Михаил Каштанов - Союз нерушимый... Страница 78

— А если тебе чего не хватает, то пиши мне телегу.

— Какую телегу, товарищ командир?!

— Отставить. Рапорт пиши, чудо радиотехническое. Поломай голову и напиши, что тебе нужно, чтобы каждый боец на связи был и не таскал с собой при этом по полпуда железа.

— Не думаю, что это возможно на настоящий момент, товарищ командир.

— Ну, вот откуда Вы только взялись на мою голову, такие 'неуверенные'? Как в свободном поиске, так чёрта лысого изобретут. А как по конкретному заданию, так сразу 'не думаю'. А ты подумай, подумай. И снова подумай. Смотри; — Слащёв ткнул в открытый кожух новой радиостанции; — Это что?

— Микроминиатюрная радиолампа модели...

— Да не надо мне про модель, я в радио, сам понимаю, не сильно копенгаген. Лучше скажи — можно её еще больше 'микроминиатюрить'? И если нельзя или еще что, то придумай, как вес и габариты уменьшить. Схему какую-нибудь сочини, не мне тебя учить. А то, что сделать ничего нельзя — не верю. Хоть убей меня, не верю, что Термен ничего не придумает.

И Термен таки придумал. Незадолго до выхода отряда на это задание, он показал Слащёву рацию размером с кирпич. Весил этот 'кирпич' почти три килограмма. Не мало, но и не почти десять, как РСД — 38, которую таскал на себе радист. Ещё Термен заявил, что его решение нашло понимание среди других специалистов и его пригласили с докладом в Институт радио, 'который в Нижнем, товарищ командир'.

Процедура встречи прошла неспешно и рутинно: остановились, осмотрелись, опознались с десантниками, которые входили в охрану советского посольства и в данный момент охраняли место встречи, подъехали. Была еще и охрана с турецкой стороны. Как точно называлась эта служба у турок, Слащёв не знал, поэтому просто обозвал их янычарами. Вышли, встретили полномочного представителя Советского Союза Ревзина и военного атташе Батова. Вместе с ними прошли в небольшой дом, где их встретил генерал Чакмак. Пока шли, Слащёв раздумывал над тем, зачем и почему один из выдающихся командармов 'его' времени оказался в роли военного атташе в Турции. 'Ой, неспроста такие назначения, неспроста. Батов — мужик с головой и уже в немалом чине — комкор, значит, успел проявить себя. А с чего бы боевой, грамотный командир оказался на чиновничьей должности? Выходит, прав я на все сто, что наши мудрые вожди большую подлянку англосаксам замыслили. Отхлебнут дерьмеца, сучье племя! 'Вкусят плоды трудов своих', так, кажется, в писании. И это правильно, так только справедливо будет. А то гадят и гадят по всему свету. Пусть теперь сами своё блюдо на вкус попробуют'. И ещё больше он утвердился в своём мнении, узнав из разговора, на котором он присутствовал, когда генерал Чакмак вводил в курс дела Инёню, что Советский Союз и Германия не признали 'новое' турецкое правительство и эвакуировали свои посольства из Анкары. Зато практически одновременно признали законным правительство в изгнании, и перевели свои посольства в Стамбул, поскольку он находился на территории, контролируемой правительственными войсками. Следом за Германией и Союзом тот же фортель выкинула Италия. Такие вот прозрачные намёки. Слащёв только не очень понял, затем тогда нужен переезд 'изгнанного' правительства на Кипр. Но потом, по здравому рассуждению, признал, что смысл есть. Во-первых — Кипр однозначно станет полностью турецким. А что такое Кипр? Это ключ к Дарданеллам, проходу в наше Чёрное море. И, соответственно, спокойный выход из него. И к чёрту тогда все эти вашингтонские, или какие там соглашения! Во-вторых. Вздумай англичане учудить что-нибудь с высадкой на Кипр, им придётся ползти к нему под вполне 'дружеским' взглядом итальянского флота и наших баз на турецких берегах, оставшихся под контролем верных 'изгнанному' правительству войск. Да, когда ты понимаешь, что твоей страной, твоей Родиной, руководят умные и понимающие её интересы люди, то чувство гордости за свою страну возникает само собой. И это чувство заставляет тебя самого не быть жрущим потребителем 'благ жизни', но стремиться к победам и свершениям, чтобы не уронить честь Родины. Такая вот простейшая жизненная арифметика, которую, увы, не дано было понять современным Малышу 'властителям России'. Но, как бы там ни было, сегодня, сейчас он гордился тем, что является гражданином Советского Союза и сделает всё, что в его силах, чтобы стратегические замыслы его вождей стали реальностью.

После того, как Слащёв тактично, но твёрдо отказался от приглашения Чакмак — Паши сопроводить Инёню в штаб, в чём его, к удивлению Слащёва, поддержал сам Инёню, его пригласил для разговора Батов. Они прошли в расположение десантников, где атташе для начала коротко расспросил Слащева о ходе дела:

— Как прошла операция?

— Как было запланировано, товарищ комкор. Без накладок.

— Значит, научились просчитывать действия англичан, товарищ капитан?

— Это не так трудно, на самом деле. Если противник твёрдо уверен в своём превосходстве и не допускает мысли о том, что кто-то может оказаться умнее, чем он, то предсказать его реакцию на то или иное действие не трудно. Нужно только внимательно прочитать его уставы и наставления. Англичане упорны, в этом им не откажешь, но импровизировать по ходу дела не могут. И в первую очередь потому, что на полном серьёзе считают себя самыми умными. В военном деле в том числе. До сих пор им приходилось воевать только с дикими племенами. Или с теми, кого они считали дикими. А дикарям, что для англичан очевидно, понятие тактики не знакомо — всегда прут толпой прямо на пушки. Даже восстание сипаев их ничему не научило, даже буры. Хотя, уж буров-то к дикарям никак не отнести. Я про тактику, товарищ комкор, а не про общее поведение. И тех и других англичане задавили техническим превосходством, организацией, а не тактикой. И поэтому продолжают считать себя непревзойдёнными мастерами в военном деле. Пусть считают, нам же легче будет им мозги вправлять.

— А Вы планируете вправить англичанам мозги?

— Никак нет, товарищ комкор. Это я образно. В том смысле, что нам легче будет их к общему знаменателю привести.

— И какой он, по-вашему, будет?

— Ноль, товарищ комкор. Лично я на меньшее не согласен. Нам еще за Архангельск и Мурманск расплатиться надо.

— Отрадно слышать, товарищ капитан. И ещё более отрадно видеть готовность и способность это воплотить. У Вас ведь, насколько я в курсе, это не первое дело?

— Так точно, товарищ комкор. Не первое.

— Хм. Как я понимаю, продолжения не будет? Молодец, капитан! Дуй в том же духе. Значит, пакет я тебе передаю со спокойной совестью. Это распоряжения о твоих дальнейших действиях, принято вчера по каналу спецсвязи. По прочтении уничтожить, ясно?