Земля зомби. Справедливость торжествует - Мак Шторм Страница 49

окончательно развеялся на дороге, стояли на ободах дисков два черных от копоти бронетранспортёра, их покрышки полностью сгорели. Всё видимое пространство было усеяно убитыми зомбаками. Ковер из их тел густо покрывал дорогу от самого начала спуска улицы Степана Разина. Ближе к мосту, где была низина и стояли два сгоревших бронетранспортёра, было много закопчённых выгоревших кругов в том месте, где падали и горели покрышки. Дальше, в сторону моста, выгоревшие круги среди тел зомби встречались всё реже. После самого моста весь асфальт был покрыт кровавой склизкой массой, в которую бронетранспортёры превратили большую толпу зомби, сбивая и нещадно давя их.

Закончив с погрузкой тел погибших боевых товарищей, мы вернулись обратно за мост, к грузовикам. Гестаповец дал полчаса на отдых. Люди после того, как насмотрелись на ужасные последствия комбинированной атаки мертвецов и горящих покрышек, были морально подавлены и им требовалось время.

Только сидели и отдыхали единицы, большинство внимательно рассматривало тела, разложенные в кузове грузовика, пытаясь опознать своих товарищей, которых не нашли среди выживших и раненых.

Мы тоже внимательно осмотрели тела погибших в поисках Виктора. Среди тех, кого можно было опознать, его точно не было. К сожалению, это ничего не значило, потому что были тела, которые сильно обгорели, и опознать такие не представлялось возможным. Некоторые из них представляли из себя кости скелета, покрытые копотью.

Не найдя Виктора среди мертвых, мы отошли подальше от грузовика, от которого ужасно воняло горелым мясом. Сейчас я очень сожалел, что с нами нет Кузьмича с его волшебными фляжками. Пару глотков крепкого спиртного после всех этих ужасов были бы не лишними.

Мимо ходили люди с хмурыми лицами. У некоторых текли слезы, которых они совсем не стыдились. Видимо, это были те, кому не повезло опознать среди мертвых своих товарищей и родственников.

Время, отведённое Гестаповцем на отдых, закончилось, послышался его голос, усиленный громкоговорителем:

— Я знаю, что нет таких слов, которые способны заглушить горечь утраты родных и близких. Некоторые из вас наверняка сейчас винят меня. Я не собираюсь оправдываться, поскольку сам там был вместе со своими людьми, среди которых тоже есть убитые и раненые. Узнать о замыслах сектантов было невозможно, разведчиков к ним не подослать, они убивают всех, кого видят, к тому же, пробраться мимо орды мертвецов незаметно было невозможно. Поэтому я не буду оправдываться, а предложу сделать то, ради чего мы тут собрались. Убить уродов, отомстив тем самым за родных и близких, за невинных людей, которых они всё это время зверски истязали и убивали! И предотвратить дальнейшие жертвы, которые непременно будут, если сейчас не перебить их. Скажу честно, эта атака тоже будет слепой авантюрой! Поэтому те, кто по каким-то причинам передумал, вправе оставаться у грузовиков, никто обвинять их не будет, а Рынок выполнит свои обещания. Но чем больше людей останется тут, тем меньше наши шансы на победу. А значит, что вы ещё столкнётесь с сектантами в будущем. Только, когда они придут к вашему жилищу, вам придётся рассчитывать только на свои силы, а численный перевес будет на их стороне. Те, кто решил завершить начатое, подходите ко мне, кто передумал, отходите к грузовикам.

В нашем отряде никто ни секунды не колебался, все направились к Гестаповцу. Я прекрасно понимал, что его вины в случившемся не было, поэтому злость была только на проклятых сектантов, к нему никаких претензий.

К моему удивлению, людской поток устремился вместе с нами, обступая Гестаповца плотным кольцом. К грузовикам никто не пошел, там остались стоять только водители и несколько человек, выделенные для охраны транспорта. Остальные люди, хоть и стояли с хмурыми и злыми лицами, но были полны решимости завершить начатое, несмотря на такое ужасное начало.

Лицо Гестаповца было хмурым, как небо во время грозы, а глаза бешено блестели. Он выкурил сигарету за три длинные затяжки и, оглядев плотно обступивших его людей, произнёс:

— Я рад, что вы полны решимости перебить этих гадов. Теперь, когда они лишились армии мертвецов, нужно дожимать и атаковать их, иначе, если им дать время, они вновь соберут ещё одну армию из тварей и опять подготовят какую-нибудь пакость. Сейчас мы разделимся на две группы и будем пробираться к их позициям. Первыми пойдут те, кому знакомо сапёрное дело, для того чтобы мы не напоролись ещё на какие-нибудь сюрпризы. По открытой местности не идти, дыма вроде не видно, но даже покрышка без огня, набрав скорость, легко может сломать руку или ногу, или даже шею, впрочем, вы сами видели последствия, перетаскивая тела погибших.

Гестаповец закончил свою короткую речь и разделил людей на два примерно одинаковых по численности отряда. При этом он учитывал пожелания некоторых людей оказаться в одной группе, поэтому мы вошли в состав группы, которая должна пробираться к позициям сектантов по правой стороне.

В начале обеих групп стояли военные, даже если бы они были без уставной формы, армейская выправка всё равно выдавала в них вояк. Прозвучала короткая команда и группы двинулись на позиции сектантов по разные стороны от дороги.

Наша группа миновала мост с раздавленными мертвецами и сразу ушла на обочину. Используя каждое укрытие, люди принялись короткими перебежками продвигаться друг за другом к разграбленной автозаправке. Военные во главе отряда сначала внимательно осматривали всё на пути движения группы, и только после их отмашки начинали продвигаться остальные члены отряда.

Достигнув разрушенной заправки, люди стали ожидать, пока саперы проверят дорогу до офисного центра, который находился в 50 метрах от заправки.

Пока мы ожидали разрешения от саперов на дальнейшее передвижение, Артём спросил у меня:

— Сколько у тебя остались патгонов?

— Да чуть меньше половины от того, что брали. А у тебя?

— Пгимегно столько же. Я тут подумал, газ зомбаков мы пегебили и их больше не видно, пога заменить обычные патгоны на экспансивные. Не згя же мы с Кузьмичом их делали, а эти угоды как газ заслуживают испытать эти негуманные пули на себе.

— Они заслуживают отдельный котел в аду, не то, что пули, запрещённые по соображениям гуманизма! — подтвердил я его слова и заменил магазин в автомате с обычными патронами, на самодельные экспансивные, с надпиленными наконечниками пуль.

Артём тоже поменял магазин в своём автомате и повесил его на грудь. С учётом, что за спиной у него была снайперская винтовка, он напоминал персонажа из компьютерной игры, которые обычно там увешаны оружием с ног до головы. Люди кидали на него заинтересованные взгляды.

К тому, что