"Фантастика 2025-169". Компиляция. Книги 1-24 - Никита Киров Страница 405

— Не лучше ли воспользоваться им, чтобы выявить… заявителей?

Глава гильдии ненадолго задумался, после чего жестом прогнал Влада, и тот исчез за дверью.

— Хорошая мысль. — легко признал свою неправоту Маэстро. — Погорячился. Я этим займусь. — он на несколько секунд замолчал, тарабаня пальцами по многострадальному столу. — Мне доложили, ты интересовался авантюристом по имени Фил?

— Вы что-то о нем знаете? — мгновенно встал в стойку я. — Метка! — догадался я. — В ней ваша Межмировая Энергия.

— Разглядел? — удивился воин. — Ты и правда талантлив.

— Где сейчас Фил? Где мне его искать?

— Полегче, парень. — качнул головой глава гильдии. — Я все-таки не бог. Но кое-что сказать могу наверняка. Он жив.

Только теперь я понял, что от возбуждения я даже привстал со стула, и сел на него обратно. Жалко, конечно, что не удалось выяснить местонахождение брата, но даже сам факт того, что он еще топчет нашу бренную землю, наполнил мое скованное льдом сердце радостью.

Жив. Фил жив. А значит я непременно его найду!

Обсудив с Маэстро некоторые детали касательно обработки рога, я в компании зомби направился к выходу. Но уже в дверях обернулся и, не удержавшись, спросил:

— Маэстро. Откуда такое прозвище?

— Последнего, кто посмел задать мне этот вопрос, я скомкал в мясной шар и выкинул в окно. — хмыкнув, ответил воин и жестом велел мне не задерживаться.

Однако, уходя, я заметил, как здоровяк достал из кольца виолончель, которую приладил к плечу на манер скрипки. Взмах смычком — и в спину мне полетела чарующая мелодия, навевающая мысли о цветущем луге и танцующей на нем босой девушке. Поразительный навык игры!

Мелодия оборвалась, едва я закрыл деверь.

Вновь спустившись на первый этаж, я хотел заглянуть к мастеру, занимающемся зельями, но к нему выстроилась такая очередь, что я решил не тратить время. Вместо этого я спросил, где мне найти Порфирия, и вот к нему желающих попасть не оказалось. Хоть и пришлось снова подниматься по лестнице.

Толкнув дверь с изображением крупного сверкающего бриллианта в изящной оправе, я оказался в небольшом, но уютно обставленном помещении. Проникавший через широкое окно солнечный свет озарял, казалось, каждый уголок, не оставляя тьме ни единого шанса на существование, и даже тени стыдливо прятались, робко выглядывая из-за ножек многочисленных кресел, диванов и пуфиков.

— Добрый день, молодой человек. — поприветствовал меня бодрый сухонький старичок, облаченный в красную с золотым ливрею. Он сидел за небольшим столиком, на котором гармонично расположились чайная пара, начищенный до блеска медный самовар и сколько вазочек с различным содержимым. — Вы по делу или просто поболтать?

— По делу. — ответил я.

— В таком случае присаживайтесь. — он жестом опытного балетмейстера указал на соседнее кресло. — Выпьем чаю. Ночной Караван как раз привез мне гречишный мед. У нас такого не делают.

— А если бы я сказал, что пришел поболтать? — не сдвинувшись с места, поинтересовался я.

— То я бы предложил вам чай. И к нему ложечку гречишного меда. Дивное сочетание, поверьте моему опыту.

— То есть выбора у меня нет.

— Разве что вы прямо сейчас развернетесь и уйдете. Но это будет верхом невежества. Такого приятного юношу родители не могли столь плохо воспитать.

Я несколько опешил. Кажется, впервые с пришествия нелюдей в Дальний Крутолуг кто-то назвал меня «приятным юношей». Я ведь видел себя в зеркало. Покрытое паутиной шрамов лицо с отчетливой печатью непримиримой жестокости, мрачный давящий взгляд серых глаз, да и аура Некроманта с ростом моего могущества становилась все сильнее, порой вырываясь наружу и заставляя зябко ежиться собеседников, непривычных к дыханию смерти.

Похоже этот ювелир или слеп, или мед ему делали неправильные пчелы из неправильной гречихи. Например, практически лишенной запаха и с зелеными зубчатыми листьями, похожими на растопыренную ладонь.

С другой стороны, тратить время на поиски иного мастера по всему Заманску категорически не хотелось, а потому я принял приглашение, но решил свести пустой треп к минимуму.

Получилось, честно сказать, не очень.

Порфирий владел недюжинной способностью без умолку трещать обо все и ни о чем одновременно. Причем правда в его словах удивительным образом сплеталась с вымыслом, да так, что отделить одну от другой не представлялось никакой возможности. И при этом он обладал свойственным лишь пожилым людям шармом, из-за которого само желание перебивать растворялось, как гречишный мед в чае. Довольно вкусное сочетание, кстати.

За все время «беседы» я не произнес, наверное, и десятка слов, однако она все равно имела на меня благотворное влияние. Я почувствовал, будто глубоко внутри меня развязался тугой узел, о существовании которого я и не подозревал. Но не такой, какой исчез, когда я выполнил клятву Омиша, а другой — менее реальный и в то же время гораздо более… более…

— Да вы, я смотрю, засыпаете, молодой человек. — неожиданно обратился ко мне ювелир. Я встрепенулся, словно и вправду умудрился ненароком задремать. На удивление я чувствовал себя прекрасно, и даже дышалось как будто бы легче. — В вашем возрасте я вообще не спал. В жизни столько всего удивительного, что тратить время на сон — настоящее преступление. Впрочем, уверен, вам это известно не хуже, чем мне. С чем пожаловали?

Оставив попытку разгадать намек в последней фразе — если он в ней вообще был — я выложил на столик кольцо Гожара. Возле изысканных фарфоровых чашек оно казалось ржавой гайкой с сорванной резьбой, однако старичок им живо заинтересовался и принялся вертеть в руках, поднеся чуть ли не к самому носу.

— Надо же! — удивлялся он. — Это ж как вас так угораздило? В лаве что ли купались? Когда купаетесь в лаве, украшения снимать нужно. Руку-то, небось, там и повредили. — далась им всем моя рука! — Хотя нет, металл тут хороший, выдержал бы. Другое что-то…

— Восстановить выйдет? — спросил я. — Желательно с содержимым.

— Погодите, сейчас посмотрим.

Порфирий сложил ладони так, будто лепил снежок, и кольцо полностью скрылось у меня из глаз. Несколько секунд ничего не происходило, а затем между пальцев ювелира заструился яркий фиолетовый свет какого-то умения. Сколько же их всего всяких разных!

— Так-так-так… — бормотал старичок. — Структура ослаблена, нити провисли, но разрывов не так много. Еще бы чуть-чуть и… Хотя вот здесь совсем плохо. Придется использовать… Или не придется? Впервые вижу такие повреждения. — вынес он вердикт, открыв глаза.

— Определили, что внутри?

— К сожалению, это невозможно до полного восстановления.

— Возьметесь?

— Почему бы не помочь хорошему человеку? — дружелюбно улыбнулся Порфирий.

— Хорошему, может, и можно. Но что на счет меня?

Ювелир добродушно хмыкнул себе в усы.

— Самокритично. — проронил он. — Но плохой