Избранный цикл фантастических романов 1. Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - Кири Кирико Страница 351

Я столько раз слышал подобное, эту глупую попытку подковырнуть, попытаться поймать на слове и так далее, что даже не пытался искать оправдания. Давно известно, что всех не спасешь, всем мил не будешь и свои так или иначе ближе к сердцу, поэтому такие вопросы — не более, чем игра на морали.

Я бросился вперед за Матерью, которая пряталась в пещере, и вновь столкнулся с девчонками, которые упорно прикрывали свою поработительницу. Если тех пятерых я уложил, еще одна лежит там на столе, то эти трое должны были остаться последними.

Правда, вот конкретно с ними произошел полный фэйл.

Эффекта неожиданности не вышло, и едва я кинул первый дротик, который ушел в молоко, как мне в ответ полетел огненный фаерболл, от которого пришлось уворачиваться. Отступив, я следом кинул еще два дротика, но оба прошли мимо, так как девушки, извиваясь змеей, ловко увернулись от обоих снарядов.

А потом я и вовсе прохватил под дых с вертушки так, что меня отбросило назад и немного протащило по полу. Я прокатился по земле, хватая ртом воздух, но отдышаться мне так и не дали — я едва успел перекатиться, как на то место, где я был, приземлилась девчонка, буквально оставив в каменном полу кратер от колена.

А ведь там мог быть я… бр-р-р…

Я оттолкнулся от земли, отпрыгнул в сторону и обнаружил, что бойкая девчонка успела оказаться прямо передо мной. Еще один удар, меня вновь откидывает назад, и я вновь кубарем прокатываюсь по земле.

— Я не хочу тебя убивать. Я не хочу никого убивать, но ты не оставляешь мне выбора, — разносился голос Матери. — Я могу подарить тебе покой. Могу заставить тебя забыть то, что ты сделал. Ты можешь присоединиться ко мне. Я позабочусь о тебе лучше, чем кто-либо иной.

И словно в подтверждение ее слов девчонка, ловко увернувшись от дротика, вломила мне так, что я согнулся. Дротик дротиком, меч мечом, а уровень, который нас разделял, нивелировал все мои преимущества. И если в прошлый раз мне удалось застать их врасплох, теперь я вообще ничего не мог ей сделать: все трое просто уворачивались от снарядов.

Я попытался отступить, но через какие-то мгновения смелого отступания получил по хребту и рухнул на землю. Сука… как же больно…

— Сдайся, я знаю, что для тебя лучше, — произнесла Мать-перемать. — Только я смогу дать тебе то, что ты действительно хочешь.

Ее уговаривающий голос никак не соответствовал тому, что меня пинали ногами, отбивая почки. В какой-то момент я даже начал отключаться, стараясь закрыть голову, и… нет, я не отключился, но получил так, что уже и не мог встать. А потом еще раз, и еще, после чего девчонки навалились на меня, придавив к земле.

Даже будь я полон сил и не избитый, вряд ли бы мне хватило сил противостоять им. Пятый уровень против четвертого — здесь исход был очевиден. А их было не одна и не две, а целых три. А еще мне было больно даже дышать после того, как мне прошлись по ребрам. Но здесь была и другая сторона — едва они прижали меня к земле, как я тут же начал травить их, надеясь, что успею это сделать до того, как отключусь.

Но делать этого не пришлось.

Любой бой всегда решается за секунды. Вот ничего не предвещает беды, вот один противник теснит другого, а потом хоп!

Этим самым «хоп!» стала для Матери неосторожность.

Я знаю, что она видела меня глазами девушек. Знаю, что она видела, как меня прижали к полу и обездвижили. Наверняка уже праздновала победу (если умела) и думала, что после такого я вряд ли смогу что-либо сделать, строя на меня свои планы. Что бы она в тот момент ни думала, но когда Матерь выглянула из своей пещеры в зал…

Она совсем забыла, от чего в начале спасли ее девчонки, продлив ее жизнь на лишние полчаса, а я не упустил момента, даже будучи сильно избитым.

Клинки веера сорвались с пола, где их посбивали девчонки, и со скоростью выпущенных из тугого лука стрел пробили ее голову (вроде это была голова) навылет.

Я не услышал ни вскрика, ни гула, ни ее голоса — Мать не успела, скорее всего, даже сообразить, что происходит, умерев мгновенно.

