Ольга Романовская - Чужие воспоминания Страница 107

За окном стоял ясный майский день. Деревья покрылись листвой, то здесь, то там пробивались пучки сочной травы, звонко пели птицы, воздух был полон благоухания весны, которую вот-вот должно было сменить лето. До календарного два дня осталось.

На кухонном столе стоял букет ромашек — одних из немногих цветов, на которые я спокойно реагировала. Его принесла соседка.

Подоткнув юбку, я занималась уборкой, то и дело прислушиваясь к своим ощущениям и поглаживая животик. Я уже придумала ребенку имя: если родится мальчик, назову его в честь своего отца, если девочка — в честь матери.

В дверь постучали. Отложив тряпку в сторону, я осторожно поднялась на ноги и спустилась в прихожую. Наверное, сосед-мясник, он обещал мне парную телячью печень.

Но на пороге стоял не мясник, а Лэрзен.

Вскрикнув, я отпрянула назад, в дом.

— Вижу, мне здесь не рады, — маг сам закрыл за собой дверь. — Я на минуточку, просто был в Лайонге, решил проведать. Вижу, у тебя все в порядке….

Тут он неожиданно замолчал, нахмурился и пристально посмотрел на меня:

— Одана, ты ничего не хочешь мне сказать?

— Нет. Проходите на кухню, сейчас я закончу и спущусь.

— Ты что, ненормальная, в таком положении лестницу мыть?! — накинулся на меня Лэрзен, ухватил за руку и поволок на кухню. Он не успокоился, пока я не села, а сам остался стоять, подпирая спиной дверной косяк.

— Что-то не так? — робко поинтересовалась я, не выдержав и минуты его тяжелого взгляда.

— Да как сказать, тебе виднее. Еще раз спрашиваю: ты ничего мне сказать не хочешь?

— О чем? — неужели он догадался? Но как, по завышенной талии юбки, моим замедленным движениям?

— О своей беременности, например. Забыла, что я умею читать мыли? К тому же, я его чувствую.

— Как? — я не стала отрицать очевидное.

— Без понятия, просто чувствую. И аура у тебя двоится, между прочим, твоя слабее. Ты мне вот что скажи: почему от него не избавилась? То, что не сказала, я понимаю, но зачем оставила? Не как плод же большой и чистой любви! Что-то я не замечал в тебе особой симпатии к моей персоне. Ты хоть представляешь, что будет, когда ты родишь ребенка с темным знаком? Тебя же затравят, сожгут вместе с младенцем. Зачем так рисковать?

— Я не сразу поняла, потом не было денег, а сейчас я с ним сроднилась, — улыбнувшись, я провела рукой по животу. — Он мне дорог. Но почему вы уверены, что он родится магом?

— Нет, ты сама, как ребенок! — всплеснул руками Лэрзен и сел напротив. — Ты забыла о своей маленькой особенности? Передачи магической силы детям. При условии того, что ты забеременела не от самого завалящегося колдуна с хорошо выраженным даром, догадайся с двух раз, кого ты родишь? Правильно, темного мага или темную колдунью — я пока не могу сказать, кто там, мальчик или девочка. Ну-ка позволь.

Его ладонь легла на мой живот. Ребенок отреагировал мгновенно, проявив поразительную бурную активность.

— Он толкается! — изумленно пробормотала я. До этого малыш часто шевелился, но лишь изредка позволял себе ударить меня ножками или ручками. — Да еще как! Эй, больно же!

Лэрзен усмехнулся и пересадил меня себе на колени. Теперь его руки крест-накрест лежали на моем животике.

— Тише, пожалей свою маму, она и так устает. Работает, убирается, да еще и тебя таскает. Имей совесть!

Ребенок мгновенно затих, но стоило магу убрать хотя бы одну руку, начал пинаться снова.

— Похоже, он категорически против матери-одиночки. Свидетельство о рождении сохранилось?

— Мое? — я удивленно посмотрела на него. Зачем ему?

— Ну не его же! Какой у тебя срок? Сколько там ему? Пять с половиной месяцев?

— Вы помните?! — моему изумлению не было предела.

— Да, помню. Всего одна ночь была. Вот что, — он спустил меня с колен, что-то шепнув ребенку, — я уеду на пару недель и вернусь. Оставлю деньги, трать уж их, пожалуйста, а не храни, как музейную реликвию. Обещаешь?

Я кивнула и с благодарностью приняла увесистый кошелек. Деньги мне не помешают, особенно при условии моего сокращенного рабочего дня, за который и платили меньше.

Уже на пороге Лэрзен обернулся и спросил:

— Ты как к фамилии Азарх относишься?

— А что? — ответила я вопросом на вопрос.

— А то, что тебе ее носить.

23 апреля — 22 августа 2010 г.