Сияя синим светом - Ли Лит Страница 30

«Гао Я Ли Чжи. Сборник снов» — гласили надписи на обложке.

Прочтение историй про перемещения душ из одного мира в другой, перерождение и осмысление прошлого, про всезнание и глухую пустоту не заняло много времени. Лань И прочитала всю книгу, оставшись с непонятными чувствами к ней. И вроде необычно, ново, а вроде знакомо и чего-то не хватило.

Особенно чудно выглядела последняя история про девушку, которая попала в мир, написанный другим человеком. Легла спать, а проснулась в другом мире.

Отложив книгу, Лань И с минуту смотрела на неё и вернулась к вышиванию, решив для себя спросить про автора книги. В клане Гао нет никакой ветви Я, Ли или Чжи. Даже близко их не было. Никогда не существовало.

— Или всё же? — прошептала Лань И, взглянув на тёмно-зелёную обложку.

Не могло же быть простым совпадением? Или могло?

С утра пораньше У-эр хлопотала над Лань И, после убирала комнату. Чтобы ей не мешать, Лань И вышла во двор, сев на ступень, чем заставила У-эр забегать в поисках покрывала.

В итоге: на ступени — покрывало, на плечах — плащ, на лице — вуаль.

Лань И скучающе смотрела на серое небо, подумывая над прогулкой к Земному бессмертному лотосу. За три дня он должно быть подрос.

— У-эр, я спросить хотела, — неожиданно вспомнила Лань И, — откуда книга?

— Какая? — выглянула на улицу У-эр с медным тазом.

— Та, которую ты принесла с нитками.

С мгновение У-эр смотрела в одну точку.

— А, эта. Мне надо её вернуть в библиотеку. Не понравилась? Другую принести?

Лань И пожала плечами.

— У автора фамилия «Гао», а имя — «Я Ли Чжи». В клане есть ещё ветвь? Или была?

У-эр поставила на пол таз и спустилась, чтобы быть лицом к лицу с Лань И, но при этом ниже.

— «Гаоя» — фамилия, а имя — «Личжи». К клану Гао этот человек не имеет отношения, хоть в одной книге, — она задумчиво посмотрела в сторону, вспоминая, — одного старейшины, если я правильно помню, была запись, что Гаоя Личжи был другом одного из основателей клана и даже жил в долине.

— И всё?

У-эр кивнула.

— Только это. Сейчас даже той книги старейшины не найти.

Лань И качнула головой. Друг основателя… Это же столько лет прошло, столько поколений сменилось. Удивительно, как книга сохранилась в таком хорошем качестве.

— Это очень странная книга, — прошептала У-эр. — Я как-то нашла эту книгу и другую часть. Они лежали вместе. В той части очень странные слова использовались.

— Какие? — в тон ей произнесла Лань И.

Долгое молчание У-эр поднимало страх, волнение, раздражение. Ещё немного, и они в единый клубок замотаются и вспыхнут.

— Уже не вспомню, — виновато вымолвила У-эр. — Они слишком сложные и неизвестные. Это… это… как его…

Лань И махнула. Мучения не дадут должных плодов.

— Рисунок, — торжественно выдохнула У-эр.

Приподняв брови, Лань И уже раскрыла рот. Что такого необычного в рисунке?

— Рисунок на светящейся доске с лентами. Или трубками? Не вспомню сейчас. Но то, что это рисунок на светящейся доске — это точно. К рисункам прилагались ещё исписанные облака.

— Исписанные облака? — Лань И подняла голову. Слова У-эр звучали чудно, как истории Гаоя Личжи. Выдумка или правда? Сейчас уже не узнать.

17 — Новый день

Новый день начался с прихода гостей в лице Мэн Шии и Фэнь Сяо.

— Мы встретились здесь, — сказала Мэн Шии, быстро оглядев Лань И с головы до пят.

— Не договаривались, — тихо подтвердила Фэнь Сяо.

Лань И занимала себя вышиванием на улице. Больше света, свежего воздуха.

— Замечательно, — Лань И побросала в шкатулку нитки и начатую вышивку.

— Как себя чувствуешь? — одновременно спросили Мэн Шии и Фэнь Сяо. Они коротко переглянулись.

— Уже лучше, — в приподнятом настроении Лань И с нескрываемой радостью смотрела на них.

Те три дня в обществе У-эр и лекарей превратились в серую массу, как нависшее унылое небо над долиной.

— Ничего не сделали? — Мэн Шии с легким прищуром прошлась ещё раз по Лань И, которая мотнула головой.

— Даже словами не отчитали.

— Было бы ещё за что, — Мэн Шии сложила руки на груди.

— А у вас как дела? — Лань И с интересом смотрела на пришедших.

— Без происшествий, — заверила Фэнь Сяо.

— Цзю Ваньлуань с ума сошла, — осуждающе выдохнула Мэн Шии. — Я вот вырвалась проведать тебя, чтобы не видеть суматохи.

— Давайте зайдём внутрь, — Лань И подхватила Фэнь Сяо и Мэн Шии под локоть.

В так называемой парадной части дома ничего существенного или особенного. Перед входом — ширма с выложенной из разноцветных камней картиной: парящие журавли над лотосовым прудом.

На полу — вытянутая, выложенная чёрным, белым, серым камнем картина леса, по обе стороны от неё — кресла с плоскими подушками бледно-розового цвета, между которыми узкие столики. Прямо под цвет мебели (светло-коричневый) та*. За ним — стеллажи с картинами художников прошлой династии.

— Рассказывайте, — Лань И села в кресло, близкое к та.

Фэнь Сяо и Мэн Шии опустились напротив.

— На главу клана совершили нападение, — Мэн Шии взглянула на закрытую дверь.

Лань И кивнула. Слышала, знала.

— Гао Синлун главой клана стал, — опустила подробности Мэн Шии. — И все словно рассудка лишились. Цзю Ваньлуань скоро в постели дожидаться начнёт нового главу клана.

Скривившись, она на пару секунд замолчала. Приводила мысли в порядок и сдерживала ругательства.

— Е Ваньэр старается не дать ей захватить внимание, — тяжело выдохнула Мэн Шии. — Цзао Бэйэр приходит и жалуется, что это не честно, не красиво, неправильно, и при этом таскает Гао Синлуну еду да с одного печенье делает.

Кто бы сомневался. Им теперь с удвоенной, если не с утроенной силой надо стараться выделиться и захватить всё внимание не просто Гао Синлуну, а уже главы клана.

— Ещё мне принести ему гранатового вина и орехового печенья, — цокнула Мэн Шии, — вот счастлив мужчина будет.

— Сестра Мэн, — Лань И подалась вперёд, подняв уголки губ в хитрой улыбке, — а ты и правда прийти с вином и печеньем к господину Сину.

Брови Мэн Шии поднялись сами по себе. Она даже не успела взять себя в руки.

— Может, он этого и ждёт, — пожала плечами Лань И, выпрямляясь. — Ждёт, когда к нему придут с вином для того, чтобы поддержать, а не для того, чтобы завоевать.

Как-никак, Гао Синлун потерял отца, на него свалилась огромная ответственность размером с необъятные горы, а тут ещё со всех сторон выскакивают девушки с желанием покорить, подчинить, женить