Гордость, сила и зима: стирая границы - Лина Неидеальная Страница 150

Нет бы в Лекса влюбиться, так нет, потянуло на диковинки. Да от Дика все женщины головы теряли, стоило ему разочек улыбнуться и пару раз посмотреть голубыми глазищами. А я молодец, почти год продержалась. Ладно, полгода. Да чтоб ему пусто было! Ну ладно я, сопливая девчонка, дорвалась до свободы, вот и наломала дров. Но Форс-то о чем думал? Должен же он был представлять, что произойдет с родителями, если они узнают эту информацию. Воображение услужливо подсунуло следующую картину: я и Дик висим на соседних березах, покачиваясь в петлях, а рядом наши отцы облегченно вытирают пот с лица. Жуть.

И самое обидное, что я даже не могла четко отследить момент, когда это все началось. Перед глазами пронеслось воспоминание: я плачу на груди у Дика из-за того, что убила, а он неловко меня утешает. А потом… Пора было себе признаться, что я тогда потянулась к нему навстречу не потому, что меня направил алкоголь. Нет, я сама этого хотела, а капелька хмеля только добавила немного смелости. Но оглядываясь в прошлое, я осознавала, что мое влечение к этому нахальному парню началось гораздо раньше. Как-то незаметно я привязалась к нему гораздо сильнее, чем должна была.

Комар сел на щеку и начал пить кровь. Нервно влепив себе пощечину, я покончила с этим беспределом. Удар отрезвил ровно на столько, насколько это возможно в сложившейся ситуации. Главное делать вид, что ничего не произошло. Правда, совершенно не было представлений, как же это осуществлять, ведь от одного только воспоминания щеки начинали краснеть, а сердце трепетать в груди.

Сумерки уже окончательно опустились на местность, когда я поднялась с дерева. Наш костерок, горящий среди зарослей, являлся прекрасным ориентиром, так что я без проблем вернулась к лагерю. Король, Лекс и Эван приветственно взмахнули ложками, приглашая поужинать. А вот Дик устроился на лежаке, накрывшись с головой, и преспокойненько спал. Увидев эту картину, я чуть не задохнулась от возмущения. Я там, значит, терзалась, а этот зачинщик спать завалился!

Мысленно послав его по матушке и другим родственникам, я гордо протопала к костру, по пути принимая из рук Эвана тарелку с едой. Ела, почти не ощущая вкуса, машинально поднося ложку ко рту. Наблюдательный маг с ехидцей осведомился, куда я задевала «чудодейственный лопух». Я отмахнулась от него, мол, не нашла, и вызвалась нести караул — все равно этой ночью заснуть не смогу, так хоть польза какая будет. Мужчины долго меня не уговаривали, практически сразу же отправившись на боковую. Но предварительно Александр наложил защитный контур от нежелательных визитеров, мало ли.

Очень скоро возня стихла, и над лагерем начало разноситься мерное сопение, которое иногда смешивалось с лошадиным храпом. Почти сразу же Ричард откинул одеяло и повернулся, осматривая поляну. Значит, притворялся спящим. Столкнувшись с ним взглядом, я схватила палку и начала сосредоточенно ковыряться ей в углях, как бы намекая, что у меня есть более интересное занятие, чем разглядывание всяких там Форсов. Чем ближе он подходил, тем интереснее мне казались тлеющие угли. Дик сел с противоположной стороны костра и начал смотреть на пляшущие языки пламени, которые отражались в его глазах.

— Поговорим? — раздался тихий вопрос.

Я покрепче сжала палку, цепляясь за нее, как за последнюю надежду. Лекс что-то пробормотал во сне и перевернулся на другой бок. Глазами я показала Дику, чтобы он ушел с поляны. Правильно расценив мой взгляд, он поднялся и направился к кустам какой-то нетвердой походкой. Подождав, пока сомкнувшиеся за его спиной ветви перестанут качаться, я встала и сделала глубокий вдох, пытаясь собраться с мыслями. Кинув умоляющий взгляд в сторону лошадей, но так и не дождавшись от них поддержки, пошла туда, где недавно скрылся Форс.

Ричард терпеливо дожидался меня, прислонившись спиной к березе. Ночь размыла его очертания, так что разглядеть выражение лица не было никакой возможности. Я приняла зеркальную по отношению к нему позу, выбрав в качестве опоры молодую осинку. Мы опять погрузились в молчание, не решаясь начать разговор.

— Там, на озере… — сбивчиво начал Дик.

— Сделаем вид, что ничего не было, — перебила его я. Он хотел что-то возразить, но я жестом его остановила и продолжила тараторить, закатывая рукава рубашки, чтобы занять пальцы. — Это будет правильно. Сам посуди, не можем же мы шарахаться друг от друга, нам еще работать вместе. Так — заключаем пакт о неразглашении, и все довольны.

— А если не шарахаться, а наоборот? — повернул голову в мою сторону Форс. На какой-то момент мне показалось, что его глаза в темноте как-то сверкнули.

Я хрипло рассмеялась, до боли вгоняя ногти себе в ладони.

— Нет, Дик. Самое разумное объяснение произошедшего — солнечный удар, помутнение рассудка.

— Ты сама-то в это веришь? — иронично вопросил он.

Нет. Но лучше никому об этом не знать.

— Да, верю, — постаралась вложить в голос как можно больше твердости.

Дик дернулся, словно от пощечины. Кажется, слова сильно его задели, да мне самой они дались с невероятным трудом. Но так будет лучше для всех нас. Необходимо прямо сейчас расставить все точки, потому что потом я уже не уверена, что смогла бы так легко отказаться от всего. А этот момент рано или поздно бы наступил. Впервые я пожалела, что никогда не стану главой клана…

Шорох травы доложил о приближении ко мне Ричарда Форса на слишком опасное расстояние. Понимая, что ничем хорошим это не закончится, я дернулась было к костру, но Дик остановил меня, придерживая за запястье. Кожа под его пальцами мгновенно вспыхнула, и я, к своему стыду и позору, ничего не смогла поделать с этой реакцией.

— Не знаю, что ты там себе напридумывала, но открою тебе один секрет: женщина, даже если у нее случилось, как ты выразилась, помутнение рассудка, не целует мужчину так, — последнее слово он произнес с заметным нажимом.

Я опять почувствовала, что краснею. Зараза. Я не виновата, оно как-то само получилось…

— Если тебе сейчас проще думать, что солнце макушку напекло, я не стану переубеждать. В конце концов, нам будет над чем поразмышлять в ближайшее время. Но, скажи, Валерия, если бы не одно досадное обстоятельство, связанное с нашими семьями, твое отношение к этой ситуации было бы другим? — с каждой фразой Форс коварно подбирался все ближе и ближе ко мне, а после вопроса я и вовсе ощущала, что он стоит ко мне практически впритык.

— Я предпочитаю не опираться на эфемерное «если», — уверенно сказала я, по одному отгибая пальцы Дика.

— Ты не