Доктор-попаданка. Ненавистная жена дракона (СИ) - Адриана Вайс Страница 149

Король обводит нас всех долгим, оценивающим взглядом.

— Вы хорошо послужили Короне. А теперь — отдыхайте. Сегодня вы — виновники этого торжества.

С этими словами Король разворачивается и покидает зал. Напряжение лопается, как натянутая струна, и толпа взрывается подобострастными, восторженными аплодисментами.

Аристократы теперь смотрят на нас не с презрением, а с нескрываемым благоговением.

Джаред чуть сжимает мои пальцы, ободряюще глядя мне в глаза, и кивает в сторону колонн. Там, в стороне от лицемерной толпы, стоят те, кто стал для меня настоящей семьей в этом суровом мире.

Я делаю глубокий вдох и, отпустив его руку, подхожу к Ронану и Эйнару.

Когда я подхожу ближе, все заготовленные слова вдруг вылетают из головы.

В горле встает жесткий ком.

Я смотрю на суровое лицо Архилекаря и мой голос предательски дрожит.

— Ронан... — я сбиваюсь, комкая в пальцах сапфировый шелк своего платья. — Простите меня. Я должна была стать вашей правой рукой здесь, в столице. Мы могли бы сделать так много, но... я не могу остаться. Я выбрала быть с Джаредом. Я уезжаю на Север.

Я опускаю глаза, чувствуя укол вины. Жду упреков, жду, что он назовет меня предательницей профессии, променявшей скальпель на титул и мужчину.

Но реакция Ронана выбивает у меня почву из-под ног.

Потому что вместо всего этого, я слышу тихий смешок.

Вскидываю голову и замираю: Ронан, вечно мрачный, циничный и жесткий Архилекарь, искренне улыбается.

Для него это такая редкость, что я не могу поверить своим глазам.

В его взгляде нет ни капли злости или разочарования — только огромная, безмерная гордость.

— Я знал, что это случится, девочка, — его глубокий голос звучит необычайно мягко. — Ты просто не могла долго оставаться моей правой рукой, ведь ты давно меня переросла.

— Но это не так... — пытаюсь возразить я, но он поднимает руку, останавливая меня.

— Это так, Ольга. И так даже лучше. Долгое время я жил в гордыне, считая, что мои знания превосходят чьи-либо в этом мире. Моя работа превратилась в рутину. Я был одержим только только одной целью и совершенно не представлял что со мной будет если вдруг я ее добьюсь. Теперь же все иначе. Твое появление все изменило. Ты вернула мне азарт к жизни и настоящей медицине. Так что, в твоем лице я нашел не своего помощника, а кое кого намного более ценного. Своего коллегу и достойного соперника. Отныне, я сделаю все, что в моих силах, чтобы не остаться позади. Сделаю всё, чтобы Королевская Академия не уступала твоей. Жди моих писем... гецогиня.

С этими словами Ронан делает то, от чего зал вокруг нас снова затихает.

Он медленно отстегивает со своей тяжелой праздничной мантии массивный серебряный кадуцей — священный знак отличия Архилекаря.

Шагнув ко мне, он прикалывает его на лиф моего сапфирового платья.

Мои глаза наполняются горячими слезами.

— Я хочу, чтобы ты знала: двери моей лечебницы всегда открыты для тебя, — тихо, но твердо произносит он. — Что бы ни случилось.

Я не выдерживаю и порывисто обнимаю его, пряча лицо на плече Ронана. Он коротко, крепко похлопывает меня по спине.

Рядом раздается громкий, неловкий всхлип.

Эйнар.

Парень едва сдерживает слезы. Он нарушает весь дворцовый этикет и просто бросается ко мне, сгребая в неуклюжие, но такие искренние объятия.

— Спасибо тебе за всё, Ольга, — шепчет он, шмыгая носом. — Если бы не ты... Без тебя я бы, наверное, так и остался ни на что не годным, путающим зажимы трусом.

— Эйнар, посмотри на меня, — я мягко отстраняюсь и беру его лицо в свои ладони, стирая слезы с его щек. Мой голос звучит твердо и вдохновляюще. — Смелость — это не отсутствие страха. Смелость — это когда твои руки дрожат от ужаса, но ты всё равно идешь спасать чужую жизнь. У тебя сердце истинного лекаря. Ты никогда не был трусом, Эйнар. Ты станешь великим лекарем, я в это верю.

Он кивает, окончательно расплываясь в счастливой, заплаканной улыбке.

Я делаю шаг назад, окидывая их обоих полным благодарности взглядом.

В этот момент я чувствую, как за моей спиной возникает мощная, обжигающая аура Джареда.

Он кладет руку мне на талию, без слов давая понять: пора.

Джаред уводит меня подальше от чужих глаз, на широкий мраморный балкон дворца. В лицо мгновенно ударяет прохладный ночной воздух. Над спящей столицей раскинулось бескрайнее, бархатное небо, усыпанное мириадами мерцающих звезд.

Джаред подходит сзади и обнимает меня, укрывая от ночного ветра своим теплом. Его сильные руки собственнически скрещиваются на моем животе, а подбородок ложится мне на макушку.

— Ты готова править Севером, моя иномирянка? — его бархатный шепот, полный лукавства и безграничной нежности, обжигает мое ухо.

Я откидываю голову назад, ложась затылком на его широкое, надежное плечо.

Я чувствую спиной, как бьется его сердце.

Ровно. Спокойно.

Сердце мужчины, которого я вырвала из лап смерти и который в ответ подарил мне весь этот мир.

Я смотрю на ночное небо. Медленно поднимаю руку, тянусь к самой яркой звезде и символически сжимаю пальцы, словно хватая ее с небес и пряча в ладонь.

Боги…

Я до сих пор не могу поверить, что всё это — не сон.

Что эта сказка, начавшаяся как сущий кошмар, стала моей реальностью.

Я счастлива.

Настолько счастлива, что горло сводит от чувств, а на глаза наворачиваются горячие слезы.

— Я готова, Джаред, — шепчу я, поворачиваясь в его руках.

Его руки зарываются в мои волосы, разрушая сложную дворцовую прическу, и он впивается в мои губы.

Это долгий, страстный, жадный поцелуй.

Поцелуй хищника, который наконец-то забрал свое сокровище и больше ни с кем не намерен им делиться.

Он целует меня так, что у меня подкашиваются колени, а внизу живота стягивается тугой узел желания. От него пахнет морозным ветром, властью и обещанием таких ночей, от которых я буду терять рассудок.

Джаред нехотя отрывается от моих губ. Его грудь тяжело вздымается, а в золотых глазах полыхает темный, первобытный, собственнический огонь.

— Тогда прощайся со столицей, — хрипло, тяжело дыша, приказывает мой Дракон. — Наш экипаж уже ждет внизу. Я собираюсь увезти тебя домой прямо сейчас. Потому что я больше ни единой чертовой секунды не выдержу тебя в этом платье, зная,