Выскочка в Академии Кутха - Анастасия Декар Страница 46

за мной семенил нинвит. Сквозь полузакрытые веки я едва различала пространство, но старательно рассматривала все углы и неровности. Пиявки не было. Спрашивать про него боялась – если он сбежал, то останется в живых, а если они его нашли… я не хочу этого знать. Голова не преставала кружиться, приходилось опираться о стены, ища в них опору. Позади раздавалось недоброе рычание, а мужчина все время подгонял меня. Что-то теплое лилось по лицу. Я дотронулась до ручейка – кровь.

– Где Гернер?

– Ожидает у алтаря, – сухо ответил мужчина. – Гернер совершил ошибку и готов загладить вину.

– А я?

– А ты, раз не хочешь давать клятву, послужишь на общее благо, – недобро протянул мужчина.

По огромным подземным лабиринтам мы добрались до верха и вышли наружу. Спасительный забор Академии возвышался за спиной. Я воззвала к дару, но он молчал, мешали браслеты. Узкой щелью тянулся раскол под ногами и расширялся вдали. Из Разлома поднимались шипящие столбы огненных искр, смешивающиеся с гомоном голосов. Прохладный ветерок трепал волосы, отгоняя зловонный запах. Мужчина уверенно шел вперед, я, запинаясь, плелась за ним к огненной бездне, из которой виднелась огромная кудрявая голова с неправильными чертами лица.

«Гамул», – вздрогнула я.

Чем ближе мы подходили к бездне, тем жарче становилось: я покрылась засохшей корочкой из крови, слюней и грязи. Нас обступали низшие – они бегали вокруг на полусогнутых ногах, но не подходили. Нинвиты как один скалили зубы. Ушахчу скакали, от чего их дети на спине визжали громче и громче. Парни и девушки-мухоморы улюлюкали, извиваясь полуголыми телами.

Я всматривалась в островок у бездны, где виднелось движение, но перед глазами не переставало плыть. Когда мы подошли вплотную, стали различимы силуэты – столбы с привязанными идеальными по кругу во главе вершин пятиконечной звезды и Гернер, стоящий возле каменной плиты, похожей на алтарь. Среди привязанных я разглядела Ван Ривьяна. Остальных я не узнала, но сочувствовала им. Казалось, все они находились в одурманенном состоянии: взгляд бессмысленный, а на лице застыла блаженная улыбка.

– Верховный, все готово, – подбежал к мужчине щупленький парень, путаясь в складках огромного для него плаща.

«Так вот ты какой, Верховный» – узнала я личность мужчины, ведущего меня на растерзание.

– Позвольте мне возложить дочь Кутху на алтарь, – и не дожидаясь ответа, он больно схватил меня за локоть. – Ты выглядишь хуже, чем обычно, – тихо прошипел он.

Я опешила, узнав голос, и, покачнувшись, сдернула с головы парня капюшон:

– Торни? – засмеялась я. – Ты не только тряпка под ногами идеальных, но и у обиженных тоже, – не стала скрывать я свое отношение к нему.

– Скорее бы ты сдохла! – вскричал Торни.

– Молчи, пташка. – Верховный с силой огрел Торни. – Не забывайся, дочь Кутху пред тобой!

«Он серьезно? Меня сейчас собираются поджарить на этом алтаре, а он просит проявлять уважение», – скосила я взгляд на Верховного.

– Гернер, привяжи нинвита, – скомандовал Верховный. – К ритуалу все готово?

– Проверил на несколько раз, – отчитался Гернер, приблизившись ко мне.

– Выполняй, – остановил его Верховный. – Торни возложит дочь Кутху на алтарь.

Верховный оставил подле меня нинвита, а сам двинулся по кругу звезды.

– Ты обещал помочь, – процедила я сквозь зубы.

– Ты обещала верить и снова обманула меня, – не остался в долгу Гернер. – Твой эфир учуяли нинвиты и привели Верховного. Это ты виновата!

Торни поднялся с земли и сплюнул окровавленную гущу под ноги Гернеру:

– Привяжи нинвита, Милгын на меня, – с издевкой сказал Торни.

Гернер не спорил, он грубо дернул удавку и повел нинвита к пустующему столбу, а Торни подступил ко мне.

– Я не пойду, – уперлась я ногами.

– Ты думаешь, это остановит меня? – скалился Торни.

– Я не пойду, – повторила я.

Торни незаметно ударил меня под дых, и я повисла на нем, не в силах пошевелиться. Торни без усилий дотащил меня до алтаря и грубо приложил о камень.

– Все равно зарежут, – ласково прошептал он.

– Дальше я сам, – подоспел к алтарю Гернер. – Я подготовлю Милгын и искуплю вину.

Торни нехотя отступил. Я не могла говорить, кажется, Торни сломал ребра.

– Возможно, отец прав… Мы заново построим нашу любовь, и ничто уже не помешает быть нам вместе, – тепло улыбнулся Гернер и прижался ко мне в поцелуе.

– Ненавижу. – Я не могла сделать достаточный вздох, перед глазами все расплывалось, а в горле стоял ком из слез.

Гернер приподнял мне голову и подставил к губам чашу. Дрожащими руками я попыталась взять ее, частично расплескивая содержимое – ничего не выходило.

– Вылей и останешься в разуме, выпей – и тебе станет хорошо, – быстро прошептал Гернер и подтолкнул чашу. Содержимое полилось по губам на кофту. Я не открыла рта. – Будет больно, – грустно признался Гернер, принимая мой выбор.

Я задыхалась. Возможно, стоило и в самом деле выпить этот отвар.

«Не смей сдаваться!» – твердила я себе.

С меня сняли блокираторы и привязали руки и ноги по сторонам. Я выжидала момент. Мне нужно как-то отвлечь Верховного, освободить конечности и убежать от низших… Невыполнимые цели в моем состоянии.

– Верховный, все готово, – объявил Гернер и, перед тем как уйти, прижался ладонью к моей щеке. – До скорой встречи.

– Прошу всех занять свои места, – скомандовал Верховный. Он взял кинжал, рукоять которого украшал улучшенный камень жизни, и поднял его надо мной. – Братья, мы ждали этого момента веками – дочь Кутху перед нами, – громогласно разлетался голос Верховного.

Пока Верховный говорил, я взывала к дару, но паника и полуобморочное состояние не позволяли сосредоточиться. Выплески энергии были крохотными и слабыми.

– Сегодня мы стоим на пороге великого открытия. Отныне нам будет дозволено забирать дар у неугодных и отдавать его достойным. Мы с вами изменим этот мир! Сделаем его лучше! Чище! И вскоре, когда Кутху явится к дочери, мы захватим полную власть! – вскричал Верховный и Разлом наполнился одобрительным гулом.

«Все, это точно конец, – поняла я. Сил на сопротивление не осталось, время вышло. – Зато понятно, где Гернер понабрался мотивационных фразочек».

Верховный, крепко сжав кинжал, медленно поднимал его вверх, вращая. Его тело волнообразно прогибалось под каждым поворотом. Чем выше поднимался кинжал, тем сильнее подрагивали руки Верховного, а сам кинжал наливался багровым цветом. Когда острие орудия взметнулось ввысь, воздух зарябил. Верховный, склонив нож, принял стойку для удара, и я заметила тонкое свечение, исходившее от рукояти кинжала. Я повернула голову и сощурилась, карусель из всполохов и движения приобрела четкость. Члены Логова стояли в таких же стойках, как и Верховный. Их кинжалы, связываемые единым свечением, зависли на уровне сердец привязанных к столбам.

– Той, – вскричал Верховный, объявляя удар.

– Милгын! – неожиданно