Ребекка Кантрелл - Ночная охота (сборник) Страница 88

А что, если там выращивалось кое-что помимо кукурузы?

Монк поймал себя на том, что дышит с трудом. Он быстро дошел до конца грядки. Здесь грибы уже дозрели; толстые ножки, увенчанные ребристыми стручками, выглядели мясистыми и волокнистыми.

Протезом Монк ткнул один стручок. От прикосновения тот лопнул. Вверх взметнулся густой порошкообразный дымок, быстро рассеявшийся в воздухе.

Грибные споры.

Монк отпрянул назад, радуясь тому, что он в противогазе. Ему совсем не хотелось вдохнуть эти споры.

Словно по команде первого гриба, один за другим начали лопаться другие мешочки. Монк попятился назад, отступая перед бурлящими облачками спор.

– Нужно уходить отсюда! – крикнул он. Его голос сквозь маску противогаза прозвучал глухо и невнятно.

Крид как раз закончил собирать образцы грибов и завязал их в пустой резиновой перчатке. Он недоуменно обернулся к Монку, и тут же у него округлились глаза при виде новых желтовато-бурых облачков, поднимающихся в воздух.

Скорее в коридор!

Внезапно в потолке открылись отверстия, вероятно подчиняясь сигналу биологического датчика. Из них вниз хлынула обильным потоком белая пена, быстро покрывшая толстым слоем весь пол. Монк в этот момент как раз пробегал под одним из отверстий, и сильная струя едва не сбила его с ног. Он поскользнулся и с трудом удержал равновесие.

Когда Монк добежал до Крида, пена уже поднялась до пояса.

– Бежим! – заорал Монк, указывая на дверь.

Вдвоем они проскочили в первую дверь и оказались в прихожей. Здесь также было полно пены, поднимающейся чуть ли не до самого потолка. Им пришлось пробираться сквозь нее на ощупь.

Монк первым добрался до двери в коридор.

Нажав на ручку, он навалился на дверь плечом. Дверь даже не шелохнулась. Монк толкал ее снова и снова, но уже понял, что все это бесполезно.

Они оказались взаперти.

0 часов 08 минут

Когда удушливым дымом затянуло весь коридор, Пейнтер перемахнул через низкую перегородку. На полу тут и там догорали огоньки. Мрамор стал скользким от крови. Выхватив пистолет, Пейнтер налетел прямо на боевика в маске, ворвавшегося во входную дверь. Все внимание противника было приковано к бару, и он не успел вовремя увидеть Пейнтера. Тот выстрелил ему в упор в грудь.

От удара пули боевик отлетел назад, обливаясь кровью.

Один готов.

Люди с криками выбегали на улицу или прятались за мебелью. Холл мигом опустел. Пейнтер бросился вперед.

У входа в бар появился телохранитель сенатора. Присев в стойку, он выставил руки вперед, сжимая табельное оружие. Верзила попытался укрыться за пальмой в горшке, однако эта защита была ненадежной. Двое других боевиков уже держали вход под прицелом.

Автоматные очереди разорвали в клочья листья пальмы. Телохранитель упал навзничь. Пейнтер не снижал темпа. Запрыгнув на кресло перед входом, он нырнул головой вперед на кожаный диван, перекатился через плечо на пол и вскочил на ноги.

У него в распоряжении были считаные секунды.

Разразился ураганный огонь. Пули вышибали крошки из стены за стойкой, разбивали вдребезги бутылки и зеркала.

Пейнтер быстро обвел взглядом зал.

Сенатора нигде не было видно.

Телохранитель ни за что не оставил бы его на открытом месте. Из зала вела только одна дверь – в противоположном конце, к туалетам. Подбежав, Пейнтер толкнул ее плечом. Ухо ему чуть не обожгла пуля. Но этот выстрел был сделан из туалетов.

Сенатор Гормен стоял спиной к ряду умывальников, держа в руке пистолет, направленный на Пейнтера.

Тот поднял руки.

– Сенатор Гормен! – решительно произнес он. – Я человек генерала Меткалфа!

– Следователь из Министерства обороны? – Гормен опустил пистолет, и у него на лице разлилось облегчение.

Пейнтер бросился к нему.

– Нам нужно уходить отсюда.

– А как же Самюэльс? – Сенатор оглянулся на дверь.

Пейнтер догадался, что он имел в виду телохранителя.

– Он убит, сэр.

Директор «Сигмы» указал на окно с матовым стеклом в дальнем конце туалетной комнаты.

– Оно зарешечено. Я уже проверял, – удрученно сообщил Гормен.

Но Пейнтер отодвинул шпингалет и распахнул окно. Отверстие действительно было закрыто ажурной железной решеткой. Пейнтер надавил на нее руками, и решетка повернулась на петлях. Во время предыдущего осмотра гостиницы он вывинтил крепежные болты.

Никогда не помешает позаботиться о запасном выходе.

– Лезьте! – приказал Пейнтер, подставляя колено, чтобы помочь сенатору подняться вверх.

Тот не заставил просить себя дважды и, воспользовавшись помощью, подтянулся к окну.

Подтолкнув сенатора, Пейнтер услышал за спиной глухой стук. Обернувшись, он увидел черное острие стрелы арбалета, торчащее из тонкой деревянной двери.

Проклятье!..

Выпихнув Гормена в окно, Пейнтер последовал за ним по пятам. В буквальном смысле – он получил удар каблуком итальянского ботинка в левый глаз. Но это были пустяки по сравнению с взрывом, прогремевшим позади.

В распахнутое окно вырвались пламя и дым.

Беглецов обдало горячим воздухом.

Пейнтер выбрался из-под сенатора. Когда отголоски взрыва затихли, он метнулся к окну, закрыл створку и установил железную решетку на место.

Пусть нападавшие гадают, как можно было выбраться из запертого помещения.

Если повезет, это замешательство позволит выиграть несколько лишних минут, пока преследователи будут обыскивать гостиницу.

Пейнтер вернулся к Гормену.

– У меня в двух кварталах отсюда машина.

Они поспешили прочь от гостиницы.

Гормен пыхтел, стараясь поспеть за Пейнтером, то и дело хватаясь за ушибленное плечо. Через квартал он остановил своего спасителя и, глядя ему в глаза, задал извечный вопрос:

– Черт побери, кто вы такой?

– Обыкновенный сотрудник государственного ведомства, – пробормотал Пейнтер, поглощенный новой задачей. Закрепив микрофон на шее, он включил передатчик. – Монк, как у вас там дела?

Монк услышал в ухе несколько неразборчивых слов, но, когда он снял противогаз, ему в рот набилась пена. Он снова навалился на дверь, надеясь, что она каким-то чудом откроется. Должно быть, замок сработал, как только полилась пена.

Может быть, отсюда есть другой выход.

Но прежде чем Монк успел двинуться с места, сверху хлынула горячая вода. Пена тотчас же начала стремительно таять. Меньше чем за тридцать секунд от толстого слоя, покрывавшего пол, не осталось и следа.

Монк оглянулся на Крида. Тот был похож на тощего мокрого щенка, собирающегося встряхнуться. Его глаза лихорадочно блестели от пережитого потрясения.

– Биологически активная пена, – объяснил Монк. – Она использовалась в качестве обеззараживающего вещества для уничтожения патогенов в воздухе. Нам она не опасна.