Курсант - Василий Горъ Страница 78

— Новая вводная, мой господин — через четверть часа мы должны быть в гараже готовыми выдвинуться в Академию!

— Не хочу ехать в Академию… — признался я и чуть не потерял голову от желания — вспыхнув, как пересушенная береста, девушка вжалась в меня всем телом, «помогла» смять левой ладонью свою грудь, а правую потянула вниз и хрипло прошептала:

— Успеем…

— Я хочу не быстрой разрядки, а долгого и нежного удовольствия… — с трудом удержавшись на самом краю срыва в чувственное безумие, признался я, торопливо сдвинул фокус внимания на «петли» и попросил приложить меня обновлением.

Валя аж содрогнулась от предвкушения, взбодрила заклинанием сначала меня, а потом себя, провернулась в моих объятьях, почти невесомо поцеловала в губы, провокационно шепнула, что уже вся мокрая, и, раздеваясь на бегу, рванула к душевой кабинке.

Умывался я ледяной водой, ибо зеркало во всю стену позволяло видеть не только себя, но и невероятно аппетитную фигурку в прозрачном «стакане» из каленого стекла.

Закончив с гигиеническими процедурами, ушел одеваться, в кои-то веки решив не дожидаться Слугу. А для того, чтобы гарантированно остыть, влез в Сеть, зашел на страничку пресс-службы Министерства Обороны и включил голосовое воспроизведение последних сводок с фронтов. И ведь действительно остыл, узнав, что в три ночи по времени Великого Новгорода экспедиционный корпус Империи Солнца, с семнадцатого числа воевавший в окружении, удалось деблокировать одновременным ударом еще одной сухопутной армии ИС, трех российских и четырех японских воздушно-десантных дивизий!

Эта новость радовала все оставшееся время пребывания в номере и по дороге в лифтовый холл. А там «выплеснулась» на Эиру, Наоки, Ику и Аямэ:

— О том, что мы разнесли «котел» в САШ, слышали⁈

— Конечно! — хором проворковали Онна-бугэйся и Медовая Змеюка, а их телохранительницы ограничились утвердительными кивками.

— А о том, что наши, объединив силы, начали драть местных и в хвост, и в гриву? — полюбопытствовала Незаменимая.

— Мы зашли в Сеть с четырех утра и просмотрели столько репортажей, что нет слов! — весело сообщила японочка.

— У-у-у… — протянул я, сообразив, что девчата знают куда больше нас. И, вломившись в подъехавшую кабинку следом за ними, потребовал делиться самым интересным.

— Расскажем. По дороге в Академию. Наверное… — пообещала уроженка Империи Солнца. А Наоки добавила:

— Если старшие не загрузят нас чем-нибудь более важным. Кстати, вы не в курсе, почему мы так торопимся?

Я отрицательно помотал головой. А минуты через полторы, оказавшись в гараже, отправился это выяснять. К матушке и Суккубе, обнаружившимся возле «Егеря». Пока шел к этой парочке, заметил, что родительница слегка морщится, вспомнил, как она провела вечер, и не на шутку разозлился. Вот и начал разговор не с приветствия, а с намека, понятного только нам:

— Ну, и как оно самое? Стоило потраченного времени?

Раиса Александровна недоуменно нахмурилась, затем заметила, что ее лепшая подруга виновато опустила взгляд и покраснела, сделала правильные выводы и тактично «нашла себе дело» — ушла «строить» Кнута с Инеем. Ну, а я невольно провалился в прошлое — в утро, начавшееся с головной боли из-за сильнейшего похмелья и вопроса: «Сынок, скажи, я вчера держалась в рамках, или как?»

В этот раз расспрашивать меня о своих «подвигах» матушка не стала — куснула себя за нижнюю губу, немного поколебалась, с хрустом сжала кулаки и решительно поймала мой взгляд:

— Ты был прав — мне действительно выключает тормоза с одного бокала вина. Поэтому я больше не выпью ни капли спиртного. Клянусь Даром!

— Что ж, тогда. Я. Тебя. Услышал… — отрывисто процедил я, не сразу, но справился с очередной волной бешенства и выдавил из себя еще одну фразу: — И кому мне теперь рвать глотки?

Отставная «Валькирия» покраснела еще гуще, зачем-то убрала руки за спину и виновато вздохнула:

— В этот раз все обошлось…

— Светлана Романовна, я знаю вас, как облупленную!!! — еле слышно, но гневно напомнил я и, наконец, добился правды:

— Я действительно не успела разойтись. Благодаря Рае. Но сдуру обаяла и Светлова, и Гаранина. И… не успела сообщить, что просто развлекаюсь. Так что они, вероятнее всего, приняли этот цирк за чистую монету…

Я закатил глаза и мысленно застонал — включив обаяние и харизму на полную катушку «ради смеха», она наверняка свела с ума обоих мужиков, и без того дышавших к ней не очень ровно. А значит, до начала сразу двух кампаний по завоеванию Ясного Солнышка Рарогов остались считанные часы!

— Эх, отшлепать бы тебя, тетушка, как следует, да поставить в угол эдак на неделю… — в сердцах выдохнул я.

— В Академию их не запустят! — опустив взгляд, пробормотала она, тем самым, невольно выдав причину изменения планов на это утро.

Я снова закатил глаза к потолку и развеял ее иллюзии:

— Их, как раз, запустят — они пользуются у руководства очень большим уважением! Так что будут путаться под ногами с утра до вечера и, извиняюсь за выражение, похерят весь тренировочный процесс!!! В общем, эту проблему надо решать. И не «когда-нибудь», а сразу. А то закончится… как в те разы.

Не знаю, кого вспомнила матушка, покрасневшая еще гуще, а у меня перед глазами появилось лицо троюродного брата «батюшки», павшего перед убийственным обаянием и умопомрачительной красотой Ясного Солнышка Рарогов, отказавшегося верить в абсолютно искреннее утверждение «Я просто развлекалась…», два с лишним месяца изыскивавшего способы остаться со «Снежаной Ярославовной» наедине, признававшегося ей в любви чуть ли не через день и, в конечном итоге, вызвавшего Ольгерда Челомеевича на дуэль по крайним правилам! К сожалению, помять напомнила и о значительно менее приятном эпизоде прошлого — избиение двадцатитрехлетнего Николая Рарога, имевшего наглость назвать матушку распутной девкой, не ожидавшего атаки сразу двух ее мелких защитников и не спалившего меня живьем только из-за того, что испугался навредить Славке. Слава богу, в той жизни я обретался считанные мгновения. А потом «Светлана Романовна» прервала молчание и дала еще одно обещание:

— Я с ними созвонюсь. Сегодня. Извинюсь за то, что ввела в заблуждение своей мнимой свободой, и поклянусь Даром, что безумно люблю мужчину по имени Михаил, так что вчера просто дурила от недостатка его внимания.

Свое настоящее имя я вспомнил только после того, как в глазах «безумно влюбленной»