Плачущая - Александра Пивоварова Страница 27

– А это еще что?

Краем глаза я заметила какое-то яркое пятно и повернулась. За деревьями виднелась тряпка, желтая, как солнечный свет, но в этом мрачном лесу она выглядела пугающе странно. Аккуратно ступая, я приблизилась к увиденному. И резко отскочила, когда наступила в воду. Похоже, я нашла то самое болото. Большая лужа, заросшая травой практически с мой рост, примерно полтора метра. И по всему периметру были развешаны разноцветные яркие ленты, словно кто-то пытался украсить это место, но это лишь больше пугало.

– Кто здесь?! – вскрикнула я, когда за спиной раздался плач.

С трудом сглатываю ком. Я отчетливо слышу безутешные женские рыдания, слышу так, словно они раздаются прямо у моего уха, но вокруг никого, и я даже не могу определить, в каком направлении двигаться.

– Где вы? Вам нужна помощь? – Мой голос дрожит.

Но это не детский плач, это не Настя.

По коже побежали мурашки, этот тихий плач слышится повсюду. И он действует на меня еще хуже, чем душераздирающий вой Настиной матери. Он не просто забирается под кожу – он добирается до самого сердца, берет его в тиски и лишает воздуха. Я в лесу, но мне не хватает воздуха.

– Выходите! – Ладони сжимаются в кулаки. – Плачущая… Плачущая! – повторяю громче. – Это ты?!

Я веду себя странно, но совершенно не понимаю, что делать. Я словно в своем дурном сне и вижу его продолжение, которого совершенно не хочу.

Но тут… Мой крик, истеричный и безумный, перекрывает рыдания. Я отчетливо вижу синюю костлявую руку, вынырнувшую из мрака болота и схватившую меня за голень. Я попыталась вырваться, тяну ногу, но хватка мертвеца крепче, чем я могу себе представить.

– Нет-нет-нет… Этого не может быть! Это нереально!

Сердце переходит на критическую частоту ударов, и я боюсь, что оно просто не выдержит.

Из мутной воды, как из бездонного ада, появляются новые руки, все они тянутся ко мне, и каждая из них выглядит так, будто принадлежит утопленнику. Но как?! Здесь неглубоко! Откуда столько душ? Откуда столько рук?

– Нет! Пожалуйста, нет!

Я в ужасе закрываю лицо руками, пытаясь уговорить свой разум вернуться в реальность, развеять эту галлюцинацию, но морок лишь крепче сжимает меня в своих объятиях.

– Ва-аря… – слышится тот же женский голос, что доносился до меня ночью. – Ва-аречка! – И голос все ближе, а хватка все сильнее.

– Нет-нет-нет… – По моим щекам потекли слезы, но я продолжаю прижимать ладони к лицу, не желая видеть то, что происходит вокруг. – Это не реально!

– Варя! – Резкий рывок опускает мои руки, и передо мной оказывается Вадим.

В стороне стоит тот самый дед, его лицо искажено ужасом. Я опускаю взгляд ниже – рук нет, но слезы продолжают литься ручьем.

– Ты почему ушла, дура?! – Взгляд парня пугающий, это смесь ярости и страха.

– Вадим. Болото. – Дед падает на колени, его голос сливается с шумом моего сердца.

Мы одновременно переводим взгляд ближе к центру этой гнилой, вонючей лужи. И я отшатываюсь, чувствуя, как земля уходит из-под ног, но Вадим успевает удержать меня и не позволяет упасть.

Но я не могу отвести взгляд от того, что плавает в зеленой жиже. Это маленькое тельце в ярком голубом платье, и я осознаю, что мы опоздали.

– Не успели… Мы не успели… – стонет дед, вторя моим мыслям.

Я оттолкнула Вадима, сделала несколько шагов в сторону и склонилась над землей, не в силах сдержать рвотный рефлекс. Слышится всплеск воды, кто-то полез в болото, чтобы достать тело, но я не в силах повернуться. Я падаю на землю в попытках отдышаться.

– Я схожу с ума… Я не готова к такому… – шепчу тихо, шепчу для себя. – Ауч… – И ощущаю покалывание в ноге.

Подвернув штанину, я чувствую новый приступ дурноты. Я была уверена, что увиденное ранее – галлюцинация, но на моей коже проступили отчетливые красные следы, повторяющие контуры пальцев.

Это не галлюцинация. Это реальность, и она выходит из-под контроля. Я в ловушке, и мрак вокруг меня лишь усиливается, сам ужас смеется надо мной.

Глава 15

Без Вадима я бы не вышла из этого леса. Он практически меня тащил, ноги не слушались, как будто я марионетка с обрезанными нитями. Я не стала показывать ему следы на голени, но и не смогла объяснить, как ускользнула и первой нашла про́клятое болото. Правда, взгляд парня изменился, он смотрел на меня без злости, как на ожившего покойника. Я шла не оборачиваясь, позади нас ковылял мужчина с бездыханным мокрым телом в руках.

В голове билась только одна мысль: я свихнулась! Другого объяснения просто нет. Но перед учебой я проходила обследование у психиатра, сдавала анализы, и с моей головой все было в порядке. К тому же в нашей семье ни у кого не было психических расстройств.

У кладбища нас ждала толпа женщин, и среди них сразу виднелась мать Насти. Я закрыла уши руками, когда ей показали тело дочери. Никогда прежде я не слышала такого крика боли и отчаяния, тот, что ранее мне почудился на болоте, был лишь легким писком в сравнении с этим. Мне хотелось убежать, а еще лучше – проснуться. Но я осознавала, что все происходящее реально.

– Ты! – закричала мать Насти, резко подрываясь.

Не знаю, что она хотела сделать, но у нее был взгляд человека готового убивать, и, если бы не Вадим, который встал на ее пути, мне пришлось бы несладко. Я отскочила на несколько шагов, как от горячих углей. Парень с трудом сдерживал Татьяну, тянущую ко мне руки и осыпающую самыми грязными проклятиями. Ее взгляд был полон ярости, готовый сжечь меня на месте.

– Чтоб ты сдохла! Это из-за тебя не стало моей малышки, из-за тебя! – продолжала кричать Татьяна.

Несколько мужчин попытались оттащить ее в сторону, но выходило с трудом, а я словно к земле приросла, хотела убежать, но не могла сделать и шага. Лишь облизнула соленые от слез губы.

Я не виновата. Она не может винить меня. Я ничего не сделала. Никто в этом поселке не смеет винить меня.

– Эй. – Вадим щелкнул пальцами перед моим лицом, возвращая в реальность. – Уходи! Не знаю, о чем она говорит, но тебе лучше уйти, Варя! Поговорим позже!

– Я не вино…

– Уходи!

И мне не оставалось ничего другого, кроме как подчиниться. Все женщины косились на меня с таким видом, будто я действительно виновата в смерти этой девочки. Они ненормальные, они все ненормальные.

Выйдя на