним. Причём он даже лучше лопаты, да и реально подходит на роль боевого оружия.

Для пробы сделал несколько взмахов, сверяясь со светящейся инструкцией и мысленно повторяя