сдержанно кивнула нам с Калебом в ответ на наше приветствие, и прошла мимо. Проводив до кабинета, Калеб впустил меня и ушёл. Ректор Каэл стоял у окна, сцепив руки за сгорбленной спиной. Он не обернулся, и я осталась у входа. — Мастер-ректор, — поприветствовала я твёрдо спустя какое-то время. Он откликнулся лишь через пару мгновений, пригласив меня сесть. Подойдя к столу, он рассеянно погладил своё большое письменное перо и устало сел. Его мысли будто блуждали где-то далеко, и когда он, наконец, посмотрел на меня, взгляд нельзя было назвать полностью осмысленным. Я впервые за всё время поняла, что не знаю, сколько ректору на самом деле лет. Ходили слухи, что ему от семидесяти до семисот, а я никогда его прямо не спрашивала. Но его внешний вид говорил, что почтенный возраст, видимо, брал своё. — Эльдреда, — начал он ровным голосом, отведя взгляд, — Ты же знаешь, что правила Академии распространяются на всех. — Да, мастер-ректор, — ответила я тихо. — Теперь, когда о твоём нарушении знают все, я не могу оставить это без внимания, как раньше. Он на мгновение замолчал, словно взвешивал каждое слово. Рука потянулась к перу и обхватила его, немного помяв. — Ты заслуживаешь наказания… — ректор помедлил, будто борясь сам с собой, — Но Эльдреда, ты мне как дочь. Внутри всё сжалось от надрыва, с которым были произнесены эти слова. Но краем глаза я заметила, как его рука сжала перо крепче, едва не переломив. Моё сердце застучало быстрее: что-то было не так. — Но ты понимаешь, — продолжил он, голос стал жёстче, будто не принадлежал ему, — Я обязан следовать указу… Указу Академии. Ректор Каэл откашлялся, и неожиданно холодный цепкий взгляд уставился на меня. — Нарушив Указы, ты подвела не только Академию, ты подвела меня лично. Я отменяю твоё участие в предстоящем конкурсе на преподавание. Твоя недисциплинированность ставит под сомнение твою пригодность к таким обязанностям. Я разочарован. Я смотрела на него, не веря своим ушам. — Мастер-ректор?.. — Мне нечего тебе больше сказать. Можешь возвращаться на занятия. Следить и сопровождать тебя никто не будет. Он тяжело поднялся с кресла и, не глядя на меня, снова подошёл к окну. — Мастер-ректор, вчера ночью я видела дракона, — сказала я дрожащим голосом, — Он пролетел через барьеры и сел на крышу рядом со мной. Вёл себя не агрессивно, дружелюбно… Тёмно-красный… Я случайно смяла свои листочки с записями, заметив, как на них расползались мокрые пятна слёз, смешивая чернила. Мастер Каэл тяжело вздохнул, рассеянно глядя в окно. — Мы с преподавателями займёмся этим вопросом. А сейчас иди. Выйдя из кабинета, я скомкала листки и выкинула в ближайшую мусорную корзину. Занятия только закончились, и коридор постепенно наполнялся гомоном и топотом выходящих адептов. Утерев нос, я отправилась в свою комнату, стараясь смотреть только под ноги перед собой. В комнате сверилась с расписанием. Последний день перед выходными — учёба у моей группы уже закончились. Вытащив из тумбы кошелёк, пихнула его в сумку. Схватив маленькие магические часы, поставила будильник, кинула их к кошельку и вылетела из комнаты. Я шла стремительно, лавируя между медленными, радующимися выходным адептами. Меня кто-то пару раз окликнул, но я, не видя ничего перед собой и не отвлекаясь, продолжала идти. Наконец, когда я уже вышла на улицу, моя цель показалась впереди — кованая ограда и большие железные ворота, увенчанные огромными буквами “Академия Кадарат”. Защита Академии начиналась именно отсюда: с высокого ограждения, выполненного в виде гигантской рунической вязи. Барьер вокруг был таким плотным, что выглядел как пузырь. Адепты, у которых тоже закончились занятия, собираясь в стайки, проходили через ворота, направляясь по мощёной дороге мимо аллеи вниз. Мы все шли в одном направлении — маленький студенческий городок Амлис располагался у подножия холма, на котором стояла Академия. Это было живое и шумное место. Живописные каменные домики, украшенные цветами на подоконниках, большая рыночная площадь с магазинами и лавками, в центре которой бил фонтан в виде дракона, храм, несколько постоялых дворов и две таверны. Амлис, благодаря соседству с Академией, процветал. Адепты сбегали сюда отвлечься от учёбы, поесть что-то, кроме еды из академической столовой, купить перья, книги, свитки, новую одежду и магические инструменты для артефактов. Здесь можно было отправить письма или встретиться с родными, навещавшими учащихся. Вечерами тёплый жёлтый свет из окон таверн заливал мостовые, приглашая прохожих заглянуть внутрь. В лавках алхимиков продавались редкие ингредиенты, привезённые из дальних краёв. Большой, богато украшенный храм, расположенный на площади, был особенно популярен перед экзаменами. В воздухе витал запах свежего хлеба, трав и магии, и я любила этот город, дающий ощущение свободы, но сейчас мне было совершенно не до его очарования. Единственным желанием было заглушить эту звенящую пустоту внутри. И я направилась в место, которое, как мне казалось, должно было в этом помочь.
Глава 12.1
В таверне я устроилась в самом дальнем углу, положив часы рядом с собой. Тусклый свет едва доходил сюда, что меня вполне устраивало. Всё внутри сжималось от отчаяния. Каждый глоток крепкого эля, который я заказывала снова и снова, казался единственным спасением от нарастающей боли. Окружающий шум и смех студентов, привычные запахи жареного мяса и пряностей — всё это словно размывалось в какой-то невнятный фон. Слова ректора, звеневшие в моей голове, хлестали как кнутом. С каждым глотком я лишь больше погружалась в темноту своих мыслей. В какой-то момент моя затея показалась мне ужасно глупой, и я захихикала. Понимая, что завтра моё пьянство не принесёт мне ничего, кроме похмелья, я уже собиралась уйти, как какая-то тень подсела ко мне, грубо пихнув локтём и обдав запахом крепкого алкоголя. Я повернулась к мужчине, его небритое лицо расплывалось перед глазами. — Что же такая красивая адептка делает здесь одна? — спросил он, наклоняясь ближе. Его голос был тихим и вкрадчивым, он придвинулся ко мне почти вплотную. Я отвернулась, надеясь, что он отстанет. В тавернах обычно следили, чтобы посетители не донимали адептов, но, видимо, сегодня хозяева были заняты наплывом гостей. Незнакомец не собирался отступать. Его рука легла мне на плечо, и я вздрогнула, но в следующую секунду почувствовала прилив ярости и оттолкнула его, так резко, что тот едва не упал. — Оставь меня! — мой голос дрожал от гнева. Мужик, ошарашенный моим сопротивлением, нахмурился и грубо схватил меня за запястье, больно стиснув, но прежде чем он успел что-то сказать, я, схватив свободной рукой
