Псалом дробовика - Харитон Байконурович Мамбурин Страница 42

затем, поправив валяющегося на мне бинтуронга, продолжил бездельничать в своем тайном логове, месте, которое пришлось найти, чтобы избежать обстрела укоризненными взглядами от всей команды. Как они на это настропалили Норму — самому непонятно, но факт есть факт, я теперь порицаемый изгой, вредитель и негодяй. Посаженный под домашний арест. Не то чтобы остальные под ним не сидели, но Широсаки раскурочила обе наши машины и даже скутер, так что теперь весь наш отдел невыездной.

Мавры сделали своё дело для города, мавры должны сидеть тихо, пока важные дяди и тети разгребают последствия, то есть — делят кусок пирога, оставшийся от Мара Сальватручча. Ну и занимаются другими делишками, придумывая для общественности оправдание, с какой мол стати по Среднему городу бегали маньяки с гранатометами, стреляя спецбоеприпасами по машинам и людям.

Еще несколько раз от души зевнув, я продолжил наслаждаться безделием. На душе было спокойно и хорошо, как у человека, крепко приложившего строптивую технику, от чего та начала работать правильно. И чего, спрашивается, на меня все дуются? Не оправдал ожидания? Или наоборот? Странные люди. Всё же хорошо кончилось. Да и Мария нам вернули не просто так, а уже «обеззараженного» от проклятия. Бонус!

Хотя могло и нет. Несколько раз мы с Сильвио и Момо очень неприятно встревали на перекрестный огонь, раз десять безбашенную малявку пришлось буквально вытаскивать из-под пули, хорошо хоть она относится нормально к тому, что её таскают как игрушку. Сильвио чуть не потерял голову, когда из-за неверного прицела фугасный заряд сдетонировал об угол здания… хотя, что там говорить. Мелочи.

Соня негодующе зафыркала, когда я прикурил сигарету, а затем бросила свой удобный насест, уползя в глубины дома. В одиночестве, впрочем, пробыл совсем недолго, потому что снизу, по лесенке, несмело подняла компактная фигурка нашей кицуне, уставившись на валяющего на месте будущего сада меня, расположившегося на мешках с землей. Лицо японки было вымазано в грязи и масле, как и остальные части тела.

— Привет трудящимся! — вяло помахал я дымящейся сигаретой, — Какими судьбами?

— Меня… Марий ищет, — поморгав на меня определенно невыспавшимися глазами, призналась воровато оглянувшаяся девушка, — Заниматься. А я всю ночь с машинами ковырялась. Не хочу. Можно к тебе?

— Кто ищет, тот всегда найдет, — предупредил я мелкую подругу, а затем, выкинув бычок на свежий воздух, поманил её рукой, — Заваливайся сюда, под бочок. Может и не увидит, если тоже заглянет…

Юки дважды упрашивать не пришлось, было очевидно, что именно этот маневр и был в «хитром» плане кицуне. Шмыгнув на не такое уж большое свободное место, оставшееся после меня на мешках, она полежала минуту, а потом принялась тихо умащиваться, устраиваясь поудобнее. Ухмыльнувшись, я обнял её одной рукой, делая совсем удобно, а затем прикрыл глаза, собираясь вздремнуть.

Лисица, удовлетворенная достигнутым результатом, явно тоже ушла в спящий режим, потому что явившийся, как ангел из преисподней, нависший над нами Марий Гритт зарычал совсем уж внезапно, так, что если бы у меня рука не была занята, то он точно бы поймал по бубенчикам!

— Вот вы где! А ну вниз бегом! Живо! У нас гости!

Что тут скажешь? Поднимаясь с подавленных мешков с землей, я обнаружил, что моя рука, та самая, которой обнимал зевающую сейчас кицуне, покоилась теперь ни где-нибудь, а у неё за пазухой!

Вот же… лисица. Хмыкнув, я легонько щелкнул хитрюгу в нос, а затем принялся спускаться. Кем могли быть наши неожиданные «гости», угадывалось на лету, без малейшего труда.

Гостями из Центра, разумеется. Когда мы вошли в наш зал, там как раз обреталась «квадра» инквизиторов-магов, кружащих хищными акулами вокруг рассматривающей их с подозрением Эрики. Вампиресса в её любимом топике и шортах стояла в центре уже начерченного на полу круга, с натыканными горящими свечами и разложенными амулетами. Зрелище было весьма впечатляющее для той же Юки, тут же застывшей столбиком, но не для меня. Стандартная процедура анализа, хоть и от весьма нестандартных людей. Трое женщин и мужчина, все в черных деловых костюмах, были старше пятидесяти лет, каждый. Команда быстрого реагирования из Центра не могла состоять из сопляков.

— Если попутно изгоните из неё демона ночного дожора, то покажу вам лучшие бордели города! — своеобразно поздоровался Петр Красовский, улыбаясь своей фирменной улыбкой.

— Ха-ха, — безучастно выдавила из себя одна из пожилых мадам, продолжая заниматься делом, — Помолчите, юноша. Вы раздражаете испытуемую.

Это было правдой. «Испытуемая» посмотрела на меня крайне многообещающим взглядом, чуть паркет не задымился. Даже Широсаки отодвинулась подальше, заодно поймав по дороге Соню, решившую проверить, что это там творят глупые люди. Марий тоже не остался в стороне, прожестикулировав в мою сторону несколько обидных вещей. Пришлось зевать в тишине.

И… долго. Безучастные маги закончили с вампирессой, быстро «расправились» со мной и Нормой, довольно долго возились с нервничающим Алебастром, постоянно прося альва успокоиться, а затем, в конце концов, выдав каждому из проверенных по небольшому металлическому талисману, застряли на кицуне.

— Впервые вижу такие показатели… — качнул головой маг-мужчина, держащий в руках прибор, напоминающий безумно сложную астролябию, — Широсаки Юки, вы что, частично духовная сущность?

— Н-нет! — шепнула в ответ ну очень сильно нервничающая лиса.

— А магией когда-нибудь занимались? — осведомился почти сварливо инквизитор, но тут же себя перебил, — Нет, не занимались. И не займетесь. Если хотите жить, конечно же. Впрочем, есть и хорошая новость, вас невозможно качественно проклясть или надолго заколдовать. Позавидовал бы, но не буду.

— Кицуне… — вздохнула ранее молчавшая женщина, — Вы там, на островах, своими невнятными духовными практиками такую ерунду с аурой вытворяете. Как еще живы, не понимаю…

Пристыженная Широсаки, имеющая отношения к Японии меньше, чем я, потупилась, как будто почувствовав ответственность за всех сородичей разом, а колдуны, выгнав её из круга, озадаченно уставились на бинтуронга. Тот, сидя на полу у моих ног, ответил им тем же.

— Это же зверь…? — неуверенно прозвучал вопрос.

— Зверь, — кивнул я, — Домашний.

— Мы обязаны его проверить. Как его можно… закрепить?

— Серьезно?!. — тут даже барон не выдержал, — Вы будете проверять бинтуронга⁈

— А вы как думали? — поднял бровь мужчина маг, — Это очень крупный экземпляр, он вполне мог бы убить человека, а значит — вписывается в условия заклинания как проводник. Он в вашей зоне ответственности, барон. Проверим, прикрепим негатор, а затем отправимся заниматься действительно серьезными делами. Озаботьтесь…