Развод. Сбежать от альфы - Алиса Буланова Страница 13

— Что вы делаете, Ольга Николаевна? Это же домогательство.

— Угу, — киваю я. — Небольшое такое.

Артём смеётся, потом обвивает руками мою талию и притягивает меня к себе.

— Я соскучился, — шепчет на ухо. Меня охватывает приятная дрожь предвкушения.

Смело ловлю его губы и вовлекаю в поцелуй. Знаю, студия не место для подобного рода развлечений. Но вопросами совести и этики, я намерена заняться потом. Сейчас я хочу касаться его, пробовать на вкус, сходить с ума от его ласк, от горячих фраз и взволнованных вздохов.

Телефон Архангельского вдруг начинает громко трезвонить в тишине. Я даже раздражаюсь поначалу. Но потом понимаю, что это Любовь Валерьевна, мама Артёма.

— Прости, — с досадой произносит Артём, глядя на меня. — Я постараюсь быстро…

Я только качаю головой. Ревновать Артёма к его семье было бы глупо. Они важны для него и любимы им. Всегда и безусловно.

— Что такое, мам? — спрашивает Артём.

Слышу детский плач из динамика. Любовь Валерьевна объясняет Артёму что-то тихо и спокойно, поверх этого плача.

— Понятно. Я сейчас приеду, — отвечает ей Артём озадаченно. Потом смотрит на меня.

Чувствую лёгкий укол в груди. Нет, я не ревную. Но мне обидно, что сегодня всё закончится вот так. Кажется, Артём понимает это.

— Как ты смотришь на то, чтобы сегодня вместо отеля поехать ко мне домой? — неожиданно спрашивает он. — Кое-что случилось, и я должен поддержать сына. Но и с тобой расставаться я не хочу.

— А… ты уверен, что это будет уместно? — спрашиваю я, ощущая, как сердце бьётся о рёбра.

— Уверен. Я в любом случае планировал познакомить тебя с моими вскоре. Что скажешь?

— Ладно, — произношу я опасливо.

С одной стороны, кажется, будто я ещё не готова к такому ответственному шагу. Но с другой, я рада, что Артём мне доверяет настолько, чтобы впустить в эту часть своей жизни.

— Слушай, а твоя мама не будет в шоке оттого, что я оборотень? — спрашиваю я уже в машине.

— Может, немного, — отвечает Артём, глядя на дорогу. — Но вообще она знает, что я влюбляюсь в личность, а не в сущность. Я всегда был таким.

На его лице появляется усталая улыбка. Я всё ещё волнуюсь, но уверенность Артёма, его искренность и энергия придают мне решимости. Саша встречает нас на пороге. Он больше не плачет, но глаза его всё ещё красные.

— Ну, что такое, сын? — Артём садится на корточки и кладёт руки ему на плечи.

— Как пришёл из детского сада, всё никак не успокоится, — вздыхает Любовь Валерьевна. — А что случилось, он мне не говорит.

— Тебя кто-то обидел? — мягко спрашивает Артём.

Мальчик мотает головой. Потом склоняется к его уху и что-то шепчет. На секунду на лице Артёма появляется улыбка, но он тут же прячет её от сына.

— Это бывает, Сашка, — вздыхает сочувственно. — Порой мы влюбляемся не в тех. Но это надо просто пережить.

Саша смотрит на отца недоверчиво. Потом переводит на меня любопытный взгляд. Артём поднимает его на руки и подходит ближе. Знакомит нас официальным тоном. Мальчик смущённо протягивает мне руку, и я с улыбкой пожимаю её. Следом за ним ко мне подходит Любовь Валерьевна.

— Приятно с вами познакомиться, Ольга, — произносит она, обнимая меня по-матерински. — Мне Артём много рассказывал о вас.

Я смотрю на Артёма вопросительно. Интересно, о чём он мог рассказать? Мне и радостно, и неловко от такого тёплого приёма. Меня провожают в кухню как дорогого гостя. Предлагают чай и разные вкусности. Саша, будто позабыв о своей драме, приносит свой альбом с рисунками и начинает показывать мне.

Он очень похож на Артёма. И наверняка вырастет таким же талантливым. Мне стоит огромных усилий сдержать свой восторг. Я повторяю про себя, что чужой ребёнок не милая игрушка, чтобы её тискать. Но всё равно очень хочется подержать его на коленях или поиграть с ним во что-нибудь.

— Ему в детском саду понравилась девочка, — тихо поясняет мне Артём, когда он ненадолго отвлекается. — Он все уши прожужжал нам про эту Женю. А сегодня узнал, что родители Жени — оборотни, и они запретили им играть вместе. Поэтому он и расстроился.

Мне хочется сказать, что это ещё ничего не значит. Что в будущем всё может измениться. Но я останавливаю себя. Всё же наш с Артёмом случай — счастливое исключение. Ещё не факт, что у кого-то может всё сложиться также удачно. Мне кажется, что и Артём так считает. Поэтому он и сказал сыну, что неудачу нужно просто пережить.

* * *

— Мужчина с ребёнком? Человек? — мама переводит взгляд с Артёма на Сашку и обратно.

— Мам, это не вежливо, — мягко одёргиваю я её.

— Всё нормально, — улыбается Артём. — Это ведь правда. Я человек, и у меня есть сын. И я люблю Ольгу.

Не устаю удивляться смелости и прямоте Артёма. Меня всю колотит от волнения, а он улыбается. Только держит за руку любопытного Сашку, что крутит головой, пытаясь разглядеть обстановку родительского дома.

— Я против, — произносит отец чётко, но не повышая голоса. — Ты, Ольга, кажется, совсем отчаялась. Неужели не видишь, что у этого твоего художника — чистый расчёт? Думаешь, ты, правда, ему интересна?

Горький ком появляется в горле. Почему вместо того, чтобы порадоваться за меня, они смотрят на Артёма с подозрением?

— А почему я не могу быть ему интересна?! — отвечаю истеричным тоном. — Не из-за феромонов. Не из-за твоих денег или связей. А просто потому, что я такая, какая есть! Неужели ты считаешь меня пустышкой, отец?!

Разворачиваюсь и ухожу в кухню. Мне обидно и грустно. Но ещё стыдно, что не сдержалась.

— Вы не правы, Николай Александрович, — произносит Артём уже без улыбки. — И конкретно в своих предположениях о нас, и вообще в своём отношении к дочери. Вы должны быть на её стороне. Но сейчас вы противопоставляете ей себя. И это выйдет вам боком.

— Что ты этим хочешь сказать? — спрашивает отец возмущённо.

— Что мне безразлично, принимаете ли вы меня или нет. Я всё равно буду рядом с Ольгой, потому что я ей нужен.

Он поднимается с дивана. Саша спешит за ним. Но Артём усаживает его обратно.

— Сын, подожди меня тут, пожалуйста. Я схожу за Ольгой, и мы поедем домой.

Саша с ответственным видом кивает. И пусть я не рядом, но всё равно могу видеть, с каким