Голод - Максим Викторович Вазанов Страница 56

— Автобусные рейсы в Боровск отменены, из-за «эпидемии гриппа», — отрезал Николаев.

— На выходные, — поправила его собеседница. — Мы проверяли… с понедельника автобусы ходят по обычному расписанию, — вспомнив, она добавила. — А этот автобус в семь утра выезжает из Киева.

— Вот, блин, хрень! — не сдержавшись, вскрикнул Иван и сразу же нажал на кнопку «сброса».

Стиснув зубы, Николаев погрузился в раздумья. Пристальные взгляды охранников лишь добавили хворосту в огонь его ярости. Время шло, и, спустя пять минут, Иван все же прервал молчание.

— За что тебя чуть в колонию не посадили? — резко спросил он, приблизившись к худощавому темноглазому брюнету, с тонкими резкими чертами лица.

Растерявшись, парень осекся на полуслове.

— Замки на военных складах вскрывали? Пролазили туда? И в архивы старые?

— Да мы баловались просто… — отойдя на шаг назад, неуверенным голосом ответил парень.

— Двери машины вскрыть сможешь? — с ухмылкой спросил Иван.

Невольно улыбнувшись, его собеседник кивнул головой.

— А завести? Без ключей? — угадав молчаливое согласие парня, Николаев продолжил. — Разберись с джипом, который у бордюра стоит. Разберешься — катись к отелю «Барселона»… Знаешь, где это?

— Ясно, понял, — закивал головой его собеседник.

— Все остальные пойдут со мной… А кто знает, как к текстильной фабрике подойти, к старому комплексу?

— Я в детстве часто лазил, — с наигранной решительностью произнес конопатый русоволосый юноша.

— О, — рассмеялся Иван. — Значит, ты нас проводишь туда.

— Да, конечно, — расплывшись в улыбке, горделиво ответил юноша.

— Ты классный парень, — с полубезумной улыбкой произнес Николаев. — Хочешь в Берн? В Швейцарию? Помогать мне будешь там…

— В Берн? В Швейцарию? — раздумывая над каждой буквой, переспросил юноша.

— Все будет ништяк, братишка, — покусывая нижнюю губу, с напускным дружелюбием произнес Иван.

С этими словами он приблизился к своему собеседнику и похлопал его по плечу.

— Нас ждут большие дела, — окинув взглядом своих подчиненных, громко произнес Николаев.

* * *

Остановившись прямо у ворот, водитель заглушил двигатель. Его спутники молчали, ожидая, пока сидевший рядом Иван прервет молчание.

— Мне послышалось? — неожиданно произнес Николаев.

— Кто-то едет… — задумавшись, произнес охранник, сидевший на заднем сидении.

Прождав еще полминуты, Иван вышел из автомобиля профессора. Мгновение спустя, за ним последовали и его спутники. Микроавтобус, едва различимый в предрассветном сумраке, остановился в двух десятках метров от них. Наемники покинули его, соблюдая все должные меры предосторожности.

— Пять… шесть… семь… Где еще одного потеряли? — расплывшись в улыбке, спросил Николаев, обратившись к наемникам, — а затем, поморщившись, добавил. — Скажи своим людям, чтобы стволы убрали в сторону.

Оскалившись, наемник, их очевидный вожак, дал своим подчиненным знак.

— Где восьмой? — повторил свой вопрос Иван.

— Его убили мародеры… трое парней, по шестнадцать-семнадцать лет, — собравшись с мыслями, со спокойствием ответил его собеседник. — Его подловили, когда он тащил нам выпивку, через черный вход универсама.

— Пусть этот дружок покажет руку, — стуча зубами, громко произнес Иван, указав на одного из наемников.

Услышав это, парень отступил еще на несколько шагов назад. Выхватив пистолет, Николаев прицелился, а затем сделал два выстрела, попав наемнику в левую грудь. Издав хриплый вздох, парень свалился в пыль грунтовой дороги.

