Фантастика 2027-127 - Геннадий Борчанинов Страница 34

— То же самое можно сказать и обо мне, — ответил я.

Чуть пафосно, но это, кажется, сработало. Здесь любили красивые жесты и пафосные высказывания.

— Хорошо… Патрик, если ты и впрямь за него ручаешься, то можно его пригласить, — заключил старик.

Патрик Пирс повернулся ко мне, посмотрел задумчиво, я посмотрел на него в ответ, самым прямым и честным взглядом.

— Майкл О’Хара, я рад пригласить тебя в Ирландское республиканское братство, — торжественно произнёс он.

Я молча уставился на Пирса, медленно кивнул. Кларк демонстративно вернулся к расфасовке табака.

— Благодарю за доверие, — сказал я. — Это большая честь для меня.

Нисколько даже не соврал, приглашение в тайное общество революционеров, да ещё и поступившее от одного из руководителей, это и впрямь большая честь.

— Постарайся это доверие оправдать, — проскрипел Кларк.

— Наша цель — установление республики, — сказал Пирс. — Путём вооружённого восстания, про необходимость которого вы писали в «Ирландскую свободу».

— И полиция уже ищет «Майкла Джексона», — сообщил Кларк. — Хотя, если бы не эта статья, вас бы сюда не пригласили.

Ещё одно доказательство того, что я избрал совершенно верный способ выйти на руководство. Простого работягу с кувалдой никто слушать не будет, писателя и публициста — вполне. Я с самого начала воздействовал им на мозги, заставлял соглашаться или спорить с моими тезисами, а значит, заставлял считаться со мной. Как по нотам.

— Странно, что меня ещё не нашли, слишком многие знают мой псевдоним, — хмыкнул я.

— За вами могли просто установить наблюдение, — пожал плечами Кларк и ткнул узловатым пальцем в сторону окна. — Вон там, например, через дорогу, констебли сняли целый магазин ради меня одного.

— И вы так спокойно об этом говорите? — удивился я.

— Конечно, — хрипло усмехнулся Том Кларк. — Пусть лучше они сидят там, и я о них знаю, чем они наблюдают где-то ещё, где я не знаю.

Здравое зерно в этом, однако, имелось. Да и в рядах добровольцев наверняка полно агентов, пусть и не так, как в царской России, когда едва ли не каждый член революционной ячейки параллельно стучал в охранку за мелкий прайс. Насчёт ИРБ я вот уверен не был, но и в её рядах могут найтись предатели и осведомители. Одним патриотизмом сыт не будешь, а полиция имела массу способов, как воздействовать на революционеров, начиная банальным подкупом и заканчивая допросом с пристрастием. Или вообще — внедрением глубоко законспирированного агента.

Но конкретно в этих двоих я был уверен на сто процентов. И ещё в нескольких людях, чьи имена помнил благодаря послезнанию.

— Вы уже готовитесь к восстанию, не так ли? — хмыкнул я, посмотрев на обоих по очереди.

Кларк и Пирс переглянулись.

— Молодой человек, я всю свою жизнь готовлюсь к восстанию, — проскрипел Кларк. — И я молю Бога, чтобы оно не повторило судьбу восстания фениев.

Ах, если бы ты только знал…

— Оно провалилось. Из-за полицейских информаторов, — вставил Пирс. — Фениев арестовали ещё до начала восстания, всё ограничилось парой стычек.

Становилось понятно, почему ИРБ теперь так пеклись о секретности, порой даже перебарщивая. Хотя кое-что просачивалось даже сквозь эту пелену секретности, каждый был уверен, что скоро что-то будет. Это витало в воздухе.

Но вот подробностей и конкретных деталей не знал никто, кроме, пожалуй, этих двоих. Может, ещё пары человек вроде Коннолли или Планкетта. Все остальные вынуждены были довольствоваться обрывками и туманными формулировками.

А ведь всякий солдат должен знать свой манёвр, как говорил Суворов, начиная от командиров и заканчивая последним из мальчишек, подносящих патроны. Здесь воины свободной Ирландии таким знанием похвастать не могли.

Кларк тем временем пояснил мне цели и задачи Ирландского республиканского братства, собственно, вся суть крылась в его названии. Члены ИРБ сражались за установление демократической ирландской республики, за власть народа. А форма этой республики была уже не так важна, и поэтому нынешние фении легко шли на сотрудничество с социалистами.

Я же впитывал мудрость старого революционера, изредка поглядывая за окно, на ту самую лавку, снятую констеблями ради наблюдения за Кларком. Кажется, там начиналась какая-то суета. И возле нашего автомобиля за окном отирались несколько подозрительных типов.

— … Вот как раз поэтому, молодой человек, республика…

— Легавые идут, — перебил я его.

К табачной лавке мистера Кларка и в самом деле подходили сразу несколько мужчин в чёрных форменных кителях с медными пуговицами. Уверенно и неотвратимо.

Оба революционера оставались спокойны, словно уже не в первый раз сюда наведывалась полиция. Я почему-то ожидал бурной реакции, попыток бегства или хотя бы судорожного уничтожения каких-нибудь улик, но Кларк только скривился, а Пирс вздохнул.

Дверь распахнулась, в лавку ввалились сразу трое констеблей, окидывая пространство властными уверенными взглядами, словно зашли в хлев, а не в магазин уважаемого человека. Офицер, сержант и рядовой констебль.

— Чем могу быть полезен, джентльмены? — произнёс Кларк, фальшиво улыбаясь одними только губами.

Патрик Пирс вновь углубился в изучение витрины, я принялся глазеть на коробочки с жевательным табаком. Констебли, прямо-таки излучая неприязнь, принялись ходить по лавке, разглядывая её внутреннее убранство, и я то и дело чувствовал их мрачные взгляды на себе. Зашли они сюда явно не для того, чтобы купить коробку кубинских сигар.

— Мистер Кларк, не так ли? — произнёс офицер.

— Да, это я, — проскрипел старик.

Сержант взял с полки один из портсигаров, повертел в руках.

— Эй, мистер! Руки прочь от моего товара, — потребовал Кларк. — Только если вы не покупаете.

Сержант проворчал что-то себе под нос, но портсигар вернул на место.

— Ответите на пару вопросов, мистер Кларк? — произнёс офицер.

— Нет, — отрезал старик.

Офицер вмиг растерял всё напускное дружелюбие.

— Значит, открывайте подсобное помещение, — потребовал он.

— Как только вы предъявите ордер на обыск, — проскрипел Кларк.

Ордера у легавых не оказалось. Зато наглости и злобы у них имелось с избытком.

— Зря вы так, мистер Кларк… — прошипел офицер. — Сержант! Запишите имена этих людей. Бьюсь об заклад, это тоже фенианская мразь.

Сержант достал из нагрудного кармана блокнот и карандаш, подошёл к Пирсу. Младший констебль загораживал собой выход из лавки, офицер обходил витрины, разглядывая их содержимое.

— Патрик Пирс, — спокойно представился глава добровольцев, даже не дождавшись вопроса.