"Фантастика 2025-28". Компиляция. Книги 1-19 - Дмитрий Шатров Страница 372

случае я прошу родину в вашем лице об ответной услуге. Думаю, родине это сделать будет нетрудно, — запальчиво сказал Илья. Помолчал немного и продолжил другим тоном: — Помогите мне, Максим Петрович. Это для меня очень, очень важно, и я думаю, решить вопрос с Комитетом вы в силах — по большому счету это пустяк. Очень прошу, помогите. Просто дайте слово, что вы постараетесь решить эту проблему, и мне больше ничего не нужно.

— Илья, так нельзя, — возразил Липатов. — Ну отмажу я его от Комитета. Но ты же сам понимаешь, подобные решения не просто так принимаются. Его же не на фронт посылают. Молодой мужик, поработает на заводе, что ему сделается? Страна из-за международных ультиматумов в критическом положении, а рабочих рук нет. Его ты предлагаешь оставить, а других взять? Мало того, что этим Комитет и власть дискредитируются в тяжелой ситуации, но это и несправедливо.

— А наплевать, — эмоционально ответил Илья. — Я всю жизнь слышу: стране нужно то, стране нужно это! Вот и сейчас, стране нужно, чтобы я летел, куда Макар телят не гонял. Да не просто летел, а проявляя высокую гражданскую сознательность. А меня кто-нибудь спросил, что мне нужно? Не помню такого… Так что извините, Максим Петрович, но мне нет дела до государственных соображений и высшей справедливости. Я хочу, чтобы моя просьба была выполнена, и точка. Отец Ани должен остаться работать в библиотеке с высоким коэффициентом полезности. И не надо со мной в сознательность и патриотизм играть, я их уже на деле доказал.

— Ладно, жди звонка, — после паузы сухо сказал Липатов. — Выросло поколение торгашей на нашу голову. Ничего святого, даже лучшие из вас с родиной уже готовы торговаться. Правильно вас президент прижал, с таким материалом империи не построишь. — В голосе подполковника явственно слышались нотки неподдельной горечи. — Куда Россия катится… — на том конце трубки раздался сигнал отбоя.

Подполковник перезвонил через три часа, когда Илья с Аней не спеша прогуливались по улице, ожидая новостей. Девушка нервничала, крепко держала Илью за руку и не отпускала от себя ни на шаг.

— Все, пусть твоя Аня с тещей не волнуются. Всей их семье в индивидуальном порядке утвердили новые высокие коэффициенты на старом месте работы. Электронное уведомление придет им сейчас по почте, а к вечеру с курьером будут бумаги. Думай теперь, студент, как перед своей госпожой будешь за связь на стороне оправдываться. Ты меня в такое втравил, что я ей при встрече все обязательно расскажу, будь уверен. Бывай, до завтра, — сказал Липатов и сразу же отключился.

Аня не осталась с Ильей на ночь в гостинице — она стремилась домой, спеша поделиться радостью, что все семейные проблемы решены. Илья ее понимал и не настаивал, хотя от встречного предложения переночевать у нее дома решительно отказался. Распрощались по-быстрому. У подъезда своего дома Аня прошептала: «Буду ждать», поцеловала парня в губы и скрылась внутри. Илья проводил ее долгим взглядом и медленно пошел к гостинице. В номере он заказал большую бутылку колы, достал загодя купленную фляжку с коньяком и залез в медиасеть. Выспаться он еще успеет — на борту звездолета распорядок соблюдается строго. На улице гулять холодно, а на душе было почему-то гадко, хотя никакой вины за собой Илья не чувствовал. Так он и сидел до глубокой ночи, потягивая коньяк, бездумно шаря по сайтам и смотря в окно на ночной Архангельск.

Ждать осталась недолго — послезавтра старт. А сейчас, пожалуй, пора спать.

Глава 6

Заправлены в планшеты космические карты…

Взлетали в непогоду, в метель. Правда, очень уж сильного ветра не было, но снег падал густо, так что за окнами автобуса, доставлявшего офицеров к стартовому столу номер девять, почти ничего не было видно. Всего четырнадцать человек — одиннадцать парней из бывшего первого взвода, нахохлившийся Липатов, странно похожий в своей не по размеру маленькой пилотке на худого полинялого суслика, и двое здоровых краснорожих мужиков с военной выправкой, но без знаков различия, одетых в кожаные комбинезоны техников; видимо, они отправлялись на орбиту к «Варягу» этим же кораблем. Все молчали, думая каждый о своем, только один из техников что-то возмущенно рассказывал своему соседу таким громким шепотом, что было слышно во всем автобусе.

— И ты представляешь, Михалыч, эта, значит, врачиха на медкомиссии мне и говорит: «У вас алкоголя в крови две сотых промилле и давление сто шестьдесят на сто десять. Вы, Анатолий Сергеевич, вчера пили, что ли? Я должна вас со старта снять, с такими показаниями нельзя». Вот коза, да? — разобрал Илья, ненадолго прислушавшись к его монологу. — А я ей отвечаю: «Уважаемая Антонина Степановна, что вы, я вообще непьющий. Кваса с утра только глотнул. А давление у меня всегда повышенное, организм такой, с детства ниже ста сорока никогда не было. К тому же я перед вами сейчас чуть-чуть нервничаю, потому что всегда перед умными и красивыми женщинами робел, от этого и давление подскочило. Не снимайте меня, я здоров как бык». Ну и прочую пургу несу в таком же духе… Еле-еле эту козу уболтал, допустила к старту.

Его сосед слушал собеседника с видимой неохотой, слегка брезгливо поджимая губы. Потом сказал наконец вполголоса с еле заметной презрительной ноткой:

— Завязывал бы ты уже с бухлом, Сергеич.

— А я что, я, считай, завязал. Мне вчера принять надо было, чтобы заснуть. Знал бы ты, Михалыч, как я этой ракеты боюсь. На орбите нормально, а вот взлетать… Боюсь я. Ее ж трясет, так что сердце из груди выпрыгивает, каждый раз думаю, что сейчас мне конец придет.

— Все боятся, — рассудительно отозвался Михалыч. — А пить нельзя. У тебя же, Сергеич, руки золотые, ты же тестировщик от Бога, потому и терпят пока… Хочешь профессию на водку променять? Это у нас быстро бывает. Один раз тебе прокатило, второй раз точно снимут. И со старта и с работы. А времена нынче сам знаешь какие — за нашу работу держаться надо, а то Комитет новую в два счета найдет, пикнуть не успеешь. Говорю тебе — завязывай.

— Вот и ты меня не понимаешь, — обиделся мужик и замолчал, отвернувшись к окну.

— Да чего тебя понимать-то? — пожал плечами его собеседник. — Чай, не бином Ньютона. А завязывать надо, Сергеич.

Однако его собеседник не ответил, с преувеличенным вниманием глядя на пляску снежинок за оконным стеклом.

«Мне, наверное, тоже, как тому Сергеичу, пора завязывать, — невольно подумал про себя Илья. — Позавчера пил,