Джуд Фишер - Дикая магия Страница 104

Трясущимися руками Аран расстегнул замок ожерелья и положил его в поясной кошель.

Труднее было опознать Холл и Гарсона, потому что коротышка был почти лысым, но наконец Аран нашел скелет, в руке которого был зажат клинок, сработанный, без сомнения, Катлой. Он вспомнил, как Хопли покупал его на рынке в Форси три года назад; это была одна из первых продаж Катлы, и она отчаянно торговалась с ним, рассказывая, как долго она работала, инкрустируя рукоять камнями. Это было прекрасное изделие. Сердце Арана сжалось, когда он увидел его, и на мгновение мысли его унеслись от этого жуткого корабля домой, на Камнепад, к дочери и отдалившейся от него жене; увидит ли он их когда-нибудь или ему суждено сгинуть здесь, в молчаливом студеном океане, и его кости, как и останки этих людей, будут белеть в лунном свете, а пустые глазницы — вечно смотреть в туман? Содрогнувшись, он отбросил эти страшные мысли и занялся делом: расцепил костяшки пальцев и вытащил из них клинок; кисть скелета при этом рассыпалась, и кости негромко застучали подоскам палубы. Аран засунул кинжал за пояс и продолжал обход мертвого судна.

Он не знал, сколько провел здесь времени. Один раз его окликнули с «Длинной Змеи», спрашивая, не нужна ли помощь, но он не обратил на это внимания и продолжал медленно идти по палубе, распугивая мух, перешагивая через груды костей и тряпья, подмечая положение тел, весел и состояние оснастки судна. Особое внимание он обратил на позы, в которых лежали мертвые моряки на середине палубы; он перевернул несколько костей ногой, с отвращением заметил на сапоге личинки мух и соскреб их кинжалом, потом вытер клинок о планшир и пошел дальше.

Наконец он вернулся на правый борт. Команда «Длинной Змеи» ждала его, собравшись на одной стороне, так что судно заметно накренилось. Глаза у людей были круглыми от предчувствия дурных вестей. Никто не хотел спрашивать первым. Решился Пол Гарсон. Он прижимал искалеченную руку к груди и думал, что капитан вправлял ему вывих, а значит, между ними теперь более крепкая связь, как между воинами, которые в схватке прикрывали спины друг друга. Набравшись духу, он нарушил напряженное молчание.

— Что там, капитан? — спросил он негромко.

— Все мертвы, — глухо ответил Аран. — Все до последнего человека.

Теперь заговорили все разом, и вопросы посыпались как град.

— Неужто никто не уцелел? — спросил кто-то. — Чей это корабль?

— Что с ними случилось? — Голос Урса Одно Ухо перекрыл все прочие выкрики. Урс видел, что паруса на корабле нет, оснастка истрепана, а сквозь туман на палубе белеет что-то зловещее.

Мухи снова садились на останки. Аран схватил весло и несколько раз крутанул им в воздухе, разгоняя насекомых. Урс поежился.

— Здесь дело нечисто, — объявил он, выразив то, о чем думали все. — Такое множество мух в таком месте. По всему, они не должны были выжить в этих северных краях.

— Погода необычно теплая, — сухо заметил Аран, хотя и сам знал, что это звучит неубедительно. Было во всем, что он видел, нечто сверхъестественное, нечто такое, отчего волосы могли встать дыбом. Древние предания о некромантах, сейдах и магии крови всплывали у него в голове, когда он шагал по палубе проклятого корабля. Но он не собирался говорить об этом своим людям: моряки суевернее, чем старухи. Взгляд его остановился на Таре Фелинсоне. — Мне жаль, парень, — произнес он, глядя ему в глаза, — но это корабль твоего дяди, и его нет больше с нами. — Он возвысил голос, чтобы все могли слышать: — Это корабль Фенила Соронсона и Хопли Гарсона, — объявил он и сделал паузу, чтобы люди справились с потрясением. — Это «Белая Бестия», которую построил для них Мортен Дансон.

Людям его слова не понравились, ведь они стояли на палубе судна, которое приходилось близнецом кораблю-призраку — с такими же изящными обводами и мощным ледоломом; если одного из них постигла столь страшная участь, то не суждена ли та же судьба и другому?

Не обращая внимания на поднявшийся ропот, Аран продолжал:

— Вероятно, они очень спешили, готовясь к плаванию, и не уделили должного внимания качеству провизии. Кто-то продал им испорченное мясо. Мухи, которых вы видите, попали в тела людей в виде яиц, развились в личинок и пожрали все, что им попалось, — провиант, такелаж и парус, пропитанный жиром; судя по состоянию корабля, парус они съели еще до того, как мы попали в шторм, а может быть, они были совсем в другом месте, когда разразилась буря. — Слушая его, люди касались своих амулетов и шептали молитвы. Аран Арансон вытянул руку, указывая на разбросанные останки. — Если у кого-нибудь из вас хватит смелости перебраться на этот мертвый корабль, то вы увидите, что на них нет башмаков и сапог. Какой эйранец добровольно расстанется со своей обувью? Я не слыхивал о таком ветре, чтобы с людей срывало сапоги. Их съели личинки, съели прямо на ногах у людей. Корабль кишит ими.

Урс стоял, вытаращив глаза от потрясения.

— Но как это могло случиться? Как они допустили такую оплошность?

Аран пожал плечами.

— Наверное, они очень ослабли, потому что ели испорченное мясо. Кажется, многие умерли прямо во сне, а остальные — на веслах; похоже, они пытались грести, чтобы уйти от судьбы, но сил не было. Им не повезло: личинок становилось все больше, а когда из них появились мухи, они пожрали все, что еще оставалось.

Он представил себе, как должна была выглядеть «Белая Бестия»: палуба покрыта шевелящимся желто-белым ковром личинок, сжирающих все на своем пути. Истощенные болезнью, отчаявшиеся люди сходили с ума и умирали один за другим; все они были беспомощны перед лицом смерти. Мертвая плоть также шла в пищу личинкам. Аран Арансон содрогнулся. Оставалось только надеяться, что вся команда Фенила Соронсона была уже мертва, когда эти твари устроили последний пир.

В кошеле у Арана лежало ожерелье Фенила, за поясом был кинжал Хопли Гарсона; в последний раз окинув взглядом корабль смерти, он перепрыгнул на борт «Длинной Змеи».

— Ты и ты! — Он ткнул пальцем в Фолла Рансона и еще одного парня с северного побережья Камнепада. — Сделайте факелы из старого тряпья и пропитайте их китовым жиром. Мы сожжем это судно. И побыстрей, надо спешить!

Они бросились выполнять поручение; к ним присоединились Тор Болсон и Эрл Фостисон. Людям надоело чувство напряжения и страха, и они рады были сделать что-нибудь полезное.

Теперь мухи стали перелетать на «Длинную Змею». Моряки с руганью принялись разгонять их, размахивая руками; они топтали их ногами, с отвращением думая о том, что эти твари питались человечиной и, может быть, сожрали кого-то из их знакомых. И все-таки с трудом верилось, что обыкновенные личинки и мухи сумели захватить корабль и погубить команду, набранную из сильных и здоровых мужчин, превратить гордое, могучее судно в плавучий гроб, отданный на волю волн и блуждающий в тумане. Не иначе как боги отвернулись от моряков и не захотели помочь им.