Наследие Маозари 13 - Евгений Панежин Страница 38

Пока я шёл по знакомым улицам столицы, в голове роились тревожные мысли. Самая страшная из них — о том, что Таису похитили пторианцы — никак не хотела уходить… Господи, пусть это будет лишь совпадением!.. Пожалуйста!.. Всего лишь совпадением!.. Пусть окажется, что Таиса сейчас сидит дома, в полной безопасности!

* * *

В конспиративной квартире я по-быстрому облачился в роскошный костюм герцога Сидэро, надел маску древних, а сверху накинул бесформенный длинный чёрный балахон с глубоким капюшоном, который скрывал не только моё лицо, но и фигуру. Вскоре из герцогства подъехала моя представительская карета, украшенная гербами рода Сидэро. Я сел в неё и отправился на встречу с Максом Ароном.

Дорога до резиденции императора показалась мне бесконечной. В голове снова и снова прокручивались самые страшные сценарии произошедшего с Таисой. Мне представлялось, как она сейчас где-то одна, напуганная, возможно, раненая… Или того хуже. От этих мыслей меня буквально трясло.

Когда карета наконец остановилась у первого кольца, я практически выскочил наружу и чуть ли не бегом направился к Имперской башне. Мой визит не был согласован заранее, но стражники, узнав герб Сидэро, немедленно пропустили меня внутрь, отправив посыльного предупредить императора.

Я быстрым шагом преодолевал коридоры, сопровождаемый удивлёнными взглядами гвардейцев и придворных.

На последнем повороте перед кабинетом Макса Арона я едва не сбил с ног какого-то мужчину в дорогой, но строгой одежде. Мужчина отшатнулся, и в этот момент его взгляд упал на герб Сидэро, вышитый на моём балахоне. На мгновение в его покрасневших глазах мелькнуло узнавание, смешанное с удивлением.

— Э-э-э, герцог Сидэро? — неуверенно произнёс он.

Я замер, внимательно всматриваясь в его лицо, а затем перевёл взгляд на герб рода Лангр, вышитый на кожаной куртке… Сомнений больше не было — передо мной стоял сам граф Лангр, отец Таисы.

— Где Таиса? — выпалил я, отбросив всякие формальности и этикет. — Что с ней случилось?

Глаза графа расширились от изумления и надежды. Он весь подался вперёд, его руки непроизвольно дёрнулись, словно он хотел схватить меня за плечи.

— Таиса⁈ — граф Лангр смотрел на меня каким-то безумным взглядом. — Вы знакомы с моей дочерью⁈ Вы что-то знаете о ней⁈

Его реакция стала для меня как удар под дых. В желудке всё сжалось, а в горле образовался комок… Нет, только не это!.. Ведь если он ищет свою дочь, значит, она действительно пропала. И судя по его измученному виду, он не имеет к этому никакого отношения — это не он вызвал её домой.

Худшие опасения подтвердились. Таиса не дома. Таиса не в безопасности. Таиса у…

— Я… Я не знаю, где она. Думал, это вы мне скажете, — мой голос дрогнул — в глазах потемнело, но я постарался взять себя в руки. — Два дня назад ей в академию доставили письмо, якобы от семьи. После этого она срочно уехала домой.

— Письмо⁈ В академию⁈ Откуда вы знаете⁈ — выпалил граф, его глаза лихорадочно блестели.

— Господа, — услышал я голос Макса Арона, который быстрым шагом направлялся в нашу сторону. — Давайте пройдём в мой кабинет и там поговорим.

— О чём? Мы же уже всё обсудили, — недоуменно произнёс граф Лангр, а в его глазах промелькнула надежда.

Макс Арон бросил быстрый взгляд на меня, тяжело вздохнул и ответил:

— Эм-м… Не совсем всё… Похоже, у нас появились новые обстоятельства…

Я словно в тумане последовал за мужчинами. Ноги будто стали ватными, перед глазами всё плыло. Последняя надежда угасла, и стало отчётливо ясно, что мои самые страшные опасения сбылись — Таиса была похищена и два дня назад, вечером, барон Форд передал её пторианцам.

В этот миг мне очень сильно захотелось сначала отправиться к барону Форду, чтобы как следует попытать его и узнать всю информацию о похищении Таисы. Затем убить его самым жестоким способом и сразу же отправиться к самим пторианцам, чтобы устроить там жёсткий геноцид — закопать к херам каждого ящера. От этих мыслей внутри поднялась такая волна ярости, что мне стоило огромного труда сдержаться и не совершить непоправимое. Ведь подобные действия могли раскрыть врагу все наши планы — лишить будущего всё человечество Архона.

Глава 21

Когда мы вошли в кабинет Макса Арона, император жестом указал на два кресла возле письменного стола. Я буквально рухнул в своё, чувствуя, как предательская дрожь пронизывает тело. Граф Лангр тяжело опустился рядом — его изможденное лицо с глубокими тенями под глазами безошибочно выдавало мучительную бессонную ночь.

Император застыл у окна, вглядываясь в горизонт, словно собирая воедино рассыпанные осколки мыслей. Тишина в кабинете сгустилась до осязаемой плотности. Я едва сдерживал порыв вскочить и встряхнуть его, требуя немедленных объяснений… Тянет время, как будто издевается, сука!

Наконец Макс Арон развернулся, пронзив меня стальным взглядом:

— Леонид, граф Лангр — мой друг, — произнёс он тихим, но твёрдым голосом. — Мне пришлось утаить от него сведения о судьбе его дочери, поскольку эта информация строго засекречена. А тебе известно, какова цена вопроса.

Он выдержал паузу, не отводя пронизывающего взгляда.

— Чтобы раскрыть ему правду, мне необходима твоя поддержка… Если я сейчас поделюсь с ним истиной, то лишь при условии, что отсюда он немедленно отправится с тобой в герцогство Сидэро и останется твоим гостем до того самого решающего дня.

Император приблизился, понизив голос до едва уловимого шёпота:

— Ибо я опасаюсь, что, узнав всю правду, он может совершить необдуманные поступки и поставить под угрозу всю нашу операцию. А тебе известно, что поставлено на карту. Ты понимаешь мои опасения?

Я медленно кивнул, пытаясь совладать с бушующими внутри эмоциями. Пальцы непроизвольно сжались в кулаки так, что побелели костяшки.

— Да, согласен, именно так и поступим, — мой голос прозвучал надломленно, будто чужой.

Граф Лангр резко повернул голову, его взгляд метнулся между мной и императором. По его лицу промчалась целая буря эмоций: недоумение, подозрительность и, наконец, озарение. Его глаза расширились от внезапного понимания.

— Значит, ты меня обманул⁈ — воскликнул он, вскакивая. Его голос дрожал от переполнявших эмоций. — На самом деле ты знаешь, где моя дочь и жена⁈ Я!.. Я считал нас друзьями, а ты…

Лицо графа исказилось мучительной гримасой предательства. В покрасневших глазах застыли непролитые слезы, кулаки