Запасная невеста. Сбежать от василиска - Виктория Чара Страница 2

Я танцевать не особенно любила, но было все же обидно.

Сейчас в ее глазах не было кокетства, только обида и очень трогательная растерянность.

— Я не буду надевать это кольцо! — выдохнула она сквозь слезы, и надула губки.

Вот так, господин лорд-маршал, самое время капитулировать. Но, к моему удивлению, на главнокомандующего все это не подействовало, он лишь как-то очень устало вздохнул.

— Мисс Элдридж, это связано… с некоторыми особенностями моей расы. Боюсь, если вы откажетесь… — он осекся, подбирая слова, — …ни о какой свадьбе между нами не может идти речи.

В кабинете повисла тишина, отец поджал губы, Мэгги всхлипнула еще раз — уже беззвучно, только плечи дернулись. А у меня от долгого стояния в одной позе затекла нога и я чуть не упала, переступив на нее.

Отец упускать столь именитого и выгодного жениха не собирался и взял инициативу в свои руки:

— Мэгалин, дочка, давай я сам надену тебе это кольцо? — заговорил он торопливо. — Вы позволите, лорд-маршал? Мы попросим нашего гостя отвернуться… Мэгги, это просто кольцо, у тебя таких уже, наверное, сотня. Примерь, детка.

Спорить с отцом Мэгги побоялась. Она понурила голову и медленно протянула руку.

Ее пальцы дрожали так заметно, что я увидела это даже через кристалл трубки. Отец осторожно взял перстень с ладони Кайра Вальгарда и надел его на средний палец сестры.

Сначала ничего не происходило. Но спустя несколько долгих секунд, на которые мы все перестали дышать, камень замерцал зелеными всполохами.

— Ничего не понимаю,.. ваш артефакт неисправен, — голос отца стал растерянным. — Или нужно было надеть на другой палец? На другую руку? Сейчас, Мэгги, сейчас, детка, мы попробуем еще раз…

— Это не имеет значения, — перебил его Кайр Вальгард.

Он преодолел расстояние до сестры в два широких шага. Наклонился чуть ближе, вглядываясь в камень на ее пальце. Потом тихо, почти беззвучно усмехнулся.

— Хм… Зеленый — это цвет жизни. Это означает, что ваша дочь беременна.

Глава 3

В кабинете повисла звенящая тишина. Даже Мэгги перестала всхлипывать.

Я снаружи перестала дышать вообще. Ноги сами собой подкосились, и я рухнула на пол. От таких-то новостей!

Мэгги беременна? Не может быть! Это точно ошибка! Уж кто — кто всегда был образцом нравственности в нашей семье, так это Мэгги. У ее жениха точно артефакт сломан! Перстень древний, сам сказал.

После того как Мэгги не взяли в Академию из-за слишком слабого магического дара, она училась дома с приглашенными учителями, точнее учительницами, потому как папа мужчин домой не допускал.

Я хотя бы общалась со сверстниками и преподавателями в Академии… у Мэгги в окружении из мужчин были папа и наш дворецкий! Мимолетные знакомства на балах чем-то серьезным считать было нельзя.

И тут такие новости!

Надо сказать, от предстоящего брака сестричка была в ужасе. Она не переставала умолять отца отменить помолвку.

Больше всего Мэгги пугало то, что у жениха была вторая ипостась — он был василиском. Поговаривали даже, что его магический дар был таким мощным, что своего главнокомандующего побаивался даже король. Потому держал его вдали от столицы, находя все новые и новые поручения на границе.

Я нередко заставала ее в слезах, сочувствовала ей, но как помочь не знала. В то же время была страшно за нее рада. Меня до мурашек будоражила мысль, что такой легендарный человек станет членом нашей семьи. И я была уверена, что наша Мэгги, такая сильная и умная, обязательно справится со своими сомнениями.

Я поднялась с пола и снова настроила свой шпионский артефакт.

Обстановка в кабинете отца тем временем накалялась.

— Этого не может быть. Моя дочь высокородная леди, — голос отца дрогнул, — Ваш артефакт не исправен.

Отец думал также как и я! Мэги снова заплакала и спрятала лицо в ладонях.

Кайр Вальгард поднялся с кресла, видимо, собираясь уходить.

— Что ж, если вы не доверяете артефактам, самое время обратиться к докторам.

Отец побледнел.

— Поймите, я знаю свою дочь, и такого просто не может быть, — почти шепотом повторил он, — Мы все проверим и, я уверен, окажется, что вы не правы. Потому что если это так… Мэгги? Ведь этого не может быть? Ведь это не правда? Скажи хоть слово, Мэгги?

Но Мэги продолжала молчать. Ее тело сотрясали, беззвучные рыдания.

Отец помолчал, но по его лицу было ясно: он уже начал перебирать в голове всех возможных «подозреваемых» за последние месяцы. Он налил себе воды в высокий бокал, выпил его до дна и опустил на столешницу с тихим стуком и только тогда поднял глаза.

— Мэгалин, иди к себе. Мы поговорим позже, — наконец сказал он осипшим голосом. Он повернулся к гостю. — Предположим. Только предположим, что вы правы, — Я хотел бы избежать огласки и скандала… Я уверен, в чем бы ни была причина, все объяснится, и мы все уладим. Это семейное дело…

Едва я успела отскочить от двери, через которую подслушивала. Мэгги, не дожидаясь повторения, выскочила из кабинета. Она пронеслась мимо меня, даже не заметив, и бросилась вверх по лестнице, наверное, чтобы запереться в комнате и рыдать в подушку пока не закончатся силы...

В кабинете снова повисла тишина. Отец поднялся из-за стола, обошел его и встал напротив Кайра Вальгарда, скрестив руки на груди.

— У меня есть младшая дочь Лея, — вдруг проговорил отец. — Она в этом году заканчивает Академию здесь в столице. Девятый год, артефактор, между прочим, весьма неплохо себя показывает. В договоре между нашими семьями, если вы помните, не уточняется, какая именно из моих дочерей станет вашей женой.

Что? Меня? Вместо сестры? В невесты вот этому?

От неожиданности у меня сами собой разжались пальцы, и я выронила трубку-артефакт. Ударившись об пол, она с легким звоном покатилась к противоположной стене и остановилась с тихим, но вполне различимым «клинк».

Только бы они не услышали! Я бросилась ловить упавшую трубку. Уф, кажется, не заметили! Сердце колотилось напуганным зайцем. Я попыталась успокоиться и снова приставила трубку к двери, затаив дыхание.

Так вот почему, отец до сих пор не нашел мне жениха. Я была запасной невестой для Кайра!

Кайр ответил не сразу. Он медленно обошел кресло, оперся на его спинку и устремил на отца холодный взгляд.

— Я ничего не знаю о вашей младшей дочери, — произнес он ровно, без тени эмоций. — И никогда ею не интересовался.