Я понял это по тому, как девчонки, что держали меня до этого, вдруг расслабились и следом неожиданно завизжали на манер Цурико, когда ее лишили контроля. Схватившись за лицо руками, они начали истошно голосить на всю пещеру, пока всех троих я не уложил на боковую крепкими ударами.

Пусть немного поспят.

Правда, после того как меня они отпинали, мне самому бы не помешало немного выспаться. Но, боюсь, обойтись придется исключительно пилюлями, которые пусть и немного, но облегчили боль, как и поток Ци, который я разогнал по телу.

Прежде, чем отключаться, предстояло еще осмотреть помещение, а то вдруг их тут несколько. Типа главная Мать и запасная.

— Мы… убили ее? — тихо спросила Люнь.

— А ты не видишь? — просипел я и с трудом встал, чувствуя боль в каждой клеточке своего тела.

— Вижу, но…

— Но что? Так быстро и просто? Или так ужасно, что мы сделали нечто подобное? — устало спросил я.

— Наверное, все вместе, — глухо ответила Люнь. — Она ведь не хотела зла людям, да?

— Да как сказать, — вздохнул я, медленно поднимаясь.

Но я понимал, о чем говорит Люнь. По сути, она просто хотела добра людям, но делала это своими, не укладывающимися в наше понимание добра методами. Жаль, что это никак не меняло ситуацию.

По мысленному приказу все пять клинков вернулись в зал, грязные и окровавленные. Спрятав свое оружие, я медленно направился к проходу, в котором лежала Матерь всех потерянных. Просто огромная туша мяса, по которой было сложно сказать, что это и где у него голова.

Мне даже было противно касаться ее, как, впрочем, и заходить в эту комнату, но осмотреться стоило, так как пещера явно увеличилась в размерах. У меня были определенные подозрения, что на самом деле она вполне могла здесь что-то охранять.

— Юнксу, твоя лампа, — указала пальцем Люнь на кусочек железа, что лежал в углу комнаты среди ошметков.

Морщась, я поднял кусок металла, стряхнул его и положил обратно в сумку, после чего огляделся. Меня интересовал в первую очередь проход дальше, который открылся за Матерью.

— Ты это видишь? — тихо спросила Люнь, когда мы подошли ближе.

— Что именно?

— Стены.

Я не сразу понял, о чем она говорит, если честно, слишком темно было. Но когда я поднял над головой лампу, осветив коридор, с удивлением обнаружил, что он заканчивался гладкой стеной, сплошь исписанной картинками. Ну как исписанной — на ней были выдолблены рисунки, которые со временем уже успели поистереться.

— Храм? — спросил я.

— Нет, совсем не похоже, скорее место поклонения или маленькое святилище.

Люнь подлетела к картине, внимательно рассматривая ее.

Признаться честно, я тоже с интересом окинул взглядом стену, только вот с трудом понимал, что на ней изображено. Какая-то толпа окружила человека, который висит в воздухе и лучится светом, и будто тянет к нему руки. Сверху к нему тянутся огромные когтистые лапы, которые будто хотят схватить его.

— Что скажешь?

— Что?

— Ну, что изображено, объяснишь? — кивнул я на картину. — Я как-то нихрена не понимаю.

— Эм… тут… тут изображены люди, которые получают в дар человека, который сможет что-то очень важное сделать, — медленно произнесла она, пробегая взглядом по стене. — Тут… тут изображен человек-ключ.

— Человек-ключ? — что это за супергерой.

— Так называют особенных людей. Тех, кто своим существованием может как-то изменить судьбу мира. Как ключ, который надо лишь поднести к скважине и повернуть, чтобы в мире что-то кардинально изменилось.

— Я понял, избранные, — кивнул я. — В нужное время и в нужном месте они смогут перевернуть мир.

— Да-да, именно так. Например, они могут открыть какую-то технику, что изменит мир. Или стать активатором двери в какую-нибудь сокровищницу. То есть именно они могут как-то на что-то повлиять.

— И что это за избранный? — кивнул я на картину.

— Кто-то, кто обладает даром, что может изменить как небеса, так и на землю, — с сомнением произнесла Люнь. — Не знаю, какая-то дурость получается, мне сложно понять смысл. Он нужен и небесам, и людям на земле, так как является ключом… к существованию.