Долг клана - Алексей Викторович Широков Страница 9

— Нормально, — покачала головой девушка, напряжённо вглядывающаяся в расшумевшихся князей. — Такое уже бывало. Восемьсот лет назад и четыреста. Тогда тоже было объявлено военное положение и выборы не проводились. К тому же на смену династии сейчас никто не пойдёт, а другого выбора не будет, если они тётю не примут. Дмитрий, чтобы его Уроборос сожрал, всех потрепал, и пусть те же Юшкины пострадали куда меньше, чем Морозовы, потери они всё равно понесли. К тому же гвардия за Ольгу…

— Да чего тут думать, права Княжна!!! — рубанул рукой по воздуху один из генералов. — Мы не справляемся! Духи лезут словно начался «Большой жор», а кланы словно забыли о своих обязанностях!!! Вот ты, Максим Потапыч, на трон метишь, а за последний месяц Юшкины ни разу на дежурство не вышли!!! Ни одной миссии не взяли!!!

— Мы на военном положении были!!! — подскочил с места уязвлённый за мягкое князь Юшкиных. — Сами еле отбивались…

— Значит и престол Московский не для тебя! — резюмировал Верховный Жрец, подтверждая мою догадку о том, что эта сцена была тщательно срежисирована. — То же скажу про Зверевых. Коли с трудом себя оберечь можете, не дело на трон лезть.

— Мы и не претендовали, — тут же съехал с темы Зверев. — Я лишь хотел, чтобы власть досталась достойнейшей.

— Вот она и досталась. — сказано это было скорее грустно, чем зло. Глава клана Огнёвых, прямая наследница самого Еремея Пожарского, сгинула ещё в том достопамятном заседании, когда Дмитрий захватил власть. То ли попала под шальной удар, то ли кто специально прирезал, сейчас уже концов было не найти, но чародеи такой силы просто так не умирают, так что лично я склонялся ко второй версии. Причём грешил на Юшкина, ему сильная конкурентка была как кость в горле, а вот Ольгу Васильевну с сумасшедшим Дмитрием он за особую преграду не считал. — Но красиво, ничего не скажешь. Сразу двух конкурентов вышибли одним махом.

— Это я придумала! — не смогла не похвастать Катерина. — Как канцелярские крысы к тёте на поклон притащились я их в оборот и взяла. Подняли список взятых миссий, а там такой сюрприз. У меня сразу созрел план, а тётя его одобрила. Правда я не собиралась привлекать Верховного жреца, но так даже лучше вышло.

— Не буду спорит, — я кивнул, не отрывая взгляда от главы Морозовых. — Слушай, тебе не кажется, что дядя Дашки какой-то странный.

— Кроме того, что он полный псих? — подняла бровь девушка. — Да нет, вроде не кажется. Но я его плохо знаю. А что с ним не так?

А я и сам не мог сказать, что именно не так. Просто Игнис почему-то подсветил фигуру главы Морозовых, как и ещё нескольких человек в зале. Причём чародеев среди них почти не было, трое морозовцев и ещё пара кого я не знал. Медведевы вроде, и кто-то из совсем мелкого клана. Больше всего помечено было слуг, незаметными тенями шнырявших между рядов обслуживая глав кланов и их приближённых. Но при этом ни чародеи, ни простецы не выказывали никакой угрозы, ну если не брать во внимание истерику Морозова. И среди клановых никто за горло не хватался, хотя вся пища и напитки тщательно проверялись перед подачей. Короче я так и не понял, чего Игнис возбудился, а сам он пояснять свои действия не спешил, ограничившись короткой строчкой: «Фиксируется активность маркеров КЩ-13». И понимай, как знаешь.

— Итак, я жду! Каково будет решение Совета⁈ — не дала мне ответить Ольга Васильевна, решившая дожать князей. — Я слушаю, господа!

— Не будем превращать собрание в фарс. — с места тяжело поднялся Громов. После смерти Хельги он заметно постарел, но во взгляде по-прежнему ощущалась сила. — Кто против, может прямо сейчас покинуть Сенаториум. Даю им три минуты. Все оставшиеся прямо здесь и сейчас присягнут новой Княжне. Тяжёлые времена требуют тяжёлых решений, но самое главное, они требуют единства. И я лично готов сегодня пожертвовать частью своих свобод, чтобы другие поколения московских чародеев смогли жить. Кто не готов — советую уходить, потому что я за будущее своих детей буду драться, не щадя живота.

Я выглядел расслабленно, но на самом деле именно сейчас был максимально напряжён, выбрав цель и готовясь атаковать при малейшем признаке опасности. Понятное дело, что выступление Громова было согласовано и точно так же, как я остальные члены нашей коалиции были готовы вступить в бой. Один раз мы уже упустили момент, больше не хотелось, тем более что именно сейчас, в этот самый момент решалась наша судьба. Пан или пропал. Объединимся мы или полис погрязнет в пучине гражданской войны. Понятное дело, что и клановые дружины и гвардия и остатки «Семицветья», прибежавшие к Ольге Васильевне каяться и проситься на службу тоже были готовы атаковать небоскрёбы ренегатов. В частности, вокруг морозовского и юшкиных было стянуто кольцо бойцов.

В этом изрядно помогли Жорины, не простившие бывшим союзникам наглое ограбление своих складов. Сейчас глава их клана демонстративно уселся подальше от Морозова, вызвав волну пересудов, но на фоне остальных событий ссора старых союзников не выглядела такой уж необычной. Последние месяцы распадались и не такие союзы, бывшие кровные братья вцеплялись друг другу в горло, друзья предавали, гильдии распадались, а кланы теряли статус. Так что изменение в окружении Морозова отметили, но не более. А зря. Жорин был настроен очень серьёзно, весь бизнес его клана был построен на продаже нужной полису химии и наглое ограбление изрядно ударило по карману Жориных.

Пауза затянулась. Князья переглядывались, не решаясь ни поддержать Громова, ни выйти, как он советовал, но перед тем, как задержка стала совсем неприличной на ноги поднялся глава Великого клана Шустовых. Во время борьбы за власть он оставался в стороне, не примкнув ни к Дмитрию, ни к Ольге Васильевне, став, по сути, центром консолидации всех, кто остался нейтральным. Сам по себе клан Шустовых был весьма силён, как чародеями, так и экономически. Водники с весьма интересным эго, позволяющим менять химический состав жидкостей, они были страшными противниками, превращая кровь врагов в чистый алкоголь. И не надо смеяться. Это только кажется весело, по факту же достаточно совсем