Чужак. Особый магистрат - Константин Викторович Кузнецов Страница 24

Теперь меня точно схватятся! — догадалась Катерина. Но обратной дороги у нее не было. Если схватят сейчас, то сразу же запихнут в подвал. А оттуда уж точно ей не выбраться.

Выждав немного времени, девушка стала пробираться к конюшне. Сейчас стоило молиться лишь о том, чтобы ее конь не подал голос, почуяв хозяйку.

Катерине повезло, она беспрепятственно пробралась к загону, вывела Бриза, и тихо прошептала ему на ухо: «Тише, спокойно. Сейчас мы отправимся в путешествие». Конь мотнул головой, согласившись с хозяйкой. Катерина накинула седло, затянула ремни, сбрую, — и осторожно стала выводить его наружу.

Но фортуна, на которую часто сетовали неудачники, в этот миг повернулась к ней спиной. У ворот непонятно откуда очутился один из наемников Тизано. Притаившись у двери, он справлял малую нужду, напивая веселую песенку. Забыв слова, мужчина перешел на свист. Прижав морду коня к себе, Катерина попятилась назад и уперлась в стог сена. Бриз заволновался, ударил копытом, и как девушка не пыталась его усмирить, все-таки привлек внимание мужчины. Тот зашел внутрь, с его уст сорвалось: «merde![1]». А уже через секунду он обнажил шпагу.

Катерина не стала мириться с обстоятельствами и быстро приняла боевую стойку.

— Маленькая мишка, — улыбнулся наемник. — Желаешь поиграть?

Девушка не ответила. В отличие от противника она относился к предстоящей схватке серьезно, как учил ее маэстро Липо. Обнажив кривые зубы, мужчина жадно облизнулся. Но атаковать не стал, видимо считая девушку слишком уж легкой добычей.

Мужчина выставил вперед шпагу и сделал шаг, вперед близко поставив заднюю ногу к передней. Слишком неуклюжий — такого ударь в плечо и он не удержит равновесие. Катерина отступила. Атаковать первым номером она не планировала.

Резкий выпад заставил девушку обороняться. Удар, защита. Шаг — отступ. И вновь пауза.

Шпаги зазвенев, скрестились.

Мужчина оскалился, вытер рукавом пот. Ни одна из его атак не достигла цели. А он, по всей видимости, рассчитывал на более легкий исход. На этот раз наемник атаковал более открыто, дерзко, не экономя силы.

Размах, укол — и вновь глухая защита. Девушка оборонялась безукоризненно, и как показалось мужчине — играючи. У противника нарастала злость. А Катерина продолжала сохранять невероятное спокойствие.

И что удивляло противника — ни одной контратаки. Что это страх? Неопытность? Мужчин расценил это по своему: девушке просто везет! При этом он совершенно не учел тот факт, что техника фехтования у нее была на высоте.

Оказавшись в противоположной части конюшни, Катерина сделала резкое движение вправо и оказалась на улице. Ее план удался — она умудрилась увести противника подальше от противоположных глаз. Теперь их дуэль могли видеть лишь сторонние зеваки, а никак не пособники Тизано.

Открытое пространство. Противник перед тобой как на ладони. Катерина прищурилась, оценила ситуацию и начала танцевать. Французская школа фехтования казалась примитивной и однообразной. А девушка умела импровизировать. Поэтому она решила атаковать не прямо, а постоянно смещаясь то в одну, то в другую сторону. Быстрые движения застали мужчину врасплох. Явно из бывших гвардейцев он обладал небольшим запасом техники — простые рубленые приемы, никакого изящества. Укол, защита, защита, защита — буквально за несколько минут расстановка сил изменилась. Теперь уже девушка атаковала — осторожно, разнообразно, а противник тяжело дышал, пытаясь уклониться от очередного выпада.

Мужчина сделал шаг назад. Отклонил шпагу в сторону, чем незамедлительно воспользовалась Катерина. Она высвободила свою шпагу, сделала выпад, и острие коснулось плеча противника. Тот стиснул зубы, но остался стоять на ногах. Рана была еще не столь опасна и позволяла продолжать поединок. Только вот Катерина уже почувствовала вкус крови. Она, словно кобра, продолжала с упорством искать брешь в защите противника. И через пару секунд ей вновь сопутствовала удача. На этот раз плечо было поражено чуть ниже первого укола.

Лицо противника побледнело. И он заметно пошатнулся. С каждым вздохом он теперь терял в два раза больше крови. Правда, противник, словно этого не замечал. От него послышался голос: мол, это ерунда. Потом он немного потоптался на месте и смело пошел в атаку.

Липо называл эти отчаянные поступки: ловлей блох! Когда заранее знаешь, что противники пойдет на отчаянный шаг, достаточно выставить острие, и он сам будет нанизан на нее, как на вертел. Катерина никогда не практиковала подобную тактику, но не доверять маэстро у нее оснований не было.

Мужчина охнул, ругнулся на французском и медленно осел на землю. Катерина минуту стояла над ним, ожидая, что ей придется продолжить поединок. Но этого не потребовалось. Послышался протяжный хрип — скорее всего из-за пробитого легкого, — и противник замолчал.

Девушка убивала впервые. В мыслях, она, конечно, представляла свою первую настоящую схватку, но даже помыслить не могла, что внутри возникнет опустошение. Она раздосадовано всхлипнула и разжала эфес — шпага упала на землю. Почему она это сделала? Наверное, она хотела всего лишь ранить мужчину, чтобы обездвижить. Но голос внутри твердил совсем другое. Если ты хочешь выжить в этом мире, тебе придется убивать! И делать это много-много раз. Полумер в достижение цели быть не может. А это уже были слова ее дяди кардинала Мончини.

Из оцепенения Катерину вывел Бриз. Он ткнулся мордой в ее спину и указал на седло. Пора отправляться в путешествие. Утерев слезу, девушка бросила прощальный взгляд на поместье ее родителей, подобрала шпагу и с легкостью запрыгнула в седло. Начало было положено.

[1] Французское — черт.

Глава 11

Глава 11. Охотники

Прислонившись к дереву, я откинул голову и уставился на окруживших меня людей. Чем-то происходящее со мной напоминало контактный зоопарк: меня показывали, будто диковинную зверюшку и даже пытались потрогать, тыкнув пальцем. Хотя чего я ожидал от конечной временной точки обозначенной как — длительная эпоха средневековью. Зрелища здесь стояли во главе любого события.

— Ты уверен, что это демон? — внезапно поинтересовался один из смотрящих. Здоровяк с огромной бородой и растрепанными волосами походил на викинга, только вместо топора у него имелся короткий меч и пара ножей на широком поясе.

— Вериги святого Петра не способны врать, — уверил его карлик.

— Вериги может, и не врут. Но так ли он ценен, как ты говоришь крохотный монах? — поинтересовался второй, что был всего на полголовы выше Морганте.

Служитель Черной Розы ничего не ответил. А затем, немного помедлив,