Земля зомби. Справедливость торжествует - Мак Шторм Страница 58

И вообще, не о том я сейчас думаю, ибо явились мы сюда как раз с определённым и очень злым умыслом, а я тут замечтался об упругой кхм… кренделях небесных.

Выгнав из головы воспоминания о приятных тактильных ощущениях, я заполз на лестничную клетку и замер, прислушиваясь. Стараясь сквозь шум от периодических выстрелов на улице и громкого спора внизу расслышать хоть какой-нибудь звук, который выдаст местоположение сектантов.

Пару минут я напряженно вслушивался в звуки, но так и не смог ничего расслышать. Ещё внизу мы договорились: если не удастся сразу понять, где засели сектанты, то будем разделяться и по одному вползать в квартиры, тихо обследуя их, чтобы успеть до того, как дым начнет терять густоту и нас обнаружат.

Аккуратно пошарив рукой справа, на этот раз я нащупал спину Ведьмы, в районе лопаток, и катану, которая пока что покоилась в ножнах. Проведя рукой верх, я прогладил её по голове против шерсти и повел своей ладонью по её руке, пока не достиг маленькой, горячей ладошки. Несильно сжав её два раза, я оставил её ладонь в своей и стал ожидать ответ. Спустя 40 секунд она пожала мою ладонь в ответ, я убрал руку. Это означало, что она успела нащупать ладонь Артёма и подать ему сигнал, пожав её. После этого Артём должен ползком пробраться и обследовать ближайшую к нему квартиру, Ведьма вторую, а я третью, чтобы не менять траекторию и не ползать друг через друга.

Получив ответное рукопожатие от Ведьмы, я прополз вперёд до стены и нащупал дверной проём. Получалось, что это вторая квартира, если считать с правой стороны, то есть в которую должна проникнуть Ведьма, моя следующая, третья.

Ползя вдоль стены, я аккуратно перекладывал в стороны гильзы, которыми щедро была усыпана лестничная клетка четвёртого этажа. Гладкая стена сменилась дверной коробкой, я нащупал распахнутую дверь в нужную мне квартиру.

Проникнув внутрь, я ненадолго замер, напряженно прислушиваясь и одновременно пытаясь не закашлять. Тут, кстати, концентрация дыма была немного меньше, чем в подъезде, я видел свою руку на расстоянии 20 сантиметров от лица, там, чтобы её рассмотреть, требовалось поднести ладонь вплотную к лицу.

Лежа на полу и вслушиваясь в звуки, я ощутил, как по полу тянет сквозняком. Видимо, в этой квартире были раскрыты окна или разбиты стекла. Пока что это не спасало её от задымления, но следовало иметь в виду, что тут дым потеряет концентрацию гораздо раньше, чем в подъезде, и не стоит терять драгоценные секунды. Поэтому, потратив пару мгновений и не услышав ничего, кроме выстрелов с улицы и слабо слышных голосов с третьего этажа, я пополз в глубь квартиры, аккуратно ощупывая пол перед собой.

Далеко отползти от входной двери я не успел, мне почудилось, что я слышу приближающиеся шаги, как будто из глубины квартиры кто-то крадучись идёт к двери. Не зная, что делать, я медленно, стараясь не издавать ни единого звука, положил свой автомат на пол, стараясь чтобы он лежал вдоль стены, и прислушался, готовый в любую секунду схватить автомат или броситься прочь из квартиры, в зависимости от ситуации.

Но всё пошло наперекосяк. После того, как я уловил тихий звук шагов совсем рядом, практически сразу меня чувствительно пнули ногой по ребрам. Пока я, опешив от неожиданности, пытался понять, что происходит, при этом машинально перекатываясь в сторону, рядом раздался звук, похожий на падение тела на пол.

Прошло всего пару секунд, но для меня время как будто замедлилось, мозг, подстегнутый большой дозой адреналина, работая на пределе мощности, успел за это время обдумать немало мыслей.

Сперва я решил, что меня заметил один из сектантов и напал на меня, но удар по ребрам был слишком слабый, а значит пнули меня непреднамеренно. Следующая мысль заставила волосы на голове шевелиться от страха и чуть не побудила в ужасе выбежать в подъезд и спуститься на третий этаж. Так меня напугала мысль о том, что сектанты загнали в некоторые квартиры мертвецов, а сами ушли выше, на пятый этаж. И теперь я, как слепой котенок, нахожусь в непроницаемом дыму, а ко мне начинают брести мертвецы, учуяв меня в этом проклятом дыму.

С трудом подавив приступы паники я, шаря перед собой рукой, пополз туда, где был звук падения. Сейчас там кто-то шевелился, я отчетливо его слышал. Моя рука нащупала ладонь, упертую в пол с уходящей верх рукой, изогнутой под углом в 90 градусов, словно человек собирался отжиматься.

Или подняться с пола после падения! Словно молния вспыхнула мысль в мозгу, не раздумывая ни секунды, я повернулся с живота на бок и, крутнувшись на полу, с силой распрямил верхнюю ногу, метя вытянутой стопой в то место, где была рука пытающегося подняться человека.

Я почувствовал, как носок моей обуви с силой врезается в препятствие, и услышал странный приглушенный возглас, а в следующее мгновение на мою ногу навалилась тяжесть. Резко одернув ногу, я опять крутнулся на боку, чтобы оказаться головой к сектанту, которому я зарядил по опорной руке, и, встав на четвереньки, полз вперёд, пытаясь его нашарить.

Нащупав спину, не отрывая ладони от тела, я быстро повел по ней рукой верх, стараясь как можно быстрее найти голову и шею. Вместо волос на затылке под рукой оказалась гладкая резина. «Вот су. а! Откуда у урода противогаз?!» — мелькнула удивлённо-яростная мысль, которая тут же была вытеснена другой, более сильной. «Убей, убей!» — ярко вспыхнуло в мозгу. Подсунув одну руку под шею яростно мычавшего в противогазе человека, другой я приобнял его, зафиксировал руки в районе груди и навалился сверху, придавливая к полу своим весом. Он отчаянно дергался и даже смог освободить свои руки, но освободить шею из моего удушающего захвата, у него не получалось. Я, держа его кадык в согнутом локтевом изгибе, второй рукой давил ему на затылок, буквально вдавливая его гортань в свою согнутую руку.

Две-три минуты, пока он боролся за свою жизнь и пытался разжать мою руку, казались мне целой вечностью. Я был настолько увлечен, пытаясь его удушить, что даже прозвучавшие в соседней квартире выстрелы не вызвали у меня никакой реакции. Сейчас в целом мире существовал только я и мой противник, который, борясь за свою жизнь, отчаянно пытался освободить шею из захвата.

Выстрелы затихли, а следом за ними стало слабеть сопротивление