"Фантастика 2026-76". Компиляция. Книги 1-35 - Константин Николаевич Буланов Страница 53

только и осталось, что тяжело вздохнуть. Если оборонительная линия близ Минска худо-бедно всё же приводилась в относительный порядок, то в районе того же Слуцка всё до сих пор было грустно. Там, конечно, уже начинала потихоньку зарываться в землю 55-я стрелковая дивизия. Но все ДОТ-ы всё ещё стояли заброшенными и совершенно безоружными, дожидаясь прибытия личного состава, снятого с части укрепрайонов новой оборонительной линии. Ведь брать людей для этого было банально неоткуда. И хорошо хоть под рукой имелся приказ наркома обороны о приведении данных защитных сооружений в порядок, что изрядно облегчало ему жизнь и в кое-каких делах развязывало руки.

— Ясно, — недовольно поджав губы, понятливо покивал Павлов. — Составьте сегодня приказ демонтировать также башенки со всех двубашенных Т-26. Я подпишу. Дополнительно усилим ими оборону. Особенно в районе Полоцка, раз уж там до Витебска недалеко, куда мы и вывозим небоеспособные танки.

— Сделаю, — тут же кивнул полковник сам уже желавший предложить подобный ход. — А что прикажете делать с их шасси?

— Отправляйте в тыл, как то было приказано ранее. Машины, как ни суди, старые и всё равно будут требовать добротного ремонта, так что даже в качестве артиллерийских тягачей их сейчас страшно применять. Они ведь в любой момент могут выйти из строя прямо на марше. И терять их подобным образом я не желаю. — По поводу шасси этих танков у бывшего главы АБТУ также имелась «вумная мысля».

Как он уже прекрасно знал, немцы, славящиеся изготовлением всевозможных противотанковых самоходок на основе трофейных лёгких танков, не смогли пройти мимо тех Т-26, что попали им в руки с началом войны с Советским Союзом. И в результате несколько машин получили на вооружение трофейные же французские 75-мм пушки, являвшиеся аналогами старых советских дивизионок, полученных по наследству ещё от Российской империи. Вот что-то такое он и планировал предложить создать в качестве временной меры, покуда промышленность не выдаст на гора хотя бы ту же СУ-76[40].

Машины эти, конечно, были разного класса — первая выступала САУ ПТО, тогда как вторая представляла собой чистокровное дивизионное орудие. Но на безрыбье, да имея развитое воображение, и пиявку за рака можно было принять. Тем более что подобный подход нивелировал один из главных недостатков старых трёхдюймовок, как противотанкового вооружения — возможности горизонтальной наводки на такой самоходке заметно возрастали по сравнению с буксируемым орудием. А 76-мм бронебой — это был 76-мм бронебой. Не чета своему 45-мм товарищу. Так что лишними подобные машины быть уж точно не могли.

Он бы и сейчас с превеликим удовольствием отдал приказ начать клепать такую технику, если бы промышленные возможности БССР могли ему позволить осуществить желаемую переделку. Но, увы, чего в республике не имелось, того не имелось. Тут требовалось привлечение к осуществлению данного проекта очень крупных машиностроительных заводов. Даже наиболее современный в Белоруссии «Витебский станкостроительный завод» вряд ли совладал бы с чем-то подобным. Во всяком случае, в разумные сроки. Потому это, скорее, был задел на будущее.

Разве что для осуществления этой задумки мало было спасти технику сейчас. В будущем ему, несомненно, вдобавок предстояло выиграть «битву» с руководством АБТУ КА, не говоря уже о Главном артиллерийском управлении, без дозволения которых подобная САУ никак не могла бы оказаться в войсках. А там, увы, хватало забюрократизированных тугодумов, которые уже давно привыкли вставлять палки в колёса любого дельного предложения. И никуда от этого было не деться.

Правда, чтобы очутиться на том поле боя, сперва требовалось выжить на реальном, вдобавок избежав знакомства с подвалами НКВД, чем не смог похвастать генерал армии Павлов в той истории, которую он нынче ведал.

Глава 18

18.06.1941 вечер в лесу

— Здравствуй, Дмитрий Михайлович. Ну как, осваиваешься тут потихоньку? — поинтересовался Павлов у генерал-лейтенанта инженерных войск Карбышева, наверное, одного из лучших фортификаторов Красной Армии, которого сам же срочным приказом вызвал из Гродно, где тот руководил сооружением Гродненского укрепрайона.

— Здравствуйте, товарищ генерал армии, — зеркально ответив на воинское приветствие со стороны командующего, тут же пожал ему руку военный инженер. — Осваиваюсь. Куда я денусь, — с грустью осмотревшись вокруг, он уже явно привычным для себя жестом прибил очередного покусившегося на его кровушку комара. Если уж даже в городах от этих кровососущих насекомышей не было никакого спасения, что уж было говорить про эти места.

Встретились же они лицом к лицу не где-нибудь, а в лесу недалеко от деревеньки Лошаны, километрах в 20-ти от административной границы Минска, где некогда был обустроен один из оборонительных узлов «Линии Сталина», который все последние дни в самом спешном порядке старались привести в удобоваримый вид. Но, увы, слишком многое за время запустения оказалось растащено, либо же выведено из строя, а то и просто сгнило, чтобы это отказалось возможным возродить в первозданном виде за столь короткий срок.

— И как у нас идут дела на этом участке обороны? — отметив, как с десяток красноармейцев вручную копают какую-то неглубокую траншею, вплотную примыкающую к железобетонному артиллерийскому полукапониру, поинтересовался у того Павлов, имеющий лишь самые общие представления о фортификационной науке.

Наверное, всякий рядовой обыватель, естественно, совершенно далёкий от искусства проектирования, постройки и устройства долговременных оборонительных сооружений, выстраивал свои предположения об их обустройстве на основе каких-нибудь просмотренных художественных фильмов. Скорее всего — голливудских, вроде «Спасение рядового Райана» и ему подобных, в которых не сильно крупные подразделения, действуя на очень ограниченных участках, с ходу начинали кровавый штурм стоящих в открытую на побережье или на холме огромных железобетонных вражеских ДОТ-ов.

Так вот. Специалист, хоть что-то понимающий в этом непростом деле, увидь он такое вот чудо американских кинематографистов, удавился бы на месте в приступе безудержного гомерического хохота. Потому как на деле всё обстояло совсем иначе. Даже не несколько иначе, а именно что совсем!

К примеру, весь Минский укрепрайон протянулся на добрые 140 километров, оберегая при этом лишь северо-западные подходы к столице республики. И в эти самые 140 километров были впихнуты всего-то 319 железобетонных укреплений — то есть в среднем должно было получиться примерно по одному ДОТ-у на каждые полкилометра фронта.

Ан, нет! Даже с этим всё было не так просто. Здесь принцип подсчёта средней температуры по больнице не играл от слова «вовсе».

Любая оборонительная линия, помимо протяжённости, имела вдобавок такой показатель, как глубина. И глубина Минского УР-а составляла от 1 до 5 километров. Так что ДОТ-ы уж