Кристофер Сташеф - Маг-крестоносец Страница 119

— Внутрь камня отправлюсь я, — заявил он решительно.

— Внутрь камня отправимся все мы, — возразила Лакшми и подняла руку с зажатой в ней брошью. — Не отрывайте глаз от кристалла. Через какое-то время вам покажется, что он заполнил все пространство вокруг вас. Нужно как бы раствориться в нем.

Мэт последовал распоряжению Лакшми. Как зачарованный, он смотрел внутрь розового кристалла, слушая, как джинна распевает по-арабски. Стоило ему уловить ритмичность и рифму в ее пении, как он почувствовал, что розовое свечение обволакивает его, втягивает внутрь себя.

А потом он попытался сделать шаг, но розовый туман вокруг оказался липким и густым. Пробираться сквозь него было немыслимо трудно.

— Мы уже внутри? — встревоженно спросил он.

— Еще нет, — донесся до него далекий голос Лакшми. — Постарайся, маг! Поднатужься еще немного!

И вдруг туман развеялся и Мэт понял, отчего он казался розовым. Прямо перед ним на высоте в десять футов ярко пылали два факела, и в их свете можно было различить глаза — злобные прищуренные глаза, которые, казалось, пытались проглядеть непрошеных гостей насквозь. Огни двинулись навстречу спутникам, и вскоре стали видны огромные пылающие лапы.

— Ступай прочь, чудище! — вскричала Лакшми со странным выговором. — Ты не смеешь встать на моем пути к моим детям!

Пламя с ревом взметнулось выше и продолжило приближение.

Все, что произошло потом, случилось слишком быстро — Мэт даже не успел толком понять как. Он только увидел, что двое джиннов прорвались вперед, а во все стороны полетели горящие ошметки. Одно было ясно: Марудин взял на себя левое горящее чудище, а Лакшми — правое. Мэт понял, что должен подсобить джиннам, но в голову ему пришло единственное:

Когда бы от жарыНе плавились мозги,Я, так и быть, ееСумел перетерпеть бы.

Но серым веществомБросаться не привык,И потому меняВам не расплавить, стервы!

Увы, нельзя набратьЗдесь номер «ноль-один»,Пожарник ни одинВ борьбе нам не поможет.

Но я могу затоПогоду изменить.Так пусть же зарядитВесенний добрый дождик!

Тут же, как по мановению волшебной палочки, хлынул проливной дождь и послышалось шипение, подобное хору разъяренных змей. Все вокруг заволокло облаками пара.

— Пожалуй, я немного переборщил, — смущенно проговорил Мэт и поспешил внести в обстановку некоторую коррекцию:

Спасибо, дождик, удружил,Но больше лить не надо!Теперь неплохо бы враговСлегка посыпать градом!

Заклинание возымело немедленное действие: капли сразу же преобразились в крупные градины. Мэт выждал десять минут, пока не угасли последние островки пламени, и распорядился:

Как остатки ни сладки,Прекращайтесь, осадки!

Град тут же прекратился, и Мэт увидел, что двое джиннов лежат, тяжело дыша, рядом с двумя небольшими кучками безнадежно погасших углей.

Балкис испуганно вскрикнула и бросилась к Лакшми. Мэт последовал ее примеру и метнулся к Марудину. Схватив джинна за руку, он инстинктивно пощупал пульс, но тут же поймал себя на мысли о том, а есть ли вообще у джиннов кровь. Так это было или нет, но пульс у Марудина прощупывался и был ровным и сильным. Мэт поднес руку к ноздрям джинна и убедился в том, что тот дышит. Поспешно осмотрев Марудина с головы до ног, Мэт с радостью обнаружил, что никаких сильных травм тот не получил. Красноватые пятна на коже бледнели на глазах и исчезали.

— У Лакшми нет никаких ран, — сообщила Балкис и встревоженно добавила:

— Но она спит и не просыпается.

— Видимо, поединок отнял у них слишком много сил, — заключил Мэт и, задумавшись, добавил:

— Я хотел сказать — энергии. Да и дыхание у них пострадало: ведь пламя, горевшее так близко от них, забрало почти весь кислород. Наверное, поэтому они и лишились чувств. — Он уселся на корточки. — Думаю, если мы подождем, они мало-помалу сами придут в себя.

— Медлить нельзя! — обернулась к нему Балкис. Глаза ее взволнованно сверкали. — Арьясп наверняка знает, что мы — внутри камня! Если он сам не видел, как мы проникли внутрь, то теперь, когда его часовые пали, он поймет, что мы здесь!

— Ты права. — Мэт встал и отошел от распростертого на каменном полу Марудина. — Придется оставить их. — Он в упор посмотрел на Балкис. — Дело предстоит опасное. Боюсь, нам может встретиться на пути кое-что похуже этих пламенных стражей.

— Думаешь, я боюсь? — Балкис выпрямилась, вздернула подбородок. — Что ж — да, боюсь! Но с дороги не сверну! Ведь четверо беспомощных котяток в беде!

— Храброе сердечко, — растроганно проговорил Мэт. — Ну что ж, по крайней мере ты готова к любым неожиданностям. Пойдем же, и будем надеяться на то, что джинны нагонят нас именно тогда, когда их помощь будет нам нужна.

С этими словами он взял девушку за руку и перешагнул через груды остывших углей.

Розовый туман снова окутал Мэта и его отважную спутницу.

Глава 30

— А когда же мы станем такими маленькими, чтобы суметь попасть внутрь кристалла? — вдруг спросила Балкис.

— Собственно говоря, — несколько смущенно выговорил Мэт, — мы уже внутри него.

— Что? — вскрикнула Балкис и от испуга крепче сжала руку Мэта.

Мэт, повернув голову к девушке, с трудом разглядел ее сквозь туман.

— Думаю, что этот туман — внутренность кристалла. И мы с тобой не просто маленькие. Мы микроскопические... я хотел сказать — жутко крошечные.

Балкис молчала, глядя на Мэта широко раскрытыми от ужаса глазами. Мэт отвернулся и пошел вперед. Немного помедлив, Балкис поспешила за ним.

Стоило им сделать несколько шагов, как туман начал редеть, а потом и вовсе рассеялся. Мэт и Балкис застыли на месте. Перед ними лежала удивительная страна.

Они стояли на вершине холма. Внизу раскинулся луг, поросший красными, белыми и розовыми цветами. По дальнему краю луга протекала розовая речка. Другой ее берег был засажен кустами штамбовых роз — такими высокими, что они больше напоминали деревья. Кора стволов была красноватой, посреди коричневатой листвы цвели светло-розовые цветы. А дальше — только небо, розоватое, прозрачное.

— Волшебное зрелище.

— Боюсь, слово «волшебное» здесь надо понимать буквально, — вздохнул Мэт.

Но Балкис не слушала его, она любовалась розовыми небесами.

— Невероятно! Неужели над нами — поверхность кристалла?