Гэв Торп - Warhammer: Битвы в Мире Фэнтези. Омнибус. Том I Страница 317

— Боги! — пренебрежительно хмыкнул Нагаш. — Эти бестелесные шарлатаны. Их время закончилось. Грядущая империя — моя империя — будет вечной!

Небунефер хрипло засмеялся и сказал:

— Сеттра думал точно так же, но теперь жуки поедают его внутренности. И ты ничем от него не отличаешься, Нагаш. Ты просто еще один тиран, который возвысится и падет, как и все прочие, а когда ты умрешь, боги будут ждать тебя, чтобы судить. Наверняка они уже ждут не дождутся этого.

— Ни один бог не сможет меня судить! — взревел Нагаш. — Я сжег их храмы и убил их жрецов! Скоро их драгоценный город станет моим, а их имена навеки забудутся!

Небунефер покачал головой.

— Ты болван, — сказал он. — Заносчивый болван, считающий себя равным богам. Однако тебе не хватает ума, чтобы понять одну простую вещь: до тех пор, пока существует Соглашение, богов низвергнуть невозможно. Они связаны с нами точно так же, как мы связаны с ними, и ничто, сделанное тобой, этого не изменит. Неужели ты не понимаешь? Твой горестный поход против богов был обречен с самого начала!

Старый жрец откровенно провоцировал некроманта, Архан сразу это заметил, но не понимал, с какой целью. Однако Нагаш словно ослеп. Он так долго мечтал добраться до Небунефера после его предательства в царском дворце! А теперь старый жрец оказался в его руках.

Нагаш стиснул кулаки, сделал шаг к старому жрецу и вдруг застыл на месте. Глаза его расширились, на лице появилось торжествующее выражение.

— Ну конечно, — прошептал он. — Ответ все это время лежал прямо передо мной!

Вечный Царь испустил дикий вопль радости и метнулся вперед, схватив старого жреца за горло.

Глаза Небунефера широко распахнулись. Он вцепился в запястья Нагаша, пытаясь вырваться из хватки некроманта, но не мог соперничать со сверхъестественной силой царя. Нагаш оторвал старика от земли и встряхнул его, как тряпичную куклу.

— А я его не видел! — вскричал Нагаш, хохоча, как сам Владыка Тьмы. — Сила богов была у меня в руках, а я этого не понимал! Махрак обречен, Небунефер, и ты умрешь, зная, что именно ты виновен в его гибели!

Небунефер все еще пытался сопротивляться, цепляясь за запястья Нагаша, но силы его угасали. В глазах старого жреца пылала неприкрытая ненависть. Тут раздался слабый треск, словно отломился сгнивший сучок, и голова Небунефера неестественно запрокинулась.

Нагаш отшвырнул тело старика.

— Ведите сюда царицу! — прокричал царь. — Низвержение старых богов сейчас свершится!

В этот миг полотнище, закрывающее вход, снова отлетело в сторону. Внутрь, спотыкаясь, вошел гонец, весь в грязи и полумертвый от усталости.

— Идут армии Разетры и Ливары! — выдохнул он. — Будут здесь через час!

Бессмертные потрясенно зашипели, но Нагаш, Вечный Царь, только усмехнулся.

— Они опоздали, — произнес он.

Союзные армии неслись по равнине, подобно ураганному ветру, устремляясь к лагерю нумасийцев. Авангард войска составляли восемь тысяч тяжелых кавалеристов под предводительством Экреба. Остальная армия шла следом. К небу взвивались огромные фонтаны пыли, но ради скорости войска решили не таиться. Если боги с ними, нумасийцам не хватит времени организовать оборону.

Экреб в бешеной скачке подставлял лицо ветру, чувствуя прилив дикой радости. Последняя битва с врагом неотвратимо приближалась, и казалось, что тяжесть всех горьких поражений наконец-то свалилась с его плеч. По крайней мере, сейчас у них есть преимущество.

Экреб скакал в гуще войска, направляя своего могучего коня на высокий песчаный бархан, а потом устремляясь вниз. Перед ними лежала еще одна равнина, примерно полмили в длину, и заканчивалась еще одним рядом высоких барханов. Над ними клубились темные тучи, а над северной линией горизонта виднелись верхушки храмов Махрака.

Поперек равнины выстроились полки нумасийских всадников: двенадцать тысяч кавалеристов, готовых к бою. Над их рядами развевались знамена царей-близнецов.

Увидев авангард союзников, нумасийцы обнажили мечи. На отполированной бронзе заиграло солнце. И в одно мгновение радость Экреба испарилась. Каким-то образом их обнаружили.

В центре вражеских боевых порядков цари-близнецы подняли руки. Рога протрубили одну-единственную ноту, и нумасийцы двинулись в наступление.

В громадном лагере осаждающих выли рога, призывая войско нежити на битву. Бессмертные выскочили из палатки Нагаша так быстро, что и глазом не уследить, запрыгнули на своих коней-скелетов и помчались в разные стороны раздавать приказы и расставлять по местам десятки тысяч воинов, чтобы отразить неожиданную атаку врага.

От нумасийских царей на юге не было вестей, но обрывочные сообщения указывали на то, что кавалерия успела построиться и выйти навстречу противнику. Полководцы Нагаша выбрали гряду невысоких холмов в нескольких сотнях ярдов за лагерем нумасийцев, чтобы расставить там свои первые боевые порядки; полки копейщиков поспешно передвигались на юго-восток и выстраивались там вдоль склона, а гонцы мчались на юг, призывая зандрийских лучников к немедленным действиям. Буквально за несколько минут основной корпус армии Нагаша — сотня тысяч живых мертвецов, пехотинцев и кавалеристов — уже выдвинулся вперед, выстраиваясь углом на юго-восток, чтобы создать стену из костей и металла на пути наступающих сил Востока. За боевыми порядками осадные инженеры хлестали кнутами рабов, переставлявших тяжеленные катапульты.

Среди всего этого хаоса восемь полков воинов-скелетов, весь резерв числом сорок тысяч, повинуясь яростной воле Нагаша, направился к линии, разделяющей свет и тьму. Вечный Царь шел вслед за ними, окруженный Стражей Гробниц и толпой рабов. Два десятка перепуганных рабов несли на плечах каменный саркофаг царицы.

Архан Черный тащился позади мрачной процессии, отчаянно мечтая о своих доспехах и мече. Ему хотелось вернуться в свою обветшалую палатку и одеться к сражению, невзирая на злобный приказ Нагаша. Уж лучше пусть его снова пытают, чем лишиться головы, столкнувшись с вражеским конником.

Впрочем, визирь понятия не имел, что бы стал делать, будь он сейчас в доспехах и с оружием. С кем сражаться? Подспудно он надеялся, что сможет вернуть расположение Вечного Царя, если хорошо проявит себя в бою, но что потом? Опять вымаливать у хозяина капли его ужасного эликсира?

В воздухе потрескивала энергия. Выли рога, и земля содрогалась от поступи десятков тысяч ног. Архану казалось, что шатаются сами основы мира.

Двигаясь словно во сне, визирь шел следом за хозяином.