Фантастика 2025-60 - Ascold Flow Страница 400

— Твою мать через тын и дерьмовое корыто! — раздалось из-за чуть приоткрытой двери. — Это что ещё за локо ку-ваха⁈ Вы совсем с ума съехали, что ли⁈

— Пасть закрой, укулека! — прорычал Фрост. — Полиция Гюйгенса! Открывай, нахрен, дверь!

— Полиция? — Иверсен издал какой-то странный хрюкающий звук.

— Полиция, полиция! — усмехнулся Дункан. — Шевелись, падла, чего застыл на месте⁈ Не видишь, к тебе стражи порядка пожаловали!

— Ты всегда был порядочной сукой, Фрост! — с обидой в голосе пробормотал Иверсен, отпирая дверь в свои апартаменты, одновременно с этим опасливо отодвигаясь в сторону. Прохиндей хорошо знал характер старшего детектива и понимал, что за подобные слова Фрост запросто может заехать ему в челюсть. А каков удар у старшего детектива полиции Гюйгенса, Иверсен знал не понаслышке.

— А ты всегда был ходячим куском говна! — парировал Дункан, вваливаясь в квартиру Иверсена на манер танка-тарана. — Таскал всякое шайссе в купол, пользуясь техническими туннелями! Просто поразительно, как вы, вентканальные крысы, умудряетесь в живых оставаться после таких эскапад!

— Надо уметь, Фрост! — скривился Иверсен. Окинул взглядом вошедших в коридор Селенского и Соколову; при виде марсианки в его глазах возник противный сальный отблеск. — О, в вашем полку прибавление, а, Фрост? В паровозик любите играть?

— Как ты ещё жив, с таким-то, бля, языком? — усмехнулся Фрост, нанося Иверсену удар в живот сжатой в кулак левой рукой, отчего тот согнулся пополам и судорожно принялся хватать ртом воздух. — Ты этим напоминаешь мне Бориса Краснова, которому пришлось морду за непочтительные слова отрихтовать! И тебе тоже так сделать, э?

— А что уже, и пошутить нельзя?

— Так — нельзя. — Фрост толкнул Иверсена, так, что каллистианец не удержался на ногах и, пролетев несколько метров спиной вперёд, со всего маху врезался в дверь кухни. Разумеется, она не сумела остановить его движение, поэтому Иверсен влетел на кухню и ударился спиной о стоящий посреди помещения стол. — Надо знать рамки, Айзек.

— Рамки, рамки… — пробормотал Иверсен, пытаясь подняться с пола и шипя от боли в ушибленной спине. — Вечно вы, верты сраные, грабли свои распускаете по поводу и без оного!

— Повод ты сам только что дал, Айзек, — ухмыльнулся Фрост, входя на кухню и кивком головы указывая каллистианцу на стул. — Оскорбил девушку, оскорбил нас…

— Чем я вас оскорбил, твою душу в рот⁈ — окрысился Иверсен.

— Но-но, ты тут не очень-то из себя Клиффа Ривера изображай! — надвинулся на него Селенский. — А то я быстро тебя вежливости научу, пити-пити! Усёк, э⁈

— Всё-всё, я больше не буду! — примирительно выставил вперёд обе ладони хозяин квартиры. — Давайте уже выясним, какого хера вам тут надо?

Фрост усмехнулся, огляделся по сторонам и, подтянув к себе ещё один стул, уселся на него, небрежно поигрывая бластером, что, по вполне понятной причине, заставило Иверсена занервничать.

— Сегодня кто-то взорвал целый этаж делового центра «Эйкон», — произнёс титанец, внимательно следя за выражением лица Иверсена. — Погибли люди. Ты об этом ничего не слышал?

— Взорвали… — на лице хозяина квартиры возникло выражение недоумения пополам со страхом. — «Эйкон»? Но… но зачем, во имя Большой Галактики?

— Зачем — это не твоего сраного ума дело! — сказал, как отрубил, Дункан. — Меня больше интересует вопрос — кто это мог сделать? Не знаешь, часом, э?

— Я? Знаю? — казалось, что эти вроде бы невинные вопросы Фроста привели Иверсена в состояние, близкое к паническому ужасу. — Ты что мне пытаешься пришить, Фрост⁈ Я никогда ни с какими террористами не связывался и не собираюсь! За терроризм на месте стреляют, ёкерный бабай!

— Потому и спрашиваю, — хмыкнул титанец.

— Бля, Фрост — я простой контрабандист, а не террорист! — на лбу Иверсена проступила испарина. И было отчего. Террористов на любой планете Системы без лишних расспросов ставили к стенке, так что Фросту ничто не мешало пустить Иверсену бластерный заряд в голову. — Я к этому не имею ни малейшего отношения, поверь!

— Да я знаю, что ты самая обычная вентканальная крыса, и максимум, на что тебя может хватить — это протащить в купол донных скарабеев с Энцелада! — усмехнулся Фрост. — Но тебе известны всякие нелегальные ходы в город, следовательно, к тебе кто-то мог обратиться с просьбой провести в Гюйгенс группу боевиков. Было дело, Айзек?

— Боевиков? — каллистианец затравленно переводил взгляд с Фроста на Селенского и Соколову, причём насчёт третьего участника опергруппы сомнений у Иверсена уже не оставалось, так как марсианка слишком уж недвусмысленно держала на виду свой бластер с выгравированной на его корпусе эмблемой Космического Патруля — двумя скрещёнными мечами на фоне восходящего солнца. И неизвестно ещё, кого больше боялся каллистианец — двоих местных детективов или оперативника с Марса. — Никаких боевиков я никуда не проводил! Мамой клянусь!

— Мамой он клянётся! — проворчал Фрост, сделав Селенскому некий условный знак, значения которого Соколова не поняла. Землянин, понимающе усмехнувшись, сделал два шага по направлению к Иверсену и без какого-либо предупреждения выбил из-под того стул. Раздался грохот падающего предмета мебели, перемежаемый отборной матерщиной упавшего на пол хозяина квартиры. — Ты, падла, за сотню марок и мать родную готов продать! Так что не надо мне баки забивать, Айзек! Я могу допустить, что ты не знал о том, кого проводишь в купол, но ты ведь вполне мог, используя свои каналы для провоза контрабанды, провести их в город! Или я не прав?

— Зачем же, нахер, на пол меня надо было ронять⁈ — Иверсен, кряхтя, как девяностолетний старец, поднялся на ноги, опасливо косясь на ухмыляющегося Селенского. Подобрал отлетевший в сторону стул и уселся на него. — Вы мне не шейте террористическую деятельность! Я ни с какими дебилами не желаю иметь ничего общего!

— Кого ты провёл в город, сучий вы****ок⁈ — неожиданно взревел Фрост, вскакивая на ноги и нависая над Иверсеном с бластером в руке. Селенский и Соколова от неожиданности аж подпрыгнули. — Говори или, клянусь кольцами Сатурна, я тебе все твои зубы выбью к ****ям собачьим!

— Я понятия не имел, кто они такие! — заскулил каллистианец, пытаясь сделаться атомом. Естественно, это у него не получилось. — Сайрус сказал, что есть