Забытые кости в Тенистой Лощине - Джуно Блэк Страница 20

– Мы вчера поругались с Орвиллом. Он выяснил про медальон и очень разозлился, что я не отдала ему украшение сразу. Он буквально обвинил меня в сокрытии улик. И запретил мне проводить расследование!

– Он так сказал только из-за того, что разозлился, – высказала свое мнение ворона. – Орвилл тебя достаточно хорошо знает, чтобы понимать: этого точно ты не сделаешь.

– Дверь в полицейском участке была открыта. Вероятно, Глэдис подслушала наш разговор. Или кто-то другой подслушал и передал ей. Это унизительно, Ленор! Что я скажу Орвиллу?

– Про колонку со сплетнями? Ничего. Это не твоя вина, как и не его. Нужно ругаться за закрытыми дверьми, если не хочешь, чтобы другие знали, что у вас происходит.

– Джо и Джулия ругались за закрытыми дверьми. Но, похоже, соседи об этом все равно знали.

– Ты что-то выяснила? – поинтересовалась Ленор.

Попивая бодрящий чай, Вера пересказала все, что узнала от Лютера Читтерса.

– Выходит, Джулия собиралась покинуть город одна. Вопрос в том, кто попался ей на пути, когда она бежала отсюда?

– Мотив был у Джо, – с серьезным видом заявила Ленор. – Он мог узнать ее план, броситься в погоню и в ярости случайно убить. Подумай об этом. Он закапывает труп в дальнем конце фруктового сада, затем говорит всем, что Джулия просто собрала вещи и ушла. Кто ему не поверит? Если виноват Джо, то он и подумать не мог, что тело откопают, по прошествии такого-то времени.

– Если он знал, что труп его жены закопан в саду, стал бы он печь пироги из яблок, собранных в Холодных Садах? Совсем чернухой пахнет.

Ленор была признанным экспертом по всему черному и тут кивнула с серьезным видом.

– Да, ты права. Я не верю, что Джо – хладнокровный убийца, как бы там ни было. Возможно, имел место несчастный случай.

– О, я тебя умоляю. Ты предполагаешь, что Джулия упала, а затем сама себя предусмотрительно закопала? – проворчала Вера. – В любом случае доктор Бродхед сказал, что на черепе видны повреждения от удара камнем или чем-то тяжелым. Ее кто-то ударил по голове! Нет, это убийство.

– В таком случае в Тенистой Лощине живет убийца. Снова. – Ленор вздохнула. – Мы должны его поймать. Но первым делом ты должна показаться в редакции. А затем можешь заняться расследованием. Пошли, пора. Мне нужно открывать книжный магазин!

Две подруги отправились в центр города. Ленор попрощалась с Верой на пороге своего магазина «Жребий брошен». Она будет ее ждать, если Вере потребуется местечко для того, чтобы прийти в себя после разборки с Глэдис.

– Не делай ничего, о чем потом пожалеешь, – предупредила Ленор.

– Посмотрим. – Вера не собиралась спускать с лап сплетнице колибри то, что она сделала.

Лиса зашла в редакцию. Даже в этот ранний час там было шумно, но при виде Веры все замерли и навострили уши, готовясь к сражению. Одна крольчиха, которая несла поднос с печатными блоками[5], внезапно поняла, что находится как раз между столами Веры и Глэдис. Она застыла на месте, глядя на разъяренную лису округлившимися от ужаса глазами. Другой кролик быстренько оттащил ее с поля битвы, пока печатные блоки не свалились на пол.

Конечно, Глэдис увидела Веру. Она быстрее обычного замахала крыльями, чтобы скрыть нервозность.

– О, здравствуй, Вера, – пропищала она. – Э-э… м-м… Какая хорошая погода сегодня утром, правда?

Вера сделала глубокий вдох, посмотрела Глэдис в глаза… и просто прошла мимо. Она полностью проигнорировала птицу. Вера неторопливо подошла к своему столу, выложила на него свои вещи и уселась на стул. Она показательно достала ручку и лист бумаги и принялась что-то писать. На самом деле это были просто каракули – у нее не находилось слов для описания ее злости, но она помнила совет Ленор. А все, что она могла сказать в эти минуты Глэдис, было бы очень достойным сожаления в дальнейшем.

В следующие несколько минут, пока Вера продолжала выводить каракули, напряжение в редакции стало постепенно спадать, и вскоре вокруг опять воцарились привычные шум и суета.

– Моя дорогая, это один из лучших примеров прямого выпада, свидетельницей которых мне довелось стать, – прозвучал тихий голос у нее над ухом.

Вера резко повернулась на стуле и увидела, что рядом стоит Октавия. Норка смотрела на нее почти с благоговением.

– Что вы имели в виду под словом «прямой выпад»? – спросила Вера.

– Пойдемте со мной, и я вам объясню.

Норка развернулась, и в этот момент ей на гладкий серебристый мех упал свет из окна – вместе со взглядами нескольких сотрудников редакции. Вера встала и последовала за Октавией в кабинет Че-Бе Стоуна.

– Прямой выпад – это невероятно полезный навык для жизни в обществе, – тихим голосом пояснила Октавия. – Вроде бы простое действие: вы не признаете существования оппонента, но при этом даете четко понять, что знаете о его присутствии. Вы смотрите оппоненту в глаза, но считаете ниже своего достоинства с ним разговаривать… Сильный шаг, даже сокрушительный. На самом деле хорошо сыграть очень сложно. Большинство переигрывают, слишком сильно подчеркивают игнорирование оппонента или не могут удержаться от колкости. Но вы, моя дорогая… вы все сделали идеально.

Вера улыбнулась, несмотря на ситуацию.

– Спасибо.

– Ах, это мне нужно благодарить вас за то, что дали мне возможность посмотреть на это. Конечно, ваша жертва – обозревательница светской хроники. Поэтому то, что вы сделали, приносит еще большее внутреннее удовлетворение. Папарацци и им подобные заслуживают презрения.

Октавия фыркнула, словно только одно признание существования сплетен и светской хроники вызывало у нее неудовольствие.

В эту минуту Вера была склонна с ней согласиться. Пройдет немало времени, прежде чем она вообще заговорит с Глэдис!

Они дошли до кабинета Че-Бе, где их ждал скунс.

– Заходите, и мы обсудим вашу последнюю идею, мисс Грей. Она такая интересная! Вера, ты и не представляешь, что тебя ждет!

Вера ужаснулась. Во что собирается ее втравить Че-Бе?

Глава 11

Вера представить себе не могла, что напридумывали ее начальник вместе с Октавией, но, по крайней мере, это отвлечет ее от светской хроники и сплетен. Это был один из недостатков проживания в таком маленьком городке, как Тенистая Лощина. В большом городе всем плевать, если двое прекратили встречаться, даже если до этого ходили на свидания на глазах у всех.