"Фантастика 2025-169". Компиляция. Книги 1-24 - Никита Киров Страница 358

class="p1">К счастью, Некрономикон отвлекать меня больше не явился, остальные тоже нашли себе чем заняться, и я довольно быстро сумел сделать первые выводы. Выдающийся силой мой новый прислужник определенно похвастаться не мог. Он получился даже слабее зомби, поднятого из Пробудившегося пекаря. Не говоря уже об Освоивших. Колдовать в обычном понимании этого слова он тоже не мог. В этом я разбирался благодаря какому-никакому, но опыту с воскрешением мага.

Однако, кое-что клирик все-таки умел.

Я залил в него последние остатки Межмировой Энергии и приказал действовать, внимательно наблюдая за процессом. И мертвец не подвел. Он каким-то образом преобразовал полученную от меня силу, изменив ее структуру, а затем поднял сдвоенную руку, направил ее на Элельведа, и зомби-эльфа окутали клубы темного тумана, постепенно залечившие, полученные в последнем бою раны. Вскоре от них остались лишь грубые рубцы в местах, где края мертвой плоти снова обрели целостность.

Именно такого эффекта я и ожидал (все-таки я его и воскресил), но я не думал, что «лечение» окажется настолько эффективным. Конечно, я бы и сам починил свою нежить, тем более что мне подобным заниматься уже доводилось, но на достижение схожего результат у меня ушло бы куда больше сил и времени.

И пусть я пока не понял, суть метода воздействия клирика, но зато у меня в голове окончательно сформировалось заклинание их создающее. «Воскрешение отрекшегося» — так я его назвал. Правда пользоваться им в ближайшем будущем я не собирался, несмотря на всю пользу наличия такого прислужника в своем отряде. По крайней мере пока не разберусь в причинах побочного эффекта, чуть меня не прикончившего.

Ну да ничего. На первое время и одного хватит. Да и мертвые жрецы на дороге не валяются. Но позже я обязательно вернусь к этому вопросу!

За сим, ввиду окончательного расходования запаса Межмировой Энергии, эксперименты пришлось прекратить. Я проглотил очередной Птичий Пенчик и уселся поудобнее, впитывая крохи окружавшей меня силы, частично накапливая, а частично напитывая ею мышцы, кости, внутренние органы и конечно же душу.

В процессе я сам не заметил, как задремал, а когда проснулся снова взялся за магию смерти. И прерваться мне пришлось уже днем, когда робко заглянувший в лабораторию мальчишка сообщил, что Караван Умана уходит. На этот раз совсем.

На скорую руку приведя себя в порядок — без помощи слуг не обошлось, потому что меня до сих пор покрывала засохшая кровь, гемолимфа Лемилингов и прочие ошметки неясного происхождения — я спустился в город, где караванщики уже во всю обнимались с крутолужцами, а запряженная жучилой платформа была полностью снаряжена и готова выдвигаться в путь.

— Фургон решил все-таки с собой забрать? — спросил я Умана, найдя того отдающим последние распоряжения.

— Один мой, один твой. — с улыбкой ответил он. — Плох тот мэлэх, который откажется лишний раз подзаработать.

— А зверь вытянет?

— Жужа справится. — махнул рукой караванщик.

— Жужа? — переспросил я.

— Кличка. Сам придумал. В известных мне областях Диких Земель такие не водятся, поэтому фиг знает, что за вид, а называть как-то надо.

— Ну да…

Я замолчал, не зная, как лучше сказать то, что собирался. Уман тоже не торопился продолжить диалог, глядя то на меня, то себе под ноги, то следя за последними приготовлениями к отправке. В итоге мы одновременно открыли рот, улыбнулись, и он жестом предложил мне озвучить свою фразу первым. Хотя, думаю, мы оба уже понимали, что ничего у нас не выйдет.

— Может все-таки останешься? — предложил я. — Перезимуешь. Мне как раз нужно пару месяцев, чтобы все здесь разгрести. А потом двинемся дальше вместе. В Свет Зарницы.

— В Диких Землях зимы не бывает. — улыбнулся мэлэх. — И не могу я здесь больше торчать. И без того задержался. Так можно и корни пустить. Некоторые, вон, уже слезы льют, оторваться друг от друга не могут. — он кивнул на прощающиеся парочки. — Так что давай лучше ты со мной. Заедем в Заманск, а оттуда на север, в сторону столицы.

Ну да. Так я и думал.

Я покачал головой, давая понять, что такой вариант мне не подходит. Причем я не согласился бы даже не свались на меня управление Дальним Крутолугом. Как бы ни стремился я скорее отправиться на поиски родителей и Фила, но без следующей ступени я рисковал и вовсе до них не добраться.

К тому же чувствовал, что в дорогое мой прогресс развития существенно замедлится. Здесь у меня и Чагаш с умением Наставника, и лаборатория с кучей трупов, которые не способно вместить Теневое хранилище, и богатые залежи костей… А там что? Солнце, песок и постоянная угроза нападения монстров?

Тоже, конечно, неплохо, но я слишком долго совершенствовался урывками и озарениями. Теперь не мешало бы заполнить пробелы и укрепить фундамент, чтобы иметь меньше проблем в дальнейшем.

Слова Чагаша, между прочим. Причем подтвержденные Некрономиконом.

Мы с Уманом поняли друг друга без слов и обменялись крепкими рукопожатиями. Не могу сказать, что за проведенное вместе время мы стали прям совсем не разлей вода, да и друзьями я бы нас тоже не назвал, но вот товарищами и партнерами вполне. Приятно иметь рядом надежного человека, которому можно доверить свою жизнь, а иногда и услышать от него дельный совет.

Интересно, как там дела у Леуша?

— Когда назад? — спросил я, так и не отпустив руки́мэлэха.

— Жужа сильна. Даже для Суверенного зверя. С ней нам повезло. — ответил Уман, прикидывая что-то в уме. — Если на то будет воля Захауруна, через два месяца вернусь с новыми товарами. Максимум три.

— Или вообще не вернешься.

— Не стоит быть таким пессимистом. — усмехнулся караванщик. — До этого-то дня как-то дожил. К тому же с советами Чагаша я неплохо продвинулся на третьей стадии. Так что в следующий раз, если повезет, в Дальний Крутолуг вступит Караван под руководством Развившего. И тогда посмотрим от кого из нас будет больше пользы в пути.

— А тебя, я смотрю, задело. — усмехнулся я.

— Не без этого. — хмыкнул он. — Ладно, бывай. — наши руки разомкнулись. — Пусть Захаурун устелет твой путь спокойным песком.

— И тебе того же и тем же местом. — отмахнулся я.

Уман взобрался на платформу, и Жужа, оставляя глубокие следы не только в снегу, но и промерзшей земле, двинулась в сторону Купола, за которым вскоре и исчезла. А ко мне подошел Игоръ — тот самый однорукий калека, отметившийся на митинге в день освобождения, руководивший праздником, да и в целом занявший активную жизненную позицию.

Из-за увечья Игоръ (он