Сердце василиска (антология) - Франциска Вудворт Страница 30

— Но ты же сказала… — продолжала тупить девица, оправдывая прозвище «сонная тетеря». — И вовсе во мне жиру нет! — Она ещё и живот втянула, слегка посинев от натуги и надув щёки, как хомяк.

— Пошутила я! — фыркнула Лесана.

— Какие шутки, Леська! — вызверилась на неё Ильта, перестав скулить. Вайса испуганно затихла, уставившись на подругу по несчастью. — Нас на съедение червяку отдали! Огроменному! А ты… — зашипела она. — Сама дура!

За червяка стало обидно. Змей действительно был огроменным, но ведь и красивым тоже! Любой видевший говорил, что он на дракона похож. Разве что без крыльев. А эта белобрысая… как там её чернявая окрестила? Курица, вот! Обозвала, даже не взглянув.

Может, всё же куснуть её? Или лучше хвостом зашибить. Хотя нет: в первом случае вопить ещё громче станет, во втором — вонять. Какой уж тут отдых тогда?

Подумать о других вариантах отмщения полоз не успел, потому что Лесана со смешком ответила:

— Так и радуйся, Ильта! Будь змей помельче, по частям бы харчил — то руку откусит, то ногу. А так заглотит за один присест — и готово! Ты даже не заметишь, как внутри окажешься и начнёшь там…

— Ы-ы-ы! — с утроенной силой взвыла притихшая было Вайса, перебив рассуждения чернявой об их дальнейшей судьбе. — Ба, ма… а-а-а! — принялась перечислять она родственниц, которые, к слову, её сюда и отправили. Ну, или как минимум не сумели помешать это сделать другим. — Я молода-а-ая… красивая… с приданным… Невеста завидная-а-а…

— Была! — буркнула мелкая заноза, продолжая провоцировать как ор, так и скандал.

Змей не понимал — зачем, и это интриговало. Не от скуки же она их разбудила! Или всё же из-за неё?

— Вот именно! Ты, Васька, никому не нужная девственница — идеальная жертва для лесного хозяина. А у меня жених уже есть! Свадебные планы! Меня тут быть не должно, это ошибка! — возмущалась Ильта, отчаянно пытаясь выпутаться из объятий верёвки, но селяне постарались на совесть, привязывая белокурые «подарочки» к ёлкам.

— Это я никому не нужная? — оскорбилась сонная тетеря. — Да я… да у меня… — захлебнулась гневом она. — Только свистну — и толпа свататься прибежит!

— Ой, девочки, — рассмеялась чернявая, поглядывая на них. — Вы ещё подеритесь, выясняя, у кого поклонников больше. А, нет — не получится подраться: вы же связаны, — нарочито громко вздохнула она. — И толпы женихов что-то спасать не бегут… хм. Может вам таки посвистеть? Кстати, прошлым летом, помните, в бродячем цирке заклинатель змей был? Так он свою чешуйчатую подружку как раз свистом из мешка и выманивал.

— Ты-ы-ы! — И опять блондинки проявили завидное единодушие, огласив прежде тихий лесной уголок криком, от которого хвост у полоза сам в колечко сворачивался. — Точно, ты! — синхронно заявили Ильта с Вайсой, глядя на Лесану.

Они бы наверняка и пальцем на неё указали, не будь верёвок.

— Тебя змею надо скормить, а не нас, — заявила первая. — Уродина, сирота, ещё и вредина к тому же.  Ты — позор нашего села!

— Правильно тебя в жертвы определили, — поддакнула вторая злобно, но тут же снова скривилась и начала всхлипывать — очевидно, вспомнила, что и её тоже выбор не миновал.

— Да никто меня не определял, — изобразила ленивый зевок Лесана. — Сама пришла. Аришку отвязала, чтобы место её занять, а потом…

— Ариш-ш-шку?

Полоз невольно восхитился шипением блондинок. Громким, грозным и очень возмущённым.

— Почему её, а не меня? — перешла на привычный ор Ильта.

— Нет, меня — моя семья богата! Монет бы за спасение отсыпала.

— Зачем монеты мертвячке?

— А зачем помогать такой змеюке, как ты?!

— Сама змеюка!

— Гадина!

Красотки ссорились, как две базарные бабы за медяк. Всё громче и громче. Громче и громче! Ещё и змей оскорбляли, сравнивая с собой — змеи так не шумят, даже гремучие. А провокаторша улыбалась, довольная содеянным.

Вот паршивка!

В какой-то момент полоз не выдержал и, стремительно покинув тёмное нутро пещеры, выполз к скандалисткам. Даже если на минуточку допустить, что он питается человечиной (а он не питается) — такой «ужин» точно вызвал бы обещанное бабкой Вайсы несварение. Вне зависимости от количества жира на девичьих бёдрах. От чернявой же и вовсе помереть можно. Не девка, а яд!

Воцарившаяся при появлении на поляне гигантского полоза тишина, к сожалению, продлилась недолго. Не прошло и пары секунд, как раздалось уже знакомое плаксивое «ы-ы-ы»… теперь на три голоса. Хотя третья хористка явно фальшивила, даже не пытаясь подстроиться под своих товарок.

Убедившись, что принял правильное решение, змей заострившимся кончиком хвоста перерубил верёвки надоедливым девицам, а потом оскалился пострашнее и зашипел так угрожающе, что блондинки бросились с воплями в лес. На миг полозу даже показалось, будто они по сугробам несутся, не проваливаясь, словно призраки, за которыми шлейфом летят волосы и подолы тонких кружевных рубашек.

Красиво, бес побери!

Засмотревшись, змей упустил главное: чернявая заноза так и осталась стоять у своей ёлки, с интересом его разглядывая. С каким-то странным исследовательским интересом!

Не к добру!

Глава 3

Голоса несостоявшихся жертв уже стихли вдали, а на заснеженной поляне ничего не изменилось — девчонка и не думала убегать, только губы поджала недовольно да слегка прищурилась.

— И чего пялишься? — наконец, нарушил долгожданную тишину её вопрос. — Жри давай!

Змей икнул. Может, послышалось?

— Вообще, этих двух куриц, конечно, не жалко — Аришка безобидная, а Васька с Илькой давно напрашивались. Но всё же хорошо, что ты их отпустил. Ни к чему мне тут конкуренция, — заявила Лесана, чуть сместившись, чтобы взглянуть на безмолвного собеседника сбоку. — Огроменный, как же! — возмутилась она. — В тебя я одна-то с трудом влезу, а эти дуралеи сразу трёх упитанных девиц приволокли.

Змей потёр кончиком хвоста слуховое отверстие и как-то робко качнулся