Резчик 1 - 6 - Павел Александрович Шек Страница 80

— Выпьешь? — спросил он, демонстрируя пузатую бутылку с гранатового цвета напитком внутри. — Ягодная настойка. Сам делаю.

— С удовольствием, — я протянул руку за небольшим стаканом, вырезанным из кости. Первый раз видел такие, с орнаментом по всей поверхности. Настойка по крепости ничуть не уступала самому злому самогону и была сладкой, аж скулы сводило. Зато сразу по телу разлилось тепло.

Выпили, помолчали. Затем выпили еще по одной.

— Бристл говорила, ты единственный наследник? — спросил он, разливая по третьей.

— Единственный. Насчет сводных братьев и сестер не знаю, отец на эту тему никогда не говорил.

— Это плохо, — задумчиво ответил он. Постучал пальцами по столу, опрокинул еще одну стопку. — Не отпустит ведь тебя отец. Сам бы не отпустил наследника. А раз так, что зря думать. Бери в свой род. Но первый родившийся мальчик мой!

— Минуту. Мне кажется, мы где-то упустили часть разговора, — я сделал жест руками, как бы отгораживая две части. — Между: — «пить будешь» и «первый мальчик мой».

— Хм? — он вопросительно посмотрел на меня, затем его взгляд стал суровым и даже немного кровожадным. — Говори правду, обесчестил мою дочь!?

— Вот тут вообще не понятно, — спокойно ответил я, чувствуя, что нить разговора ускользает.

Настойка как-то быстро ударила в голову и мысли в голове пустились в пляс, заводя хоровод. Представив себе, как вообще можно пристать к оборотню и остаться при этом живым, я рассмеялся, пару раз при этом хрюкнув. Герцог не выдержал, расплылся в улыбке, и мы с ним пару минуту смеялись. Я над невысказанной шуткой, он, точно не скажу, но мне показалось, вполне искренне.

— Ты мне сразу понравился, — сказал он. — Но первый родившийся наследник все равно войдет в мой род. Не обсуждается. Двадцать лет назад император пожаловал мне дом, в трех кварталах от дворца. Как только поженитесь с Бристл, он ваш.

— Не пойму, когда успел попросить ее руки…

— Берси, у меня восемь дочерей. Восемь! Пока я буду ждать смельчака, решившегося просить руки моей дочери, седым старцем стану. Беззубым. Как мне наследника воспитывать? Ты мне скажи, — он разлил еще по одной и мы выпили. — И каждая с характером! Агнешка одна спокойная и то умудрилась слабохарактерного тюфяка найти где-то. Да знаю я, знаю, не смотри так. Бристл сказала, что и Александра тебе симпатична. Она моя гордость. В нашем роду способные к магии рождаются раз в пятьдесят лет… Вот как окончит академию, поженитесь. Но не раньше!

Не думал, что наш разговор пойдет в таком русле. Интересно, что будет, если они узнают, что я липовый барон. Герцог, наверное, в волка превратится и лично мне голову откусит. Если до этого момента мне асверы ее не открутят.

— Думаю, отец не одобрит моего решения жениться до того, как я окончу обучение.

— Ерунда! — возразил он и решительно налил еще по одной. — Я с ним лично поговорю. Как отцы мы обязательно поймем друг друга. Тем более Бристл в нужном возрасте, чтобы родить здорового мальчика. Хватит ей по армейским лагерям хвост морозить. Как только разгребу весь тот сра… кхм, бардак, который тут устроили, сразу на юг и отправлюсь.

— Лучше не надо. Я отцу письмо напишу, и он сам приедет. Все, я больше не пью, у меня завтра… важное мероприятие… Ой ё… я же подарок не купил… другу на свадьбу.

— Отправлю кого-нибудь, — он встал, повел плечами. — Завтра будет долгий день.

В дверь кто-то гулко постучал.

— Север, заходи, — сказал герцог.

Я немного удивился, увидев его широкоплечую фигуру здесь. Он едва в проем двери вошел.

— Ага, барон Хок, — обрадовался он, заметив меня. — И ты здесь. Вы что, настойку пили? Без меня!? Даниэль, я от тебя такого не ожидал.

— Тут еще много. Но, с нашего молодого друга уже хватит. Берси, ты как, сам идти сможешь? Видимо нет. Север, там Паула недалеко, позови ее.

Я запоздало перевел взгляд на герцога. «Демоны, зачем я так напился? Что за штуку мы пили?». В кабинете появилась незнакомая женщина в жестком теплом платье с белым передничком. Она помогла мне встать, поддерживая под локоть, и вывела в коридор. Потом мы, вроде, шли по коридору и больше я ничего не помню.

* * *

Кто-то сильно потряс меня за плечи. С трудом разлепив один глаз, я посмотрел на Александру.

— Берси, вставай, — ее голос колоколом раздался в голове. Я с силой зажмурился, пытаясь избавиться от болезненного ощущения.

— Не кричи, пожалуйста, а то у меня голова сейчас лопнет, — едва ворочая языком, сказал я.

— Вы что, пили с отцом? — она всплеснула руками.

— Вполне в духе Даниэля, — голос Грэсии. — Что они пили?

— Настойку на ягодах, — голос Александры.

— Берси, скажи нам, сколько ты выпил? — в голосе Грэсии появилась насмешка.

— Пять стопок, наверное, — я снова разлепил один глаз. И Александра и Грэсия обе были одеты в теплые зеленые мантии целителей. Алекс выглядела недовольной, Грэсия чуть заметно улыбалась.

— Ну, тогда он сегодня с нами, — выдала заключение госпожа Диас. — Берси, эту дрянь пьют только оборотни, ну и один любитель, — она произнесла это слово с насмешкой, — который сейчас дрыхнет как убитый. Тем, у кого метаболизм не такой быстрый, как у них, настойку пить не рекомендуется. Тем более с твоей массой тела.

Она подошла, взяла мою руку, произнося какое-то заклинание. Головокружение усилилось тошнотой.

— Алекс, я видела, что ваши квас с утра лакали, неси который не сильно перебродил. А ты, вставай, к тебе гости пожаловали. Пока они с оборотнями не сцепились, надо с ними вопрос решить.

Встать у меня получилось, одеться не очень. Пока не появилась Александра с большим кувшином кваса. В голове сразу прояснилось, но неприятные ощущения полностью не исчезли.

Гостей, о которых говорила госпожа Диас, разместили в небольшом доме позади поместья. Присматривать за ним поставили с десяток военных, вооруженных тяжелыми арбалетами. Под навесом у входа заметил Бристл. Она о чем-то разговаривала с помощником, показывая ему в сторону забора.

— Берси, что за вид? — вместо приветствия, спросила она. Сморщила носик. — Ты что, перепил вчера?

— Немного, — поежился я. — Мне кажется или сегодня холодней, чем вчера?

— Холодней. Зато снег перестал, — она ухватила меня за ворот камзола, потянула на себя и чмокнула в щеку. Стоявший позади военный от удивления уронил челюсть на пол, едва не выронив арбалет.

— Кто там? — я кивнул на дверь.

— Бешеные, — отозвалась она. — Мы с ними иногда работаем. Когда другого выхода нет.

— А