Рыцарь из ниоткуда. Сборник (СИ) - Бушков Александр Александрович Страница 263

– Вот видишь? – повернулся Сварог к Маре. – Крайне полезный человек, хотя и шпион. А тебе сразу вешать…

– Я чисто теоретически рассуждала. В целях воздействия, чтобы меньше запирался…

– А он и не запирался, – сказал Сварог. – Тут все обстоит гораздо интереснее, кажется, начинается большая политика… Что еще?

– Лоранская королева отправила в Харлан одного из своих особо доверенных дворян. Харлану предлагается союз, направленный против вас, великому герцогу обещают изрядный кусок Трех Королевств. Однако он отказался…

– Ничего удивительного, – жестко усмехнулся Сварог. – В отличие от лоранской королевы, герцог меня однажды видел в очень серьезном деле и прекрасно представляет, на что я способен, ежели меня, простую душу, всерьез рассердить… Еще?

– С утра ко мне явился гланский посол. Ночью приплыл корабль с его земляками. Очень похоже, некая делегация… которая хочет встретиться с вами неофициально. Посол не сказал ничего конкретного… но у меня осталось впечатление, что он настроен крайне серьезно. Обеспокоен и взволнован. Мне думается, вам следует их незамедлительно принять… Мой человек был на пристани. Хотя они и кутались в плащи, он по некоторым деталям легко определил, что в составе делегации самое малое трое глэрдов – это их высший титул, соответствующий князю или герцогу. Такие люди не предпримут столь дальнее странствие по пустякам… С ними монах из какого-то Братства.

– Что еще?

– Это все…

– Ну что же… – сказал Сварог. – Отправляйтесь к послу и скажите, что я готов их принять. Совершенно неофициально. Мне это только на руку, поскольку при нашем кадровом голоде у нас до сих пор не набралось достаточно опытного народа, чтобы устроить официальный королевский прием, черт знает как смотримся на фоне сопредельных держав… Разумеется, мои ближайшие соратники тоже будут присутствовать. Ну, живенько! Одна нога здесь, другая там!

Едва помилованный двурушник вылетел за дверь, Сварог повернулся к Маре:

– Быстренько приведи себя в подобающий вид. Мундир и все ордена.

Мара злопамятно сощурилась:

– А как насчет чуточку комического сочетания всей этой мишуры и полудетского личика?

– Тут другой случай, – терпеливо сказал Сварог. – У них в Глане порядки старинные, молодежь раненько взрослой становится. Я читал кое-что… Им ты чрезмерно юной не покажешься.

– Ага. Особенно если покажу кое-что с мечом…

– Я тебя умоляю! – поморщился Сварог. – Не вздумай что-то такое выкидывать. Я-то к тебе уже привык, а вот сторонние люди… Нам пора становиться респектабельными – особенно теперь, когда вокруг нас заваривается самая натуральная большая политика…

– Я все понимаю, ваше величество, – сказала Мара смиренно. – Изо всех сил постараюсь соответствовать…

Глава 7

ЛЮДИ В ЮБКАХ, НО НЕ ЖЕНЩИНЫ

Среди множества загадок, которые обожают загадывать друг другу таларские детишки, есть одна, рассчитанная на вовсе уж сопливых карапузов: «Люди в юбках, но не женщины – это кто?» Самые маленькие еще теряются, зато ребятенок постарше ответит браво, не задумываясь: «Тоже мне! Гланцы, конечно!»

Так уж исторически сложилось, что гланцы вместо штанов носят юбки, пусть и не вполне похожие на женские. Обычай этот идет с незапамятных времен по слухам и туманным легендам, существовал еще до Шторма. Сварогу и прежде доводилось встречаться с гланскими гвардейцами, так что он ничуть не удивился, когда к нему в полукруглый зал чинно вошли вереницей семеро крайне живописных субъектов: в ослепительно белых рубашках, прошитых золотой нитью, жилетах из медвежьей шкуры мехом наружу, ярких беретах с пышными перьями, кожаных сапогах, с мечами и кинжалами на широких поясах – и при всем при том в. коротких, выше колен, шерстяных юбках, красных, синих и черных, в разноцветную клетку. На шее у каждого красовалась массивная золотая цепь с овальным медальоном, украшенным изображением оскалившейся медвежьей головы, – действительно, глэрды, как на подбор – высшее дворянство. За ними показался широкоплечий мрачный монах в коричневой рясе. На поясе у него кроме длинного скрамасакса в железных ножнах висели символы Братства святого Роха, прекрасно Сварогу знакомые: серебряный клевер-трилистник, бронзовая фигурка коня и вырезанный из дерева сжатый кулак. Судя по тому, что именно он оказался в составе депутации вместе с семью глэрдами, это был не простой боевой монах, а кто-то из немаленького начальства.

