"Фантастика 2026-4". Компиляция. Книги 1-33 - Артемий Скабер Страница 375

Вокруг вокзала разместилась целая армия, и, судя по моему опыту, там было не меньше двух тысяч человек. Воздух над ними дрожал от магического фона. Концентрация энергии казалась такой высокой, что даже мои паучки ощущали её через свои кристаллы. К гадалке не ходи, большинство солдат были магами, причём явно не второго или третьего ранга.

Они стояли плотными рядами вокруг вагонов. Доспехи на них были куда лучше тех, что носили лидеры моих групп, — более плотные, лучше закрывающие тело. Литые нагрудники с императорским гербом поблёскивали в свете станционных фонарей. За поясами — не простые револьверы, а усовершенствованные модели, гораздо крупнее, чем у Витаса. А их ружья… Нет, это уже не ружья. Судя по конструкции, скорее, автоматы.

В голове тут же всплыли слова Требухова о настоящей цели этих людей: «Армия, которую ты согласился впустить, тебя же и убьёт… И всех твоих людей». Чёрт, нужно срочно что-то придумать, чтобы они не попытались напасть раньше времени. Я ещё не готов к открытому противостоянию с императорскими войсками.

— Павел Александрович, — голос Елены через паучий кристалл вырвал меня из размышлений. — Что делать?

Чёрный дым, в который превратились перевёртыши, клубился на крыше здания вокзала. Они ждали приказа, но я медлил. Спустить их, чтобы объяснить новый план? Нет, слишком долго, да и не успеем. Вон уже поезд загудел, готовясь к отправлению. Говорить через монстров я не мог… Хотя, если честно, просто не умел.

Глубоко вдохнув, активировал часть своего источника, отвечающую за контроль над монстрами. Мои руки засветились серебристым сиянием, озаряя тёмный переулок призрачным светом. Пришлось спрятать их в карманы, чтобы не привлекать лишнего внимания.

Я лихорадочно искал в своей связи с паучками нужные «рычаги» для коммуникации. Чувствовал себя слепцом, пытающимся найти выключатель в незнакомой комнате. Где-то здесь должен быть способ передавать не просто приказы, но и речь…

Локомотив издал протяжный гудок, вырывая меня из сосредоточенности.

— Господин! — тревожно позвала Вероника.

— Да подождите вы… Я тут стараюсь, — пробормотал я, хотя понимал, что они меня не слышат.

Надавил сильнее на источник, вкладывая больше магии. Один из паучков на мгновение потерял невидимость, засветившись ярким голубым сиянием. Чёрт, не то! Ещё усилие… Обнаружил, что практически опустошил весь источник, — энергия утекала, как вода сквозь пальцы.

Но наконец что-то щёлкнуло, словно последний элемент головоломки встал на место. Канал открылся, и я смог отправить мысленное сообщение:

«Ждите, пока поезд тронется. Прыгайте на него, когда военные пойдут на выход. Сразу же спрячьтесь. Уверен, будет момент, когда все выдохнут с облегчением, что состав отправился. И ждите, пока мы вас не нагоним. Потом я скажу, когда действовать…»

На этом выдохся. Паучки уже не держались на связи, а локомотив издал ещё один гудок — сигнал к отправлению. Я быстро приказал всем монстрам возвращаться. Они буквально свалились со стены, будто марионетки с обрезанными нитями. Запихнул их в пространственное кольцо и рванул к машине.

— Гони! — бросил я Витасу, едва плюхнувшись на сиденье. — Нам нужно настигнуть поезд.

Лейпниш посмотрел на меня, как на сумасшедшего:

— Павел Александрович, нас увидят… И потом свяжут одно с другим.

— Давай! Жми на педали, — отмахнулся. — Я что-нибудь придумаю.

Машина рванула с места с таким рёвом, что я вжался в сиденье. Мы успели выехать со стоянки в тот самый момент, когда военные покидали вокзал и рассаживались по грузовикам. Витас вёл так, словно за нами гналась сама смерть. Руки его побелели от напряжения, сжимая руль.

Мы петляли по улицам Енисейска, словно обезумевший заяц, бегущий от волка. Дважды чуть не сбили зазевавшихся прохожих, один раз едва разминулись с ломовой повозкой. Колёса визжали на поворотах, двигатель надрывно ревел, работая на пределе своих возможностей.

— Павел Александрович, — процедил сквозь зубы Витас, когда мы наконец выбрались за пределы города, — если нас остановят…

— Выключи фары, — приказал, игнорируя беспокойство мужика.

— А как я?.. — запнулся Лейпниш, но я перебил его:

— По звёздам. Тут одна дорога рядом с железной. Просто держи ровно, и всё будет в порядке.

Красноречивый взгляд Витаса сказал всё, что он думал о моём предложении, но фары Лейпниш погасил. В кромешной темноте нам приходилось полагаться только на свет звёзд да на редкие проблески луны, выглядывающей из-за облаков.

«В порядке» не было ничего. Первые пять минут мы ехали более-менее нормально, потом влетели в какую-то яму. Меня подбросило так, что я ударился головой о крышу. Ещё через пару минут машина резко дёрнулась влево: Витас в последний момент заметил огромный валун посреди дороги.

— Чтоб меня отлюбил монстр… — выругался он, выравнивая руль.

Не успел я перевести дух, как мы наехали на что-то крупное и несгибаемое. Раздался отвратительный скрежет металла. Теперь из-под капота доносились странные звуки, похожие на предсмертный хрип раненого зверя.

— Кажется, мы оторвали глушитель, — мрачно констатировал Витас.

— Неважно, — отмахнулся я. — Главное — не останавливайся.

Я вылез через открытое окно, высунувшись на половину туловища, и потянулся к крыше машины. Ветер хлестал в лицо, растрёпывая волосы. Ночной воздух обжигал холодом, но я не обращал внимания — был слишком сосредоточен на своей задаче.

Вытащил из пространственного кольца паучков и приказал им облепить наше транспортное средство. Начал с одного — монстр расположился на багажнике, растопырив лапки и активировав свою маскировку. Затем второй, третий… Постепенно почти всю машину покрыли невидимые многоглазики. Они каким-то образом приклеивались к металлу, и их не сдувало встречным потоком.

Глухой стук колёс и протяжный гудок известили нас о близости поезда. Витас вдавил педаль газа в пол, и машина рванула вперёд. Несмотря на все повреждения, мотор работал на износ, выжимая последние лошадиные силы.

— Ещё не разогнался, — выдохнул Лейпниш, когда мы поравнялись с последним вагоном.

Я высунулся из окна, пытаясь разглядеть своих перевёртышей. И вот две чёрные тени на крыше поезда изогнулись, превращаясь в человеческие силуэты. Я отчаянно замахал им рукой, приказывая приступать к операции. Девушки заметили сигнал, и их силуэты вновь растаяли, превращаясь в дымку, которая просочилась внутрь законсервированного вагона.

Минуты тянулись мучительно медленно. Машина была на пределе своих возможностей, двигатель ревел, а поезд, будто издеваясь, начал набирать скорость.

«Ну давайте, быстрее», — мысленно торопил я