Друид. Жизнь взаймы - Виктор Молотов Страница 7

Мы прошли на кухню, и Степан заварил нам чаю. Поставил на стол угощения. Было видно, что слуга расстарался. Думаю, он заслужил награду, и надо будет подумать, как можно это организовать.

Как я любил повторять в прошлой жизни: хороший труд всегда должен хорошо оплачиваться. А я пока даже не знал, какое жалованье у Степана и где взять денег на премию.

Сложная задача. Но интересная. И это мне нравилось. Ведь именно решая такие задачи, можно продвинуться вверх. Так я и сколотил себе состояние.

Однако несмотря на все старания Степана, гости к его вкусным пирогам с малиной даже не притронулись. Плохой знак номер два: когда человек отказывается от угощения, значит, пришёл не договариваться.

Греков раскрыл свою драгоценную папку и извлёк несколько листов, исписанных убористым почерком.

– Всеволод Сергеевич, – начал Сухарев тоном судьи, зачитывающего приговор. – При вступлении в права наследования вы были обязаны уплатить пошлину в размере двух тысяч рублей. Срок уплаты истёк четыре месяца назад.

Две тысячи? Понятия не имею, много это или мало по местным меркам.

– Документы были направлены по вашему адресу, – добавил Греков, протягивая мне копию какого-то уведомления. – Дважды.

Ну да, прошлый Всеволод наверняка пустил их на растопку. Или вовсе не открывал. Я уже ничему не удивлюсь, всё-таки меня в магический мир закинуло.

– Допустим, – я откинулся на спинку кресла, сохраняя спокойствие. – И какие у меня варианты?

– Согласно имперскому уложению о наследственных сборах, вам предоставляется отсрочка сроком в один год, – Сухарев сложил руки на животе. – По истечении этого срока, в случае неуплаты ваше имущество будет выставлено на публичные торги для покрытия задолженности.

– На торги, значит, – медленно произнёс я. – И кто же, интересно, захочет купить полуразвалившееся поместье посреди леса, кишащего магическими тварями?

– Это нас не касается, – ответил Сухарев. – Наше дело – уведомить вас о задолженности.

Явно врёт. Вижу, как у него глаза сразу жадно забегали. Скорее всего, он с этого какую-то свою выгоду поимеет.

– Понимаю-понимаю. Но мне просто любопытно. Земля у меня, сами видите, не самая привлекательная. Поместье в упадке, лес опасный, до города далеко. Что тут вообще может быть ценного?

– Ничего особенного, – Сухарев пожал плечами. – Обычная лесная территория. Возможно, кто-то из ваших соседей захочет расширить угодья.

Врёт! Я тридцать лет в бизнесе. Когда человек говорит «ничего особенного» таким тоном – значит, там что-то очень даже особенное.

И мне уже дико любопытно, что это.

– Что ж, благодарю за уведомление, господа, – улыбнулся я. – Срок в год вполне достаточный. Разберусь.

Сухарев нахмурился. Видимо, ожидал паники, торгов, может быть, даже взяток. А я сижу и улыбаюсь.

Ничего, уже не первый раз оказываюсь в ситуации, когда все вокруг уверены, что я проиграл.

После этой небольшой беседы налоговики зачитали мне все условия для погашения долга, и я поставил подпись на документах, подтверждая, что осведомлён. Как понял, именно за ней они и приехали.

А когда Греков протягивал мне документы, я заметил на его руке перстень с незнакомым гербом. Точно такой же я видел на радиаторе их машины.

Интересно. Почему помощник налогового инспектора носит дворянские знаки отличия? Это натолкнуло меня на одну мысль, когда я провожал мужчин, изображая вежливость.

И когда машина отъехала от поместья, я с облегчением выдохнул.

– Беда, барин… – затараторил Степан, стоило автомобилю скрыться за стеной. – Где ж мы такую сумму найдём?

– Отставить панику! – велел я, и слуга тотчас выпрямился. – У нас целый год в запасе, успеем.

– Так, Всеволод Сергеевич… У вас же прибыль только та, что деревенские за право пользования землёй платят. А этих грошей нам с вами только на пропитание и хватает… Многие общины ушли после смерти батюшки вашего, и сейчас всего три мелких деревеньки осталось.

Степан явно переживал куда больше меня.

А ещё, значит, это не крестьяне в привычном понимании. И история здесь худо-бедно совпадает с нашей. Только в нашей люди уже могли владеть землёй и платили налог государству. А тут, получается, платят барину. Который, в свою очередь, уже платит государству – это я из бумажек налоговиков вычитал.

Люди вольны выбирать, где жить и на какой земле работать. Теперь понятно, почему мне все пытались условия ставить. Мы с крестьянами – пожалуй, и дальше буду их так называть – зависим друг от друга.

– Значит, нужно найти дополнительный источник прибыли, – осклабился я.

– Это как? – выпучил глаза Степан.

– Расскажи-ка мне, чем эти земли богаты. А то я опять запамятовал.

В этот раз слуга даже не удивился.

– Так, ну… – Степан почесал затылок. – Лес у нас, конечно, знатный. Дубы вековые, сосны корабельные. Только рубить вы теперь запретили.

– Дальше.

– Родники есть. Три штуки. Вода в них чистая, аж зубы ломит. Старики говорят, целебная. Бабка Агафья, царствие ей небесное, до ста трёх годков дожила, а пила только из того, что у Кривого оврага бьёт.

Я кивнул, и Степан продолжил:

– Травы разные. Знахари из соседних губерний раньше приезжали, скупали у деревенских. Пока аномалия не расширилась. Теперь боятся. А травы от этого только сильнее стали, как говорят. Мол, магия в них теперь.

– Что ещё?

– Воздух, – пожал плечами Степан, будто говорил очевидное. – Из города господа раньше приезжали. Ещё при вашем прадеде. Лёгочные болезни лечить. Говорили, после недели в нашем лесу дышать легче становится. Только это когда было…

– Стоп! – я поднял руку. – Есть у меня одна идея, как заработать на этом лесе, не вырубая его.

– Это как? Воздух продавать будете? – с серьёзным видом спросил Степан, а мне захотелось рассмеяться.

– Почти… Пойдем! – позвал я Степана и направился к выходу за территорию поместья.

– Куда, барин? – засеменил за мной слуга.

– Покажешь родник этот у оврага.

– Всеволод Сергеевич… – он остановился, а в глазах заблестел животный страх. – Так нельзя туда ходить тепериче. Сами знаете: как дед ваш умер, места те опасными стали…

– Ну… тогда захватим ружьё.

Только я обернулся к дому, как снова передо мной возник дух Валерьяна. Вот любит этот призрак являться в самый неподходящий момент.

– А если сладить сможешь с тем, кто у родника обитает, то он тебе и лес поможет защитить, – с улыбкой проговорил дух.

И тут я понял, что точно есть какой-то подвох.

Глава 3

Ох и нехорошая же формулировка у этого духа!

– Около родника кто-то обитает? – спросил Валерьяна я. – Очередной гигантский волк или на этот раз…

Закончить свой