Вик Разрушитель 10 - Валерий Михайлович Гуминский Страница 49

жены её как-то пока не представлял. Даже и мыслей не было заглядывать так далеко в наших дружеских отношениях. Вспоминаю взгляд Харальда, сразу по спине мурашки ползут. Иметь в тестях такого жутковатого короля не очень-то хотелось. Будет за мной присматривать, не обижаю ли я его доченьку! Хм, надо же, «Снежная Кошка»! А ещё «Пустынный Барс». Сплошное семейство кошачьих. Я едва не рассмеялся от осознания того, с кем мне, возможно, предстоит провести свою долгую, надеюсь, жизнь. Только вряд ли. Мстиславские боятся за Лидию, Харальд тоже не дурак, отдавать дочку замуж за Антимага. Возможно, они тешат моё самолюбие, а сами в последний момент сделают финт ушами, и мои невесты станут жёнами каких-нибудь европейских принцев.

В кармане заиграла мелодия. Кто-то очень хотел со мной поговорить. Оказалось, Илюша.

— Андрей Георгиевич! Я договорился с боярином Стрешневым, Борисом Михайловичем, о встрече, — чуть ли не радостно оповестил меня молодой адвокат. — Правда, есть одна проблемка. Он настаивает на разговоре именно сегодня, потому что завтра с утра уезжает из Москвы по личным делам. Если у вас есть возможность сейчас подъехать на Мещанскую, то я тоже могу подскочить.

— Подъеду через двадцать минут, — прикинув в уме маршрут, ответил я. — Мы сейчас по Садовому кольцу едем, оттуда сразу на Мещанскую свернём. Давай, дуй туда, не задерживайся. Где, кстати, живёт Стрешнев?

— Напротив усадьбы Васнецовых, — подсказал Илья. — Только чуть дальше проехать надо. Я постараюсь прибыть пораньше, чтобы встретить вас у ворот.

— Договорились, — я сбросил вызов и обратился к Владу: — Передай по рации, чтобы фургон и сопровождение ехали в Сокольники. А мы в гости к одному господину наведаемся. Надо уже вопрос с покупкой пустыря решать.

Влад поднёс к губам рацию и повторил мой приказ. Ваня Грищук ответил, что понял, но для сопровождения хотел выделить внедорожник с охраной.

— Скажи ему, что бронекостюм должен доехать до усадьбы в целости и сохранности, — буркнул я. — Он куда важнее моей персоны. Поэтому всё сопровождение остаётся с фургоном. Мне не понравилось настроение господина Фантома. Какой-то он нервный. Как бы неприятного сюрприза от него не дождаться. И ещё… Если мне понадобится сопровождение после встречи со Стрешневым, то предупрежу.

Чуть замешкавшись, Влад передал мою волю. Потом отключил рацию, и чуть повернув голову, смело проговорил:

— Я с таким мнением не соглашусь, Андрей Георгиевич. Мы обязаны охранять вас всеми силами. В ином случае Георгий Яковлевич нас закопает живьём, лучше застрелиться.

— А иной случай — это что? — я нащупал висящий на внутренней петле куртки телескопический шест-чонбон, сейчас такой маленький и безобидный, погладил его чуть шероховатую поверхность.

— Похищение, нападение с целью ликвидации, смерть, — перечислил Влад недрогнувшим голосом. — Вы, конечно, можете действовать по своему усмотрению, но и рекомендации по охране не стоит игнорировать.

— Не настолько я важен для кого-то, — отмахиваюсь в ответ. — Скорее, в этом плане Арабелла Стингрей должна иметь очень сильную охрану.

— Вы уже забыли недавнее покушение? — Влад что-то разговорился. — Кому-то показалось, что ваша персона куда важнее иных аристократов.

— Не вздумай ляпнуть такое при чужих ушах, — чуточку осадил я телохранителя. — Свою жизнь я как-нибудь защищу, а вот потеря бронекостюма — это крах всего, что я замыслил на ближайшие годы. Пока никто из конкурентов не может создать линейные двигатели, аналогичные тем, что сделала Стингрей. Поэтому важно охранять железо, а не какого-то княжича.

Понимаю, что Влад и не влезающий в разговор Никанор имеют своё мнение, не совпадающее с хозяйским. Но я и в самом деле считаю «Бастион» важнее собственной шкуры. Это моё детище. Ради него я похитил подданную чужого государства. Не бегали бы за мной господин Шульгин и князья Оболенские, показывая свой интерес к экзоскелету на линейных движках, то и я бы вёл себя поспокойнее.

Никанор свернул с Садового кольца на неширокую улицу, залитую светом фонарей. Мимо нас потянулись старые уютные особнячки, чьи хозяева не желали сносить их, чтобы построить более современные дома. Слева промелькнула усадьба Васнецовых, отгороженная кованым чугунным забором, а чуть дальше я заметил скромный «Сатурн» Ильи, притулившийся возле наглухо закрытых ворот. Судя по обширной территории, огороженной кирпичным забором, здесь и жил нужный мне человек.

Глава 7

1

Борис Михайлович Стрешнев оказался долговязым сухопарым мужчиной лет сорока с хвостиком, внешностью похожий на земского врача, чей образ любили описывать писатели конца девятнадцатого века чуть ли не по одному лекалу. Правда, очков Глава рода не носил, как и строгого костюма. Он встретил нас в гостиной, вальяжно развалившись в кресле. На его коленях вытянулась дымчато-серая кошка и с закрытыми глазами предавалась безделью с обязательным ритуалом почёсывания за ушками. Хозяин добросовестно исполнял роль человеческого слуги, призванного ублажать шерстяную бестию.

— Добрый вечер, Борис Михайлович, — вежливо поздоровался я, а следом за мной — Илья. — Прошу прощения за столь назойливое желание встретиться с вами, но возникли некие обстоятельства по земельному вопросу…

— Ваш адвокат уже ввёл меня в курс дела, — густым голосом проговорил Стрешнев и ласково снял с колен кошку. Наклонившись, взял со столика портсигар, извлёк сигарету и неторопливо прикурил. Выпустив струю дыма в потолок, он показал рукой на соседние кресла, приглашая нас присесть. — Итак, светлый княжич, вы хотите приобрести землю, соседствующую с усадьбой Ушатых. Вернее, бывшей усадьбой Ушатых, — поправился он, пристально глядя на меня. — Теперь, как я понимаю, хозяином оной являетесь вы. Сначала мне показалось, что это розыгрыш, и владельцем столь богатого особняка является кто-то из влиятельных людей, приближённых к императорскому клану. Но документы, представленные адвокатом, убедили меня более внимательно отнестись к предложению. Честно скажу, отцовское приобретение мне казалось довольно поспешным и неправильным. В дальнейшем я только всё больше убеждался в своей правоте и просил отца продать землю. Десять лет назад за неё давали приличные деньги, даже по мерках того времени. Но… так случилось, что не успел я уговорить своего родителя. Тот отошёл в мир иной.

— Но сейчас хозяином считаетесь вы, — уточнил я.

— Конечно. Только все общесемейные вопросы решаем коллегиально, — усмехнулся Стрешнев, ловким щелчком сбивая пепел с сигареты в хрустальную пепельницу. — Я не буду вас томить пустыми разговорами, Андрей Георгиевич… верно?

— Да.

— Мне соседство с усадьбой Ушатых не нужно, — признался Борис Михайлович. —