Лин Картер - Воин Лемурии (Сборник) Страница 225

Кроме этого военного похода, в последующие дни была предпринята еще одна, уже мирная экспедиция. Роскошный флагман Воздушной Гвардии Империи отправился в Кадорну, лежащую за водами Залива и непроходимыми джунглями Ковии. Корабль должен был доставить саркайю Яан в ее родной город. В этом путешествии девушку сопровождал Карм Карвус, чья роль была двойной — обеспечить безопасность саркайи и попросить ее руки у ее отца. Князь Касан, Правитель Кадорны, уже не надеявшийся увидеть дочь живой, был счастлив снова встретиться с нею и познакомиться с ее спасителем. Он с радостью дал свое согласие на то, чтобы Яан вышла замуж за Князя Царгола.

Пока Барим вспоминал все это, процессия подъехала к воротам Дворца Патанги. Здесь все гости сошли с колесниц и вошли внутрь дворца.

Зал Ста Сарков ничуть не изменился с тех пор, когда Барим побывал здесь в прошлый раз. Все так же множество каменных лиц былых правителей Патанги взирало на людей со стен. Солнечный свет проникал в помещение через множество небольших окон в куполе, закрытых разноцветными стеклами. Радужная карусель ярких пятен света лежала на троне, ступенях и площадке перед ним.

Когда приглашенные заняли свои места, а Сумия и наследник — Принц Тарт — поднялись по ступеням пьедестала, Тонгор, пройдя сквозь расступившуюся толпу, поднялся по девяти большим ступеням к самому Огненному Трону. Здесь он остановился и, развернувшись лицом к гостям, кивнул канцлеру. Тот, подняв свой тяжелый жезл, гулко ударил им по каменному полу и громко произнес:

— Слава тебе, Великий Царь! Все стоящие здесь, знайте, что вы удостоены лицезреть Великого Повелителя, Тонгора Могучего, Князя Патанги, Императора Семи Городов! Приветствуем тебя, Повелитель Запада!

И не успело эхо слов канцлера затихнуть под сводом купола, как из сотни глоток вырвался мощный приветственный возглас:

— Слава Повелителю Запада!

Стоя рядом с Огненным Троном, положив руку на рукоять Саркозана, Тонгор с достоинством принимал приветствия своих подданных. Он роскошно выглядел в черном барзхате и с Золотым Щитом Патанги, украшенным Черным Ястребом Валкарта, на груди.

Из-под купола прямо на корону на голове Тонгора падали солнечные лучи, и древний символ власти сверкал будто живой огонь. Лицо Тонгора оставалось спокойным, но те, кто хорошо знал сурового северянина, могли заметить довольную, едва заметную улыбку. В этот миг его глаза светились от счастья.

Тонгор обежал взглядом зал. Рядом с помостом были установлены полукругом шесть тронов — для повелителей городов Империи. На них сидели, каждый со своим гербом, вышитым на парадном платье, — Зул — Повелитель Зангабала, Тармис из Шембиса, Тон из Тардиса, Карвус из Царгола, Тан из Пелорма и Барим из Таракуса.

Повелитель Запада начал свою речь без долгих предисловий:

— Я долго ждал этого дня, чтобы отблагодарить тех, кто в тяжелую минуту верно служил мне и нашему городу. Пусть выйдет вперед тот человек, который уже неоднократно шел со мной в бой бок о бок, прикрывал мне спину, и чьи заслуги передо мной трудно переоценить.

Посеребреный жезл вновь ударил об пол, и громкий голос канцлера произнес:

— Чарн Товис из Возашпы, коджан Империи и командир Девятой Когорты Черных Драконов — выйди вперед!

Бледный, сжав губы, молодой офицер чеканным шагом подошел к ступеням трона. Его глаза встретились с полными радостного волнения и благодарности глазами Тонгора.

Король заговорил:

— Вот уже три года с тех пор, как был повержен предатель Далендус Вул, вознамерившийся захватить власть, принадлежащую Царю. Баронские поместья и титул барона Таллана остаются без владельца. На колени, Чарн Товис!.. А теперь — вставайте, барон, повелитель Таллана!

Вспыхнув от смущения и не в силах поверить в столь щедрую награду, юный воин принял из рук Тонгора жезл — символ власти и баронского титула. Поклонившись улыбнувшейся ему Сумии и дружески подмигнув наследнику, только что произведенный в аристократы повелитель земель Таллана вернулся на свое место в первом ряду приглашенных.

Тонгор вновь заговорил:

— В большой степени свободой Патанги все мы обязаны бдительности и наблюдательности одного храброго офицера. Все мы у него в долгу. Пусть этот человек выйдет вперед!

И снова раздался удар жезла, и снова канцлер произнес громким, густым голосом:

— Чанган Джал, родом из Патанги, старший даотар Воздушной Гвардии — выйди вперед!

Сверкая серебряным крылатым шлемом, шурша складками парадного небесно-голубого плаща, к подножию трона подошел строевым шагом тот, кто первым заметил в рассеивающемся тумане корабли пиратской армады и, вступив в бой, поднял тревогу.

— На колени, даотар Чанган Джал!.. Вставайте — вице-даотаркон Воздушной Гвардии, коджан Империи!

Когда была завершена церемония награждения, канцлер поочередно пригласил выступить с приветственными словами всех Повелителей городов Империи. И когда в Зале Ста Сарков вновь воцарилась тишина, Тонгор улыбнулся и сказал:

— А теперь все приглашаются на праздничную трапезу!

Здесь и заканчивается наш рассказ. Заканчивается, как и положено всем хорошим историям, — победой, свадьбой и шумным веселым пиром.

«…Даже пираты Таракуса, использующие Серую Магию и ее дьявольское оружие, не смогли противостоять воино-валкару и были побеждены им… Так седьмой город Запада встал под знамя Черного Ястреба. Год за годом росла и крепла Золотая Империя…»

Так написано в третьей главе Пятой книги Летописей Лемурии.