Двуглавый. Книга 3 - Михаил Иванович Казьмин Страница 19

…Ольга приехала в Москву на четвёртый день стараний младшего брата в угрызении гранита науки. О грядущем прибытии сестры, как и о цели её прибытия зауряд-чиновник Елисеев уведомил начальство заблаговременно, так что встретили госпожу Улитину не то чтобы прям уж по высшему разряду, но всё равно очень даже неплохо — привезли в гостиницу Михайловского института, где Ольга поселилась вместе со служанкой. А что, удобно же, никуда ехать не надо, пройтись через институтский двор, и всё. Что ей сказали относительно того, что брат её не встретил, мы с тёзкой не знаем, но позвонила она ему сразу и какого-то волнения в голосе сестры дворянин Елисеев не обнаружил. Но удивилась, это да.

Встретились брат и сестра уже через два дня, и встреча эта произошла, как нетрудно было бы предсказать, в кабинете госпожи Кошельной. В очередной раз я поразился тёзкиному самообладанию — сеанс обмена удовольствиями с Эммой сегодня почти наверняка накрывался медным тазом, и как дворянин Елисеев это воспринимал, вопросов, полагаю, нет, так что некоторое недовольство сестрой было с его стороны более чем оправданным, но это самое недовольство он не то что не показывал, но и в самом себе старательно и даже успешно глушил. Понятно, его так воспитали, но без соответствующих задатков самого тёзки любое воспитание, хоть строгое, хоть разумное, хоть ещё какое, оказалось бы тут бессильным. Зато называть Эмму по имени-отчеству и на вы тёзке удавалось легко и просто, как будто они всегда именно так и общались, тут воспитание как раз пригодилось. Впрочем, Эмма и сама вела себя так же, и у неё оно тоже выходило вполне естественно.

Выяснилось, что освидетельствовать Ольгу на предмет готовности к обучению Эмма уже успела, как успела и ту самую готовность у госпожи Улитиной Ольги Михайловны установить. По словам Эммы, при том, что способности тёзкиной сестры безусловно относятся к низшему уровню целительства, она могла научиться исцелять лёгкие ранения, без нахождения инородных тел в ране, и не самые тяжёлые инфекции, как и облегчать состояние больных и раненых при более опасных повреждениях и заболеваниях. Ясное дело, в паре с этим шла и способность правильно диагностировать характер и степень болезней и ран. С известной осторожностью не исключала Эмма и того, что в ходе обучения у Ольги выявятся и какие-то иные способности или индивидуальные особенности их проявления.

Как в своё время дворянина Елисеева, так и сейчас его сестру Эмма Витольдовна нагрузила необходимостью изучения азов анатомии, физиологии и медицины, благо в институтской библиотеке книг на эти темы более чем хватало, и теперь занятия с наставницей Ольга чередовала с внимательным чтением и выпиской к себе в тетрадь того, что считала наиболее важным. Собственно, когда дворянин Елисеев зашёл к Эмме, она как раз проверяла, что её ученица посчитала самым важным из вчерашнего чтения.

Ради встречи родных Эмма объявила перерыв, и тёзка с сестрой отправился в столовую попить чаю, поскольку времени до обеда оставалось ещё немало.

— Надо же, я почему-то думала, меня будет учить строгая дама, — выслушав объяснения брата о грядущих переменах в его жизни и выразив полный восторг по такому поводу, Ольга принялась делиться своими впечатлениями. — А Эмма Витольдовна такая добрая и милая! Но требовательная, этого у неё не отнимешь…

— Есть такое, — согласился дворянин Елисеев. — Когда ты начнёшь практиковаться, требовательности ещё прибавится, — пообещал он сестре.

— Куда уж прибавляться-то? — удивилась та. — И так вон читать столько заставила! Тебя она тоже так драконила?

Тёзка хотел было отделаться простым односложным согласием, но что-то его удержало, и он принялся расспрашивать сестру, что именно, как она выразилась, заставила Эмма её читать. Тут и выяснилось, что Ольге приходится изучать заметно больше теории, чем доставалось самому дворянину Елисееву в его ученичестве у госпожи Кошельной. А ведь в женских гимназиях начальные знания по медицине дают примерно в тех же объёмах, что тёзка изучал в кадетском корпусе, то есть база у него с сестрой почти одинаковая. И с чего бы это, спрашивается, Эмма впала в такой преподавательский раж?

Вопрос этот, понятное дело, задавать сестре тёзка не стал ввиду явной бесполезности такого дела, а Эмме задать не успел, потому что уже вскорости ответ неожиданно нашёлся в кабинете директора, куда дворянин Елисеев отправился, проводив сестру обратно к госпоже Кошельной.

— Вас, Виктор Михайлович, и уважаемую Ольгу Михайловну можно поздравить, — выдал Кривулин после обмена приветствиями. — Как и всех нас тоже! Министерство народного просвещения утвердило образец свидетельства, каковое будет выдаваться в Михайловском институте физиологической психологии Российской Академии наук лицам, прошедшим курс обучения по заверенной министерством программе. Конечно, это пока что не диплом и не аттестат, однако уже документ установленной формы! И ваша, Виктор Михайлович, сестра станет, при должном усердии в учении, первой, кому таковое свидетельство будет в нашем институте вручено!

Ну да, вот оно и объяснение, почему Эмма так тёзкину сестру, как та выразилась, драконит. А что, неплохо… Интересно, оно так совпало или это такой подарок дворянину Елисееву от институтского начальства?

— Ваши, Виктор Михайлович, ученики получат другие документы, подтверждающие их обучение, — добавил директор, и раньше, чем тёзка успел удивиться, пояснил: — Их образцы будут утверждаться не министерством народного просвещения.

Тоже логично. Интересно только, где именно? У жандармов? Хм, вряд ли. Вот не могу сказать, почему, но мне казалось, что не у них. По идее, форму документов об обучении будущих подопечных дворянина Елисеева должны утвердить или в министерстве внутренних дел, или даже в минобороны, тьфу ты, в военном министерстве, конечно. М-да, растём, растём… Это уже совсем другой уровень, тут и правда, без классного чина тёзке никак не обойтись.

Одними лишь новостями о первых шагах легализации обучения в Михайловском институте беседа с Кривулиным не ограничилась, нашлось о чём поговорить и относительно самого обучения, так что в директорском кабинете тёзка несколько задержался. Вернувшись к Эмме, сестру он там уже не застал.

— Я отправила Ольгу Михайловну подготовиться к завтрашним занятиям, — с хитрой улыбкой сообщила Эмма. — А то ты же теперь опять через неделю только придёшь…

Глава 9

О незаменимости и мотивации

Из Михайловского института мы с тёзкой возвращались в Кремль озадаченные и довольные. Почему довольные, объяснить проще — всё-таки нам