Эффект дикого зверя - Лэйн Аконит

Лэйн Аконит

Приглашение

Сердце не утихает, бьется в бешеном ритме. Пульс равен отметке на спидометре, куда указывает стрелка. Хлесткий ветер подгоняет в спину, придавая ещё большей скорости — они были союзниками, были на равных. Никто не мог опередить их.

Знакомое ощущение адреналина пробирает до костей. Словно морская волна сшибает с ног, но вместе с тем смывает все плохое, лишнее. Навязчивые, непрошенные мысли покидают голову и все, что волнует, вдруг, перестает существовать. Остается лишь момент.

Во рту ощущается острый, чистый вкус, что покалывает самый кончик языка. Стоит попробовать один раз и уже никогда не сможешь забыть.

Ада помнит этот момент, как сейчас, словно, он никогда и не заканчивался.

Скорость, скрежет шин по гравию, рев мотора, последний рывок и линия финиша, а затем ликующая толпа и новая порция адреналина, пронизывающего с головы до пяток. Она — победила.

Слезает с байка. Знакомые улыбающиеся лица обступают ее, хлопают по плечу, поздравляют. Ада снимает шлем и вдыхает полной грудью, чувствуя лёгкими резкий ночной воздух. Тело все ещё потряхивает, а ноги слегка дрожат, сердце постепенно успокаивается, замедляя пульс, но эйфория уже разливается по телу, одурманивая разум. Девушка счастливо улыбается.

Но сейчас это лишь воспоминания, что бесконечно прокручиваются в её голове; миг, в котором она застряла, из которого не может и не хочет выбраться.

Часть её была потеряна, оставлена в прошлом. Ада пытается жить спокойной, обычной жизнью, но её сердце полнится пустотой. Скука тяжёлым камнем давит на грудь. А от успокоительных, что прописал врач, она не чувствует ничего того, что заставляет других, чувствовать себя живыми.

Мозгоправ говорит, что она молодец и должна продолжать в том же духе. Только, он ещё не знает, что совсем недавно, когда стало слишком тошно, она чуть вновь не села на байк и не поехала на трассу, на которой раньше гоняла. Он не станет ругать свою пациентку, а лишь скажет что — то в духе "срывы — часть процесса восстановления, а не его провал", но от этого ей легче не будет.

Мотогонки были любимым увлечением Ады из прошлого, но, разумеется, не единственным. Все началось с дружбы двух незадачливых подростков, проживающих в неприметном городке в месте с незатейливым названием «Детский дом № 5».

Его звали Дима. Мальчик с грозным лицом, резким языком, но добрым сердцем. Он стал ангелом для одинокой девочки в этом холодном, сыром, неприветливом месте.

Взрослые относились к Диме с пренебрежением и раздражением за его вздорный нрав. Он всегда был центром всех неприятностей, никогда не мог усидеть на месте и устраивал проблемы. Энергия в нем лилась через край, и он как тайфун сметал все на своём пути.

Ада слышала как воспитательницы говорили о каком — то синдроме, связанном с гиперактивностью. Диме даже прописали какие — то таблетки, но он никогда не принимал их.

Ей было плевать на все это. Он понимал без слов, оберегал, стал первым, кто смог рассмешить после смерти родителей Ады. Она полюбила его, как родного брата, которого никогда не было. Хотела быть похожей — такой же смелой и сильной. Подражала ему.

Дима всегда находил какие — то сомнительные, но весёлые развлечения.

В первый раз, они пробрались в комнату воспитательниц и стащили оттуда блестящий камушек. Ребятам было весьма забавно, пока их не раскрыли и не наказали, но даже тогда они не прекратили хихикать.

После, они начали тайком выбираться из дома по ночам и красть вещи куда существеннее, а потом продавать. Ада не понимала, откуда Дима находил покупателей, но ее это не особо волновало. У них были собственные деньги, которые можно было тратить на всякие безделушки, вкусности или полезные вещи.

В шестнадцать лет ребята посчитали себя ниндзя и занялись паркуром до первой сломанной руки.

В семнадцать— украли мотоцикл одного недотепы и попробовали прокатиться. Стоит ли говорить, что далеко они не уехали?

После совершеннолетия Дима и Ада счастливо помахали рукой "родному" дому и зажили настоящей жизнью. Учёба в университете никак не омрачала насыщенную студенческую жизнь. Постоянные поиски приключений не прекращались ни на секунду. Они успели попробовать все: азартные игры, прыжки с парашютом, езду на горных велосипедах, серфинг, но в один момент вновь вернулись к мотоциклу.

Это стало их жизнью, их смыслом и со временем друзья влились во всю мото — тусовку и узнали о гонках.

В двадцать — они стали одними из лучших, заработали первые приличные деньги со ставок, познакомились с влиятельными людьми и бросили универ. Счастью не было предела. Они жили так, как всегда мечтали. Свободные от забот в непрерывном потоке жизни.

В двадцать один Дима умер на очередном заезде. Неисправность двигателя. Ада не могла поверить в это. Несмотря на то, что их увлечение было сопряжено с опасностью, они никогда не слушали тех, кто говорил, что все это закончится могилой. Пока не случилось с тобой — этого не существует.

Девушка решила завязать ради лучшего друга. Ей казалось, что он бы хотел именно этого. Хотел, чтобы она не погубила себя. А может, ее мозг навязал эту мысль, чтобы появилась цель, чтобы она не отправилась вслед за другом, а жила. Жила ради него.

Она не говорила ничего, да и Дима не успел бы взять с нее клятву — он умер мгновенно, но Ада чувствовала, что если вернется ко всему, вновь сядет на байк, то предаст его.

У неё развилось непроходимое чувство тревоги, застывшее в горле склизским, грязным комом. Ада обратилась к психиатру, он прописал таблетки и отправил на терапию к психотерапевту для работы с тревожным расстройством и адреналиновой зависимостью. Она сняла небольшую, но комфортную студию и восстановилась в университете. Так началось ее исправление.

* * *

— Ада. Ада! — кто — то непрерывно выкрикивает имя девушки, постепенно повышая уровень громкости и раздражения. Перед лицом маячит чья — то маленькая ручка с красными ноготками. Ада нехотя снимает наушники, переключая внимание на говорящую.

— Что? — смотрит вопросительно на стоящую напротив высокую сероглазую блондинку. Одногруппница с потока — Влада.

— Оглохнешь. — подмечает она, указывая пальчиком на чёрные наушники из которых долбит музыка.

Ада безразлично пожимает плечами и молчит. Понимая, что она не собирается больше ничего отвечать, Влада продолжает.

— Меня попросили передать тебе. — она выуживает из маленькой сумочки запечатанный чёрный конверт, украшенный белыми пятнами и линиями. Ада с интересом принимает