Кровь в его жилах - Татьяна Лаас Страница 100

Из другой руки Светланы вырвалась тьма, быстро наматываясь на рукоять.

Светлана разделила свет на две шашки. Одну протянула потрясенному Калине:

— Алеша… Это тебе.

Кромешник замер. Он даже головой замотал, ничего не понимая, но мечи из тьмы исчезли в его ладонях. В конце концов он принял шашку, переделывая её в длинный двуручный меч, и тут же опробовал его, крутя восьмерку в воздухе. Тот шипел, рассекаемый светом и загорался, оставляя за собой сплошное колесо из огня.

— А вы не безнадежны.

Саша, ожидая свою шашку, подсказал:

— Алексей, змей свой в кромеже и, возможно, в пламени.

— Не дурак, понял уже, — Калина отошел вправо, напоминая: — я амбидекстра, так что левая сторона змея твоя, Сашка.

Светлана протянула шашку Саше. Для себя она тоже выбрала двуручный меч. Из-за света он не весил ничего.

Калина скептически осмотрел её обувь и сразу предупредил:

— Верхний хват и подпинывание меча вверх сабатоном не применяйте. Без ноги же останетесь.

Светлана сглотнула — фехтование осталось в далеком прошлом с Кошкой, и она его почти не помнила.

— Учту. А сейчас… Первым делом надо лишить змея крыльев — иначе улетит.

Калина терпеливо смотрел на звезды, старательно молча — кажется, перспектива брать змея живым его не воодушевляла. Змей как раз напомнил о себе основательным льдотрясением — Светлана покачнулась и упала бы, не удержи её крепкая рука Саши.

— Второе. Голову не рубить ни в коем случае.

Калина все еще молчал. Светлана под грохот льда напомнила то, что все знают из сказок:

— Тот, кто отрубит голову, сам будет две регенерировавшие отрубать. Алексей, это ясно?

— Отнюдь нет! — он странно посмотрел на Светлану: — мы его больше не берем живым?

Она призналась:

— Мы его и не собирались брать живым — я же не самоубийца! Голову не рубить — вырастет две. Под кровь не попадать — она ядовитая.

Может, это и не так, но лучше перестраховаться.

— Что-то еще? — уточнил Саша, чуть приседая в попытке удержаться и удержать Светлану — лед под ногами трещал, змей снова и снова бил головой в одну точку. Уходил на дно, разгонялся и снова бил. И не жаль голову — чугунная она у него, что ли?

— Я тоже иду в бой.

Калина вздохнул, кончиком меча тыкая в сторону Светланы:

— Зря я сказал, что вы не безнадежны.

— Алексей, я иду в бой — без меня вам не справиться: я не знаю, на каком расстоянии ваши клинки не распадутся светом. Только это меня и беспокоит.

Калина пробухтел:

— Оправдались! Ну, опаньки, встречаем змея!

Лед сдался под очередным ударом змея — Саша увлек Светлану за собой в кромеж: там, где они стояли, уже плескалась сизая вода Идольменя и весело скакали на волнах льдины.

— Удачи… — успела прошептал Светлана Саше, уже выскользнувшего из кромежа прямо на спину змею. Как раз возле крыла, где уже методично орудовал мечом Алексей.

Сама она выпала из кромежа в стороне от пытавшегося сбросить со своей спины мужчин змея, отбила стопы, чуть не потеряла контроль над мечом, но устояла.

Змей взмыл горячей свечой вверх, сбрасывая в кромеж мужчин.

— Умри! — проорала ему Светлана, когда он в мертвой петле рванул к ней.

Меч снова, как тогда утром на берегу, вошел в брюхо змея, распарывая его и обагряя Светлану жаром крови.

— Сгори на дне Идольменя! — прокричала она вслед исчезающему хвосту змея.

Ответа не было, только звезды безучастно сияли на небе.

Змей резко развернулся к Светлане, но на его пути возникли две фигуры в черном. Два ярких, светящихся ярче пламени змея клинка с двух сторон вошли в него, распарывая змея от шеи до хвоста. Тот хвостом ударил изо всех сил, снова отбрасывая Сашку в кромеж. Алешка сам ушел, тут же выныривая на спине змея и победно мечом срезая одно крыло. Змей упал, его закрутило на льду. Все зашлось паром, тут же инеем оседая на черной форме опричнины.

Треск и грохот стояли такие, что не было слышно ни слова, что орал Алеша. Может даже, это к лучшему — не дифирамбы же он пел змею. Явно ругался. Он не Саша, он холерой, несущейся над озером, не ограничивался.

Светлана кромежем рванула к змею, возникая прямо перед ним — меч вошел под нижнюю челюсть пытавшейся уйти привычно в воздух чешуйчатой твари.

Саша из кромежа рванул Светлану в сторону, сам возникая на голове твари и заходясь огнем. Его шашка в запале боя рубанула змея по шее, к счастью, не перерубая её. Алексей скинул в воду горящего Сашу, тут же возникшего перед Светланой — вода ручьями лилась с него.

— Жив! — отчитался он и снова исчез в кромеже.

Лед трещал. Змей метался, пытаясь уйти от двух черных мелькающих то в Яви, то в кромеже фигур. Он то пытался взлететь на одном крыле, то уходил под воду, то возникал из пара и инея, обдавая жаром.

Светлана уже сорвала голос, крича ему. Она понеслась ему навстречу, занося над собой меч в верхнем хвате:

— Да сдохни же тварь, сколько уже можно!!!

Тварь обиделась. Змеиная морда сморщилась, показывая загнутые клыки и длинный раздвоенный язык.

Саша кромежем вскочил змею на спину, аккурат сразу за пастью, и что есть силы вогнал клинок в основание черепа.

— Умри! — проорала Светлана.

И змей умер.

Он обмяк под Сашей, скидывая его с себя, пузом проскользил по льду до Светланы и замер перед ней. Точнее замер перед Калиной, который возник из кромежа, закрывая её собой.

— Елизавета… Павловна… А раньше так рявкнуть нельзя было? — пробормотал он, вытирая с лица кровь. Змеиную.

Светлана еле выдавила из себя, без сил опускаясь на лед — ноги не держали её:

— Я кричала… Он не слушался…

Калина подал ей руку и поднял со льда, прижимая к себе:

— Надо было громче кричать…

Саша возник рядом:

— Вот сам бы и кричал.

— Так он меня не слушался! — съехидничал Калина. — Он только Елизавету-свет Павловну испугался…

Лед под змеем шипел и таял, заставляя отступать назад. Саша развеял свет шашки и подставил плечо Светлане, кромежем утаскивая её на промерзшую до дна отмель.

Калина не отстал от них. Он смотрел, как медленно погружался в тающий лед продолжавший пылать змей:

— И как