Патриция Брей - Честь Девлина Страница 35

Капитан постучала, и когда Сольвейг открыла дверь, повторила заранее разученную речь.

— Прошу прощения за беспокойство. Я расследую сообщения о том, что в некоторые комнаты этого крыла проник вор и украл несколько ценных вещей. Может быть, вы чего-нибудь недосчитались недавно? Или вокруг бродил кто-то, кому здесь быть не положено?

— У меня нет привычки ежедневно пересчитывать украшения, — ответила Сольвейг. — Если вы войдете, я с радостью проверю, не пропало ли что.

— Вы меня очень обяжете.

Когда капитан вошла, баронесса закрыла за ней дверь.

— Я так понимаю, никакого вора нет? — предположила Сольвейг.

Драккен улыбнулась.

— По крайней мере я о нем ничего не знаю, хотя леди Вендела считает, что потеряла изумрудную брошь, а советник Арнульф заверяет, что лишился нефритовых шахмат и пары украшенных камнями кубков.

— Про шахматы не знаю, зато слышала, что кубки он проиграл своим товарищам.

Ложное обвинение подобного рода было серьезным преступлением, но даже сумей капитан доказать, что советник проиграл кубки и никто их не похищал, он всегда бы мог заявить, что ошибся, поскольку был слишком пьян и ничего не помнил.

— Без сомнения, он надеется, что король возместит его потери, — добавила Сольвейг.

— Тогда он не в курсе, в каком состоянии королевская сокровищница.

— Я вижу, вы поговорили с лордом Рикардом.

— Да. И сама посетила сокровищницу. Все сундуки на месте, и тем не менее больше половины пусты. А что до остальных, я не могу сказать — золото в них, серебро или простая медь.

Капитан от всей души надеялась, что в оставшихся сундуках золото или хотя бы слитки серебра. Только убедиться в этом не было возможности, потому что казначей отчитывался непосредственно королю. Совет мог бы запросить отчет о состоянии сокровищницы, но сейчас он был распущен на зиму и будет собран лишь весной.

— Есть и одна добрая весь. Девлин почти добрался до Альварена. Если ему повезет, скоро он получит меч, — проговорила капитан.

— Обратный путь будет труднее, — вздохнула Сольвейг. — Когда станет известно, что он возвращается, враги попытаются помешать ему добраться до Кингсхольма.

— Это возможно, — признала Драккен. — Если как-нибудь выяснить, каким путем он поедет, можно выслать вооруженный эскорт.

Впрочем, поскольку они не знают, какой путь выберет Девлин, то не знают этого и его враги. В небольшом быстро движущемся отряде есть свои преимущества.

— Девлин должен вернуться с мечом. Ничто, кроме этого, не сможет изменить отношения придворных к нему. А ведь только он может убедить короля и Совет усилить охрану границ и вывести армию из внутренних районов.

— Значит, вы считаете, что будет война. И скоро.

— Да.

— Почему? До сих пор наши враги не проявляли себя, довольствуясь мелкими приграничными стычками и ослаблением нас изнутри.

— Это правда. Даже неудавшееся вторжение в Коринт было скорее блефом, нежели настоящей попыткой завоевания.

— Тогда почему они должны напасть сейчас?

— Потому что король назначил Девлина генералом армии. Враги уже увидели, что Избранный занялся укреплением наших рубежей, отправил майора Миккельсона охранять северный берег, а отряды из внутренних провинций — к Нерикаатской границе. Когда он вернется, работа продолжится и королевство станет сильнее. Поэтому самый подходящий момент нанести удар сейчас, пока Девлин не успел усилить охрану границ. Если наш враг планирует попытку завоевания, то нападет на нас весной. В этом я уверена.

А если Избранный не вернется, командование армией окажется в руках недавно назначенного маршала Эрильда Олваррсона. Он же будет делать все то, что скажет король и Совет. И это в случае войны может привести к катастрофе.

— Вы знаете, что граф Магахаран остался в Кингсхольме после роспуска Совета, — сказала Сольвейг. — Он говорит, ему нравится неформальная атмосфера, царящая при дворе в это время, и я несколько раз обедала с ним вдвоем.

И в самом деле многие удивились, что посол Сельварата шил зимовать в Джорске, вместо того чтобы отправиться на родину посовещаться с императором. Правда, между двумя государствами постоянно сновали туда-сюда посланники и граф явно был в курсе того, что творится дома.

— Перед тем как отбыть на родину, граф заверил меня, что Сельварат собирается выполнить договор с нами. Весной они отправят посла к королю с официальным предложением военной помощи, чтобы защитить границы от нападения.

Это и в самом деле были добрые вести. Больше ста лет назад Сельварат и Джорск перестали враждовать и подписали соглашение о взаимопомощи в случае нападения на одну из сторон. До сих пор случая прибегнуть к нему не представлялось — хотя многие ворчали, что Сельварат по меньшей мере должен был принять меры против Нерикаата и наказать эту страну за постоянные набеги на Джорск.

— Сообщил ли он об этом королю?

— Он рассказал мне это по большому секрету. Полагаю, королю дали понять, что такая возможность существует, хотя публичного обсуждения этого вопроса не будет, пока посол не вернется с официальным предложением.

Таковы были дипломатические игры, где честный разговор заменяли намеки и полушепоты. И лучшие мастера по этой части обитали в Сельварате. Интриги джорскианцев казались детским лепетом по сравнению с хитросплетениями придворной жизни империи.

Значит, теперь есть две надежды, связанные с весной. Возвращение Девлина и обещание Сельварата послать на помощь хорошо обученные войска.

Значит, ей остается только следить, чтобы в городе царил мир, пока не прибудет подмога.

XIII

Деревня сгорела несколько дней назад, но запах дыма витал в воздухе, горьковатым привкусом ощущался во рту. Подойдя к бывшему порогу самого большого из четырех домов, Девлин сглотнул комок в горле. Среди развалин он опознал несколько балок, упавших с крыши, и обгоревшую солому, но остальное превратилось в жуткую мешанину. Даже каменные стены изрядно обгорели.

Это был третий день пути после отбытия из Бенгора. Там, во время ночного ритуала у костра в День Поминовения, Девлин встретился лицом к лицу с самым страшным своим кошмаром. И все же ничто не могло подготовить его к тому, с чем пришлось столкнуться здесь. Потому что в тот самый момент, как Хаакон мучил Избранного, последний из местных жителей сгорел заживо.

— Ты достаточно видел? — спросила Ниам. Именно она встретила их на въезде в деревушку. Девлин захотел своими глазами увидеть остатки домов, хотя женщина пыталась убедить его не делать этого.

— Этот дом нарочно подожгли. Огонь уничтожил все, и так было задумано, — заметил воин, невольно удивляясь спокойствию своего голоса. Вообще-то ему хотелось кричать.