Инна Живетьева - Цена свободы Страница 120

Впрочем, оружие оказалось не нужно, Аскар тащил за собой упиравшегося Влада. Славка приготовился высказать все, что думал по поводу рукоприкладства сотника, но вовремя смолчал: Влад был пьян, и от заляпанной рубашки несло вином.

Аскар прошествовал мимо остолбеневших ребят, пинком распахнул дверь в комнату и мощным толчком отправил мальчишку на кровать.

— Выпорю! — разъяренный тэм пытался нашарить висевшую на поясе плеть, но одет был сотник по причине глубокой ночи не полностью, и плетка осталась в спальне.

— Сейчас — бесполезно, — неслышно подошел ведун. — Может, отложим до утра?

Аскар смерил Талема недовольным взглядом, но к словам прислушался. Круто развернулся и ушел.

— Офонареть! — высказала Аля общее мнение.

— Влад, ты рехнулся? — обрел голос Славка.

— А тебе какое дело? Или ты меня еще за руки подержишь, когда сотник пороть будет, а? Давай, вперед!

— Во-первых, не орите на всю гостиницу, — заметила Сима, заходя в комнату. — А во-вторых, Влад, ты хоть объясни, с чего тебя на пьянку-то потянуло.

Талем, хоть его никто и не приглашал, тоже вошел и прикрыл за Алей дверь. Свет, лившийся из коридора, погас. Ведун зажег шар, осветив столпившихся у порога ребят и Влада на кровати.

Славка первым делом переложил меч. Теперь, вскакивая с постели, он всегда найдет оружие под рукой. И только потом посмотрел на Влада.

Тот явно чувствовал себя нехорошо: согнулся, обхватив голову руками, и тихонько покачивался из стороны в сторону. Ведун, даже не попытавшись помочь мальчику, тихо сел в углу. Да так, словно его в комнате и не было. Сима опустилась в кресло, Аля присела рядом на подлокотнике. Славке не нравилось их присутствие, но возражать он не стал.

— Ну, так с чего такие подвиги? — поинтересовалась Аля, покачивая ногой.

— А какая вам разница, а? Ну какая? Аскар, сволочь, притащился! И как только услышал!

— Ты не можешь так говорить о сотнике! — вспыхнул Рик.

— Да пошел ты! Вместе со своим сотником. Зачем, зачем! Забыть хотел! Думаете, легко было там, на столбе висеть? Сходите, попробуйте! Зачем... Я спать не могу, как глаза закрою, так эту чертову площадь вижу. Вам бы там повисеть... Думал — пройдет. А ни хрена не проходит! Руки зажили давно, а болят, как вспомню — так болят! Не хочу помнить. Думал, выпью — забуду, как папашка мой. А что, у того очень хорошо получается, а мне что, нельзя?!

Рик отступил, тяжело сел рядом со Славкой. Ведун смотрел сочувственно, но не вмешивался. Славку это бесило: видит же, что парню плохо, так помог бы! Вон, уже зеленый сидит, того и гляди стошнит.

Влад обвел всех взглядом — почти ненавидящим.

— Что смотрите? Пьяный, да? А мне плевать, я выжить хочу, я вернуться должен! Вот вы так домой рветесь — а почему? По мамам с папами соскучились, да? — Влад говорил быстро, словно торопясь высказать все, пока пьян. — А я вот по родному папочке ни капельки. Слава, что же ты не сказал, а? Ты же в Лабиринте про меня видел, а промолчал? Меня пожалел, а? А мне плевать, вот!

Славка сжал губы. Он не сразу вспомнил, что же такое там было. События прошедших дней застлали память.

— А что, тебе мой пьяный папашка не понравился? Представляете, не понравился! А зря, я его трезвым почти и не видел, другого предложить не могу! — Влад попытался шутливо раскланяться, но чуть не упал с лавки. — Он же у меня шишкой был на заводе, представляете? Мелкой, да куда там — с гонором, до директора дорасти хотел, а то и повыше. А как мне родиться, завод-то и ... — Влад нецензурно, но очень красочно описал случившееся с предприятием. — Представляете? Денег ни хрена, работы нет. И руководить — хы! — мальчик развел руками, — некем. Разбежались все. Ну, папочка, блин, в позу встал. Гордость ущемленную заливает, — Влад попытался встать сам, но не удержался на ногах. Рухнул обратно на койку.

— Талем, ну сделайте что-нибудь, — не выдержала Аля.

Ведун покачал головой.

— Он и меня-то не хотел, матери предлагал аборт сделать. Я знаю! Он мне сам по пьяни рассказывал. Представляете? А мать уже в возрасте, детей у них до этого не было, а тут на тебе — подарочек. Я, то есть. Вот и родила, вопреки папочке. Тот меня всю жизнь этим попрекает. Представляете? И я вернуться хочу, ясно? У меня там мать одна с ним спятит! Папашку-то на работу не зовут. И без него много желающих ручками водить да в зеленых получать. Что уставились? Ну что?

— Девочки, шли бы вы к себе, — вмешался, наконец, ведун, не повышая голоса. Сима послушно встала, потянув за собой Альку.

— А ты ложись, — попросил Талем Влада. — Ложись, спи, утром...

— А утром меня Аскар выпорет! — с преувеличенно радостной улыбкой перебил Влад и поник. Запала на большее не хватило, агрессивность прошла.

— Не выпорет, я попрошу. Ты ложись.

— Правда? — жалобно спросил Влад.

— Правда, я обещаю.

Утром Славка проснулся сам, уже привык вставать с рассветом. Дремал только Алеша. Рик отжимался от пола, и делал это давно, — запыхался. Влад сидел на постели и, схватившись за голову, слегка раскачивался.

— Ты как? — испугался Славка его чуть зеленоватого цвета лица.

Влад молча глянул на него, слов не потребовалось. Рик с шумом рухнул на пол.

— Изверги, — пробурчал Алешка, пытаясь укрыться тощей подушкой. — Еще спать и спать можно.

Без стука вошел Тимс, сунул Владу в руки большую деревянную кружку:

— Пей. Давай, ну? А вы чего не встаете? Все уже поднялись.

Влад безропотно приложился к напитку. Славка вылез из постели и начал одеваться, предварительно стянув с Алешки подушку. Тот недовольно буркнул, но все-таки встал.

— Вы уже? — стукнула в дверь Сима.

— Да! — торопливо завязывая пояс, ответил Алешка и душераздирающе зевнул.

Сима заглянула в комнату, за ней мелькнула Алька, и Алешка торопливо пригладил лохматые волосы. Девочки успели умыться и причесаться. Сима окинула быстрым взглядом ребят, задержалась на помятом Владе.

— Там завтрак накрывают. Аскар просил вас поторопить.

— Щас, умоемся, — пошел к двери Алешка. Рик вскочил с пола и шагнул следом. Сима посторонилась, но Алексей нерешительно сказал:

— Я Славку подожду.

Рик кивнул, хотел, было, выйти, но на пороге развернулся и спросил:

— Лешка, ты меня чего, избегаешь? Так нечестно, скажи, в чем дело?

— Что, так заметно? — криво усмехнулся Алешка.

Сима, в предчувствии неприятного разговора, шагнула в комнату и закрыла за собой дверь, чуть не ударив просочившуюся в последний момент Алю:

— Что за манера орать на всю гостиницу!

Рик машинально шагнул в центр комнаты:

— Да не то чтобы заметно... Но это одно из первых, чему учатся наследники — определять отношение к себе даже по мелким деталям.