Яцек Пекара - Меч ангелов (ЛП) Страница 100

– Вот и настало время отмщения и воздаяния, – сказал он с нескрываемым удовлетворением в голосе, после чего спрятал меч в ножны и развёл руки. – Иди в мои объятия, Микаэль.

Ангел по имени Микаэль попятился с настолько видимым ужасом, что его лицо казалось в этот момент какой-то зловещей маской, вырезанной, чтобы вселять страх в сердца живых существ. Но он не мог сбежать от моего Ангела, который шёл, мощный, сияющий и смеющийся. Золотые волосы развевались словно под порывами ветра. Внезапно его руки и крылья окутали серого Ангела, который закричал голосом, полным страдания. Когда я услышал этот крик, то упал на колени, ибо звук поразил не только мои уши, но дошёл до самых глубин сердца и ума. Он был настолько полон ужаса и отчаяния, что я не помню, чтобы я когда-нибудь слышал что-либо столь же трогательное. Однако я не мог себе отказать в удовлетворении греховного любопытства, и, стоя на коленях, опираясь ладонями на влажный пол, старательно разглядывал всё, что происходило перед моими глазами. В конце концов, я не думаю, чтобы в мире жило много людей, которые были наделены опытом наблюдения за битвой двух Ангелов. Однако то, что происходило, трудно было назвать боем или битвой. Ангел с серыми крыльями почти исчез в зареве святого сияния, которое, казалось, уже даже подавило его крик. Я видел только его чернеющее лицо и огромные глаза, исполненные безграничной муки. Я знал, что долго не забуду этого зрелища. А потом мой Ангел-Хранитель отступил и стряхнул с рук и крыльев серую пыль. Таков был конец существа, называемого Микаэлем.

Изуглая услышалхриплыйстони увидел, какОдрилБраттапытаетсянабрать воздухавлёгкиеи раздираетпальцамирубахуна груди.

– Ух-ххх! – захрипел он, и из его рта потекла слюна, смешанная с кровью.

Он упална колени, и явиделеговыпученныеот ужасаглазаилицо, котороеналивалосьтёмнойкраснотой. Ещё некоторое время он держался за грудь, а потом руки его опустились, и он упал лбом на камни. Я смотрел, как он дёргает ногами, но через миг он застыл. Ну, не скрою, что ему очень повезло умереть от, как это называют, удара крови в мозг, ибо братья-инквизиторы, и я сам, со всей определённостью не дали бы ему покинуть так быстро и легко эту юдоль слёз.

– Мордимер, мой Мордимер, – сказал Ангел со странной певучестью в голосе. – Как ты мог попытаться сразиться с существом, некогда сотворённым из света самого Господа? Который, хоть и пал так низко, как никто до него, сохранил свою силу и мощь? Как ты мог подумать, что даже твоя глубокая вера спасёт тебя пред одним из проклятых Ангелов?

– Тем не менее, так и вышло, – ответил я, поднимая глаза, но тут же отвёл взгляд, поскольку в зрачках моего Ангела кружилась бездонная пустота.

– Тем не менее… – повторил он через минуту тихим голосом, словно задумавшись над моими словами.

Освещающий подвал свет угас, и когда я снова бросил взгляд в сторону Ангела, он опять выглядел тщедушным человечком в коричневом балахоне. Он опирался на огромный сияющий меч, который теперь так странно выглядел в его руках.

– Что за наглость, – сказал он со вздохом. – Полагать, что я прибыл сюда, принуждённый силой твоей веры. Это был только каприз, Мордимер. Прихоть и сильное желание окончить давний спор, который тянулся слишком долго, и память о котором слишком болезненно ранила.