Сварог, как и полагалось, церемонно выслушал имена:

– Глэрд Даглас, глэрд Баглю, глэрд Маки… смиренный брат Фергас…

Появившийся последним гланский посол, хотя и был лицом донельзя официальным, хотя и носил на шее золотую цепь с семью подвесками в виде цветов чертополоха (что свидетельствовало о его титуле глэва, аналогичном маркизу, барону или графу), вел себя тише воды, ниже травы, словно юный кадет в компании усыпанных боевыми орденами полковников. Он уселся на самое дальнее от Сварога и самое близкое к двери кресло с таким видом, словно был допущен сюда из милости и боялся при малейшей оплошности быть вышвырнутым за дверь.

Меж тем Сварог при прежних встречах успел убедиться, что человек это самолюбивый и гордый. Такое его поведение могло свидетельствовать об одном: члены депутации были настолько уважаемы и влиятельны в Глане, что гордецу-дипломату поневоле пришлось стушеваться и обернуться образцом скромности…

Живописные усачи средних лет и почтенные седовласые старцы степенно рассаживались, одергивая юбки совершенно другими, не женскими движениями. Сварог вспомнил, что цвет и клетки на юбках означают принадлежность к тому или иному клану. И всерьез задумался: а не есть ли это каким-то чудом отразившийся в параллельном мире, словно в зеркале, призрак Шотландии? Очень уж похожи иные детали…

– Рад вас приветствовать, господа мои, – сказал он вежливо, без лишней чопорности, неуместной на таком вот неофициальном приеме. – Надеюсь, плавание было безопасным и приятным… Позвольте представить моих министров: графиня Сантор и барон Карах. Тайн от них у меня нет…

Он с любопытством следил за реакцией визитеров. И остался чуточку разочарован: они без малейших эмоций смотрели на рыжую девчонку в раззолоченном мундире и примостившегося на широком подлокотнике Сварогова кресла серенького домового, ради такого случая надевшего через плечо черную с белым ленту гланского ордена Пещерного Медведя (будем надеяться, гланских сановников такое зрелище не оскорбит…)

Правда, самый старший из них, тот, что звался глэрд Даглас, мимолетно улыбнулся:

– Ваше величество, когда мы посылали орденские знаки вашим министрам, мы и не предполагали, что один из них – не человек.

– Надеюсь, это не вызовет никаких… недоразумений?

. – О, что вы, государь… Существа таковые нам давно и прекрасно известны, доказали свой ум и полезность… хотя я никогда не подумал бы, что одному из них удастся дослужиться до столь высоких постов и заслужить титулы… Надо полагать, по заслугам, – поторопился он добавить. И добавил, обращаясь к Караху: – Ваши… соплеменники, барон, без сомнения, услышав об этом, будут горды…

Покосившись на Караха, Сварог заметил, что домовой прямо-таки заерзал от любопытства – он давненько уже пытался узнать, где же все-таки на Таларе обитают его ушедшие из Ямурлака собратья. Но новоявленный барон и министр был достаточно дисциплинирован, чтобы встревать, прежде чем закончится протокольная часть…

– Быть может, вина, господа мои? – предложил Сварог по долгу хозяина.

– С вашего позволения, государь, мы пока что откажемся, – ответил за всех Даглас. – Нам хотелось бы перейти прямо к делу, если вы не имеете ничего против…

– Не имею, – кивнул Сварог.

«А они напряжены, – отметил он спокойно. – Сидят, как на иголках. Особенно парочка самых молодых, да и старики, как ни владеют собой, волнуются…»

– Перед вами, государь, – выборные, отряженные для высокой миссии на Совете кланов, – сказал Даглас. – Можно смело говорить, что нам даны все необходимые полномочия, и мы вправе делать самые ответственные заявления… Если желаете, мы можем предъявить составленный по всем правилам и удостоверенный личными печатями глав кланов документ…