Не раздумывая, другой наемник, беседовавший с Иваном, спокойно шепнул что-то одному из своих товарищей. Сорвавшись с места, бритоголовый мужчина бросился назад, в сторону Боровска. Казалось, он был пьян. Но стоявшие здесь люди хорошо понимали, что это — лишь первые симптомы болезни.

— Зачем? — едва сдерживая усмешку, спросил Иван. — К утру он «обратиться»… а потом еще многих заразит.

— Я в своих людей не стреляю, — сквозь зубы ответил наемник.

— Это мог сделать и я, — хихикнул его собеседник.

— И тем более, не позволяю всяким уродам стрелять в моих людей…

— Не кипятись, братюня, — постукивая зубами, отрезал Иван. — Теперь вы — такие же гниды, как и мы, — усмехнувшись, он добавил. — Ты своих парней на моих глазах расстреливал…

Потупив взор, охранник промолчал.

— Так что вы сюда приперлись? — после небольшой паузы спросил Николаев.

— Нам терять нечего. Нас, в лучшем случае, по закону «рассчитают»… В худшем, расправятся где-то на темной дороге и сбросят прямо в канаву.

— Я ж говорю, — усмехнулся Иван. — Такие же гниды, как и мы.

— И мы в деле, — твердым тоном произнес его собеседник, посмотрев на восток, в сторону восходящего солнца.

— Ага…? — рассмеялся Николаев.

— Вы берете нас с собой, наравне, — спокойно произнес наемник. — Или иначе… Нас — пятеро. Вас — четверо… Нам терять уже нечего. Откажетесь? Посмотрим, кто — кого.

На мгновение повернувшись к своим людям, Иван задумался. Пьяные, расслабившиеся — они едва ли могли что-то противопоставить отчаявшимся наемникам.

— Хорошо, — тихо ответил Николаев.

Жестом пригласив наемников, он направился в сторону ворот старой фабрики.

* * *

Заваленные хламом коридоры, тяжелые неповоротливые двери, уродливые просевшие лестницы и непроглядная тьма — время в этом месте шло совершенно незаметно. У Теодора и его спутников не было никакой схемы помещений, а Гавриил мог надеяться лишь на свою память.

Часы показывали шесть утра, когда путники спустились на второй ярус. Но здесь им понадобилось потратить еще шесть часов для того, чтобы разобрать завалы, перегораживавшие единственный доступный проход на третий ярус.

Было уже пять часов дня, когда Тео и его спутники добрались до просторного помещения, громадной комнаты, располагавшейся на четвертом ярусе. Семьдесят лет назад оно представляло собой казарму, предназначенную для немецкого взвода, охранявшую склад боеприпасов на втором ярусе.

Не имея иного выбора, спутники остановились здесь. Отдав Ксении большую часть своей провизии, Тео обошелся печеньем и остатками минеральной воды. Такой же скромной была и трапеза Эдуарда, поделившегося с их проводником.

Сонные и уставшие, спутники решили выспаться прямо здесь, на деревянном настиле, представлявшем некогда одну огромную кровать. Прошли считанные минуты, и комната погрузилась в сон.

* * *

— Ты кто? — спросил охранник, направив свой «Узи», в сторону парня, стоявшего посреди коридора.

— Я - мент, — растерянно произнес его собеседник.

— Как тебя зовут, мент?

— Петр… — негромко ответил полицейский.

— Ты давно здесь прячешься? — со все еще заметным напряжением в голосе спросил охранник.

— Часов с одиннадцати… мой телефон отключился, — вздохнул Петр.

— Где мы?

— Второй ярус.

— Мы, кажется, заблудились, — ответил человек в серой форме, бросив взгляд в сторону одного из проходов.

— Они, просто, за собой, завалили основной спуск вниз, на третий ярус, — тихо ответил парень.

— Что? —